Более тридцати лет я жила по указке отца, братьев, агрессивного мужа, но, став наконец независимой, не утратила вкус к риску. Теперь я все решаю сама, пусть даже часто сомневаясь в правильности принятых решений.
Впрочем, терять мне было нечего. Мой печальный опыт научил меня стойко принимать удары судьбы, так что если и эта встреча обернется для меня разочарованием, я, конечно же, не умру. Я снова воспряну духом и продолжу свой путь, как прилежная ученица. И потом, это все же будет не первым разочарованием.
Кафе было уютным, а мой новый знакомый очень предупредительным. Я хотела сесть на маленький стульчик, но он протянул мне руку, приглашая занять место рядом с ним на удобной софе.
– Вы держитесь так отстранений. Вы боитесь меня?
– Никого я не боюсь! – ответила я с уверенностью, которой на деле совершенно не ощущала. И храбро добавила: – Тем более мужчину.
Он позвал официанта и спросил у меня, что мне заказать.
– Манговый со к, пожалуйста.
– Я угощаю. Для меня будет большим удовольствием, если вы что-нибудь съедите.
– Речь шла только о кофе, если я не ошибаюсь?
– Кофе был только пробным камнем, – признался он с обворожительной улыбкой. – Я ведь не знал, примете ли вы приглашение. Теперь я настаиваю на том, чтобы вы перекусили вместе со мной.
«Он настаивает! Ты делаешь ошибку, Самия. Из-за своей доверчивости ты каждый раз попадаешь впросак».
Уступая его обаянию, я чувствовала, что оказываюсь в ловушке и снова становлюсь слабой.
Остаток дня мы провели вместе. Я смотрела на Рами, чувствуя, что все больше и больше увлекаюсь им. Мне совершенно не хотелось отказываться от этого невероятного, но в то же время такого земного приключения. Моим самым большим желанием было: пусть этот вечер никогда не закончится!
* * *
Мы встретились несколько раз, и я поняла, что влюбилась. Я не помнила, когда была так счастлива. Я ощущала себя молодой девушкой, которой на серебряном блюде подали этот яркий праздник. Я могла совершать тысячи маленьких проделок и осознала, что именно этого мне не хватало в молодости.
Смеясь над шутками Рами, я чувствовала себя заново рожденной, мне хотелось наслаждаться каждой секундой наших драгоценных встреч. Мое сердце пело от счастья. Я сожалела, что эта романтическая сторона любви до сих пор была мне незнакома. Я мечтала о ней так долго, и именно это было мне по-настоящему необходимо. Ни осторожность, ни понимание того, что наши отношения развиваются слишком быстро, не могли остановить меня.
Мне совершенно не хотелось сопротивляться этой невероятной силе желаний, я жаждала дальнейшего развития отношений. Я желала, чтобы эта нежная сказка продолжалась, и не думала о последствиях.
Одурманенная этой романтической чехардой, я все же сформулировала свое соглашение с Господом предельно четко: я должна пользоваться тем» что приносит день насущный, и ни в коем случае не отказываться от подарка свыше, тем более от такого, как Рами. Хорошо это или плохо? Это покажет будущее.
Поначалу я лгала Рами, убавив от своего возраста пять-шесть лет, но понимала, что он делает наоборот – прибавляет себе годы. Постепенно, встречаясь с ним, я добавляла себе по году, а он убавлял, пока, в конце концов, мы не приблизились к истине. Эта игра в прятки беспокоила меня, я чувствовала, что хожу по лезвию ножа. Слишком уж он был молод, такую разницу в возрасте игнорировать было нельзя. Это тревожило меня все больше и больше, и я даже лишилась сна.
Но время шло своим чередом, и я наконец забыла о возрасте. С Рами я не только обрела молодость, я взяла реванш над теми, кто украл ее у меня. Такие мысли приносили мне удовлетворение.
Во время наших встреч я открывала в нем невероятное обаяние. Этот человек коренным образом отличался от тех мужчин, которых я знала раньше. Он был ласков и нежен. Кроме того, он не только предлагал мне любовь, но также брал на себя роль моего защитника. Редко кто из мужчин поступает подобным образом.
В очередной раз я подумала о том, что не все исповедующие ислам являются по отношению к женщинам безжалостными фанатиками-интегристами. Только незначительная часть мусульман превратила ислам в религию террора. И не стоило приписывать подобные воззрения всем остальным.
Спустя какое-то время Рами познакомил меня со своей семьей. Сначала он представил меня своей единственной сестре и ее жениху, потом тете, которая воспитывала его как сына. И, наконец, отцу. Само собой разумеется, больше всего я боялась не понравиться его отцу. Я боялась реакции этого мужчины шестидесяти семи лет, с величественной осанкой, который уже отошел от дел и находился на пенсии. Но мои страхи оказались напрасными. В первую же минуту он, взяв меня за руку, понимающе посмотрел на сына и произнес столь желанные для меня слова:
– Она прекрасна!
