Предмет исследования данной науки — процесс криминализации, психологический анализ личности преступника, история изучения отклоняющегося поведения.
Реалии социальной жизни в современном российском обществе настоятельно указывают на необходимость изучения причин формирования личности преступника. Масштабные социально-экономические и политические преобразования, осуществленные в нашей стране в последнее десятилетие, имели не только позитивные, но и негативные последствия. К числу таковых следует в первую очередь отнести рост преступности.
Особенно интенсивно растет подростковая преступность. По данным МВД РФ, каждый десятый преступник в стране — подросток. При этом пик подростковой преступности приходится на возраст 14 и 17—18 лет. Рецидив подростковой преступности составляет 80 %. Характерной чертой преступности несовершеннолетних и подростков является ее групповой характер. Доля групповых преступлений подростков составляет 70—75 %. Группа сверстников в подростковом возрасте — основной институт социализации. В ней происходит усвоение образцов мужского полоролевого поведения, группа удовлетворяет потребность в общении, усвоении социального опыта. Кроме того, в неформальные группы, организованные по месту жительства, чаще тянутся подростки, испытывающие проблемы внутри семьи. В подростковом возрасте возрастает чувствительность к оценкам и мнениям группы или отдельных ее представителей.
Кроме того, в неформальные асоциальные группы чаще всего тянутся подростки, испытывающие проблемы в формальных (школе, техникуме, ПТУ, на месте работы) группах в связи с их непризнанностью, изоляцией, отвержением либо конфликтностью, агрессивностью.
Криминологи прогнозируют рост подростковой преступности в начале третьего тысячелетия. Средний прирост ее может находиться в пределах 2—5 % в год.
Качественно меняется характер преступности несовершеннолетних; в настоящее время она отличается высокими степенью организованности и уровнем криминальной активности, широкой социальной базой, интенсивной динамикой (обгоняет темп прироста преступности взрослых в 2-2,5 раза), участием подростков в преступной деятельности совместно со взрослыми, изменением структуры преступности несовершеннолетних в сторону корыстных и насильственных преступлений.
Неблагоприятная внутрисемейная ситуация — важнейший фактор в процессе криминальной социализации подростка. По данным статистики, в 30 % случаев подростки-правонарушители воспитываются в неполных семьях. Неправильное воспитание, в частности, применение физического насилия, — второй фактор в структуре противоправного формирования личности. Достоверно установлено, что жестокое обращение с ребенком в семье увеличивает его агрессивность в отношениях со сверстниками (Р. Берджесс), а также способствует развитию насильственных форм поведения в более зрелом возрасте (С. Widow, R. M. Hitchoch, P. Kangas). Проблемные семьи, характеризующиеся постоянной конфликтной атмосферой, а также псевдоблагополучные, в которых внешнее благополучие значительно расходится с нравственным содержанием, также способствуют процессу криминализации подростков, отчуждению от семейной структуры и погружению в мир преступности.
Указанные моменты — одни из важнейших в процессе правовой социализации личности, являющейся предметом изучения правовой психологии. Кстати, система социальных норм, в структуру которых входят и правовые, усваивается ребенком также в процессе общения с группами сверстников в школе, по месту жительства, в процессе взаимодействия с людьми, обществом в целом, в рамках различных социальных групп.
Формирование личности преступника — многомерный и многофакторный феномен, в котором участвуют различные переменные — биологические, психологические, социальные, культурологические и другие. В зависимости от того, какой из указанных переменных отдается предпочтение, выделяются соответственно теории (концепции) преступности. Представители биологического направления рассматривают биологические факторы в качестве ведущих (Ч. Ломброзо, У. Шелдон, А. Прайк).
Ч. Ломброзо указывал на наличие в популяции преступников так называемых «врожденных преступников» — людей, самой природой запрограммированных на совершение преступлений. Они, согласно Ч. Ломброзо, имеют определенные черты: узкую лобную кость, глубоко посаженные глаза, выступающие надбровные дуги, массивную челюсть, диспластичный череп и т. п. Указанные физические черты сочетаются с психологическими: агрессивностью, враждебностью, безразличием к страданиям других, эгоизмом, хвастовством и др. В силу биологической детерминации указанных черт такие люди, согласно Ч. Ломброзо, не поддаются воспитанию и какому-либо благотворному сознательному влиянию.
У. Шелдон, классифицировавший людей по характеру и особенностям конституции на мезоморфов, эктоморфов и эндоморфов, пришел к выводу о большей склонности мезоморфов к правонарушениям. Мезоморфы — люди с хорошо развитым костно-мышечным аппаратом, длинными и сильными конечностями, широкой грудной клеткой. В психологическом плане они отличаются выносливостью, агрессивностью, склонностью к соперничеству, любят риск, азарт и приключения. Согласно А. Прайку, к правонарушениям склонны мужчины, имеющие в своем хромосомном наборе дополнительную Y-хромосому. Кроме того, они отличаются высоким ростом и низким интеллектом. Однако критики этой теории указывают на то, что указанная группа лиц совершает по преимуществу преступления мелкие, не имеющие высокой социальной опасности. В тяжких и насильственных они обвинялись достаточно редко.
Биологические концепции, однако, несмотря на их кажущуюся простоту и определенность, носят ограниченный и малоэвристичный характер и не могут объяснить феномен преступности как многомерное явление.
Психологические концепции ориентированы на поиск черты или совокупности черт, ответственных за преступное поведение. Так, психоаналитики указывают на категорию «преступников с чувством вины». Эти люди испытывают выраженную склонность к разрушению и, осознавая это, бессознательно стремятся быть наказанными обществом, поскольку стали бессильны контролировать собственные агрессивные импульсы. В отдельных случаях эта теория объясняет поведение некоторых преступников, «случайно» оставляющих на месте преступления свои вещи, по которым органы правопорядка их идентифицируют.
В свое время исследователи криминального поведения ориентировались на поиск так называемой «преступной» черты. Однако их поиски не увенчались успехом. Такой черты не найдено: представители преступного мира обладают самым разнообразным набором черт и их сочетаний. Следует подчеркнуть, однако, что сочетание черт, составляющих структуру личности психопата (социопата), таких как высокая агрессивность, импульсивность, подозрительность, враждебность, низкий моральный уровень, высокий эгоцентризм, в отдельных случаях следует рассматривать в качестве факторов риска отклоняющегося (противоправного) поведения.
Социологические концепции рассматривают социальный фактор в качестве детерминанты противоправного поведения. Так, Э. Дюркгейм рассматривает аномию — состояние дезорганизации общественных норм и ценностей — в качестве основного фактора личностной дезорганизации. Человек, выстраивая свое поведение, ориентируется на нормы, являющиеся общепризнанными в обществе. Исходя из этого, он прогнозирует также поведение других. В периоды общественных потрясений, социальных, политических и экономических кризисов нормы разрушаются, трансформируются, меняются. В такой ситуации человек затрудняется адекватно выстроить свое поведение, он испытывает внутреннюю дезорганизацию, следствием которой может стать отклоняющееся, в том числе и противоправное, поведение. Р. Мертон рассматривает противоправное поведение как результат несоответствия целей и средств. Человек может добиваться социально одобряемой цели (например, стать материально обеспеченным), однако он при этом ограничен в средствах достижения этой цели. В современном обществе в качестве таковых могут рассматриваться образование, наличие соответствующего места работы и т. п.
В таком случае противоправное поведение может стать средством достижения цели.
Культурологические концепции рассматривают влияние субкультуры на формирование противоправного поведения личности. Так, формирование личности в рамках криминальной субкультуры способствует ее вхождению в преступный мир, усвоению криминальных норм и ценностей. Теория Э. Сатерленда указывает на то, что происходит это благодаря механизму эмоциональной идентификации личности с совокупностью указанных норм.
Описанные выше концепции представляют интерес с точки зрения понимания преступности, ее причин и генезиса. Однако каждая из них может объяснить лишь определенную область феномена преступности как социального явления.
Судебная психология изучает психологические аспекты следственной и судебной деятельности: профессиональные качества и психологию лиц, осуществляющих производство по делу, психологию подозреваемого и обвиняемого, потерпевшего и свидетеля (включая малолетних и несовершеннолетних).
В рамках данной области исследования изучают психологию следственно-поисковой деятельности при недостатке исходной информации, психологические приемы установления истины, диапазон правомерного психического воздействия в различных следственных ситуациях.
Ряд норм предполагает необходимость психологического анализа определенных правозначных ситуаций. В таких случаях назначается судебно-психологическая экспертиза. Область действия судебно-психологической экспертизы — при установлении данных о возможной умственной отсталости несовершеннолетнего (которая не связана с душевным заболеванием); при выяснении способностей свидетелей и потерпевших правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать им правильную оценку в своих показаниях; при дагностике личностных свойств обвиняемых, свидетелей и потерпевших.
В рамках пенитенциадной психологии изучается личность осужденного, степень его криминальной зараженности, особенности адаптации личности к местам лишения свободы, деформации личности, возникающие в результате пребывания в местах лишения свободы.
