Далее посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, продолжил свой путь, соблюдая пост, как соблюдали его и остальные люди, но когда он достиг аль-Кадида, источника[1075], находящегося между ‘Усфаном и Кудайдом, пророк, да благословит его Аллах и приветствует, перестал поститься и мусульмане последовали его примеру.[1076] Потом он пошел дальше, добравшись же к вечеру до Марр аз-Захрана, вади Фатимы, он велел людям зажечь костры, после чего было зажжено десять тысяч костров, а посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, поручил охрану лагеря мусульман Умару бин аль-Хаттабу, да будет доволен им Аллах.
Абу Суфйан стоит перед посланником Аллаха,
Когда мусульмане остановились в Марр аз-Захране, аль-Аббас, да будет доволен им Аллах, сел на мулицу посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и выехал за пределы лагеря, чтобы найти дровосеков или кого-нибудь еще, кто передал бы курайшитам, чтобы они вышли из города и попросили пощады у посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, прежде чем он сам войдет туда.
Что же касается курайшитов, то Аллах сделал так, что они ничего не знали. Однако они испытывали страх и ожидали чего-то, и в конце концов Абу Суфйан, которого сопровождали Хаким бин Хизам и Будайль бин Варка, вышел за пределы Мекки, чтобы что-нибудь разузнать.
Сообщается, что аль-Аббас, да будет доволен им Аллах, сказал:
– И, клянусь Аллахом, когда я ехал на ней[1077], я вдруг услышал голоса Абу Суфйана и Будайля бин Варки, которые говорили друг с другом. Абу Суфйан сказал: “Клянусь Аллахом, не видел я еще столько огней и такого лагеря, как сегодня ночью!” Будайль же сказал: “Клянусь Аллахом, это хузаиты, которые только о войне и думают!” На это Абу Суфйан ответил: “Хузаитов не так много, и нет у них сил на то, чтобы разжечь столько огней и разбить такой лагерь”. Я узнал его голос и сказал: “О Абу Ханзаля!” Он также узнал меня по голосу и спросил: “Абу-ль-Фадль?” Я сказал: “Да”. Он спросил: “Что случилось, да станут отец мой и мать выкупом за тебя?” Я сказал: “Это посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, с людьми, и, клянусь Аллахом, плохо придется курайшитам утром!” Он спросил: “Что же делать, да станут отец мой и мать выкупом за тебя?” Я сказал: “Клянусь Аллахом, если он схватит тебя, то обязательно отрубит тебе голову! Садись же на эту мулицу, а я привезу тебя к посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и попрошу у него пощады для тебя”, и он сел сзади, а два его товарища вернулись обратно.
Я привез его в лагерь и каждый раз, как я проводил его мимо одного из костров мусульман, они спрашивали: “Кто это?” – увидев же, что я сижу на мулице посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, они говорили: “Это дядя посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, верхом на его мулице”. И когда я проехал мимо костра Умара бин аль-Хаттаба, он тоже спросил: “Кто это?” – и подошел ко мне, увидев же на мулице Абу Суфйана, он воскликнул: “Так это враг Аллаха Абу Суфйан? Хвала Аллаху, который отдал нам тебя без всяких договоров и обещаний!” – а потом бросился к посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, но я пришпорил мулицу и опередил его, войдя к посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, первым а потом вошел и Умар, который сказал: “О посланник Аллаха, вот Абу Суфйан, позволь же мне отрубить ему голову!” Я же сказал: “О посланник Аллаха, я взял его под свою защиту!” – а потом я сел рядом с посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, повернул его голову к себе и сказал: “Клянусь Аллахом, никто не будет разговаривать с ним сегодня ночью, кроме меня!” – когда же Умар стал настаивать на своем, я сказал: “Погоди, о Умар, ибо, клянусь Аллахом, будь он из числа людей из рода бану ади бин ка‘б, ты не говорил бы так!” Он же сказал: “Нет, это ты погоди, о Аббас, ибо, клянусь Аллахом, принятие тобой ислама было для меня желаннее ислама аль-Хаттаба, если бы он принял его, но я бы не говорил так, если бы не знал, что твой ислам желаннее ислама аль-Хаттаба для посланника Аллаха!”
После этого посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: “Уведи его к себе, о Аббас, а утром приведи обратно”, и я ушел, а утром снова привел его к посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Увидев его, пророк, да благословит его Аллах и приветствует, воскликнул: “Горе тебе, о Абу Суфйан, не настало ли для тебя время понять, что нет бога, кроме Аллаха?!” Абу Суфйан сказал: “Да станут отец мой и мать выкупом за тебя, разве найдется кто-нибудь более кроткий и благородный, чем ты? Поистине, если бы существовал наряду с Аллахом еще какой-нибудь бог, он бы уже избавил меня от чего-либо”.
Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, снова сказал: “Горе тебе, о Абу Суфйан, не пора ли тебе понять, что я – посланник Аллаха?!” Абу Суфйан сказал: “Да станут отец мой и мать выкупом за тебя, разве найдется кто-нибудь более кроткий и благородный, чем ты? Что же касается этого, то, поистине, в душе у меня до сих пор есть сомнения”. Тогда аль-Аббас, да будет доволен им Аллах, сказал ему: “Горе тебе, прими ислам и засвидетельствуй, что нет бога, кроме Аллаха, и что Мухаммад – посланник Аллаха, пока тебе не отрубили голову!” – и после этого он принял ислам и принес свидетельство истины.
После этого аль-Аббас, да будет доволен им Аллах, сказал: “О посланник Аллаха, поистине, Абу Суфйан – человек гордый, сделай же для него что-нибудь”, – и пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: “Хорошо. В безопасности будет тот, кто войдет в дом Абу Суфйана, и в безопасности будет тот, кто запрет за собой двери[1078], и в безопасности будет тот, кто укроется в Запретной мечети”.
