Идентичности и половых ролей

В последние два десятилетия теории биологического пола, рассматриваю­щие мужское и женское, половой диморфизм и половой дипсихизм, все более вытесняются теориями половых ролей, сопоставляющих маскулинность и фе-мининность как личностные измерения.

Важно подчеркнуть, что половые стереотипы, роли и идентичности — не синонимы, хотя различия между ними часто оказываются нечеткими, а это приводит к терминологической разноголосице в литературе.

Так, идентификация понималась К. Юнгом как бессознательное отожде­ствление субъектом себя с другим субъектом или группой, или процессом, образом, идеалом. Идентификация является важной частью нормального раз­вития.

Термин «идентификация» был введен 3. Фрейдом в 1917 г. в работе «Печаль и меланхолия». Идентификация понималась им как имитация поведения ро­дителя своего пола, вплоть до формирования комплексов Эдипа и Электры.

Позже, другими исследователями, концепция имитации была расширена до моделирования — имитации поведения людей своего пола вообще, а не толь­ко родителей.

М. Claes (1991) отмечает, что, начиная с раннего детства, человек быстро идентифицирует свойственные и не свойственные каждому полу варианты поведения. Подобная ассимиляция не является результатом намеренного обу­чения, она скорее продукт постепенного усвоения ряда норм, определяющих адекватное поведение.

В психологическом словаре (1991) мы находим определение идентифика­ции как эмоционально-когнитивного процесса неосознаваемого отождеств­ления субъектом себя с другим субъектом, группой, образом.

В младенчестве возникает первичная идентификация, которая является примитивной формой эмоциональной привязанности ребенка к матери. Впо­следствии эта «тотальная захваченность объектом» уступает место вторичной идентификации, играющей роль защитного механизма, благодаря которому ребенок справляется с беспокойством, вызванным угрожающим авторитетом, путем включения некоторых аспектов его поведения в собственные действия.

Применительно ко взрослому субъекту идентификация связывалась с не­вротическими симптомами, при которых у субъекта из-за желания оказаться в положении объекта возникают болезненные явления, характерные для по­следнего.

Что же касается понятия «идентичность», то она в наибольшей мере связа­на с половыми ролями и во многом определяет «Я-концепцию». Р. Берне (1986) отмечал, что человек строит «образ Я» через призму своей идентичности. Дж. Мани и А. Эрхарт (J. Money, A. Ehrhardt, 1972) подчеркнули тесную связь понятий «половая роль» и «половая идентичность»: половая идентичность есть субъективное переживание половой роли, которая, в свою очередь, есть пуб­личное выражение половой идентичности.

По определению И. С. Кона (1988), половая роль — это некоторая система предписаний, модель поведения, которую должен усвоить и которой должен соответствовать индивид, чтобы его признали мужчиной или женщиной. Ав­тор указывает, что «роль» и «идентичность» взаимосвязаны и предполагают друг друга. Тем не менее они не тождественны, и их изучение имеет разные точки отсчета: половые роли соотносятся с системой нормативных предписаний куль­туры, а половая идентичность — с системой личности.

Половая идентичность — единство поведения и самосознания индивида, причисляющего себя к определенному полу и ориентирующегося на требова­ния соответствующей половой роли (И. С. Кон, 1988).

Определяя половую и полоролевую идентичности, нельзя не вспомнить, что впервые понятие идентичности сформулировал Э. Эриксон (Е. Erikson, 1959). Он является автором теории идентичности, которая родилась из клиническо­го анализа непостоянства «Я» при неврозах.

Согласно Э. Эриксону, понятие «Я-идентичности» занимает центральное место в осмыслении процесса развития и включает ряд важных аспектов.

Во-первых, идентичность соотносится с понятиями единства и монолит­ности, позволяющими описать одни явления отличными от других.

Во-вторых, оно определяет представления о постоянстве и протяженности, поддерживающие константность объектов и субъектов, несмотря на времен­ные изменения, которые они могут претерпевать.

В-третьих, идентичность позволяет установить отношения между вещами, объединяя те, которые «существуют совместно», и «перегруппируя их по сход­ству и различию».

Идентичность определяется как тождественность самому себе и противо­стоит разделяющим тенденциям.

Иными словами, понятие идентичности обозначает твердо усвоенный и личностно принимаемый образ себя во всем богатстве отношений личности к окружающему миру, чувство адекватности и стабильного владения личностью собственным «Я», независимо от изменений «Я» и ситуации, способность лич­ности к полноценному решению задач, возникающих перед ней на каждом эта­пе ее развития.

Идентичность — это показатель зрелой (взрослой) личности, истоки орга­низации которой скрыты на предшествующих стадиях онтогенеза.

Основные этапы взрослого возраста предвосхищают три аспекта становле­ния идентичности в отрочестве: половая поляризация противостоит бисексу­альности; интеграция функций власти и подчинения — потере авторитета; иде­ологический выбор — смещению ценностей (Е. Erikson, 1972).

И хотя Э. Эриксон не использует термин «полоролевая идентичность», от­талкиваясь от его теории, полоролевую идентичность можно определить как принятие себя в соответствии с собственным полом и принятие наличия опре­деленного пола в себе.

Структура «Я» развита тем лучше, чем лучше человек осознает собственную целостность, свое сходство и различие с другим, свою ограниченность и свои возможности. Формирование идентичности никогда не бывает однонаправ­ленным, оно охватывает половую идентификацию, становление определенной мировоззренческой позиции и выбор той или иной профессиональной ориен­тации (J. Marcia, 1980).

Именно проблемы принятия своей половой роли — представление о себе как о существе мужского или женского пола и степень удовлетворенности, свя­занная с этим представлением, — в наибольшей мере связаны с невротически­ми и личностными нарушениями.

Освоение половой роли представляет собой основную задачу отрочества. Если в детстве окружающие могут смириться с некоторыми отклонениями в поведении ребенка от предписанных половых ролей, то в отрочестве выбор должен быть более четким, а необходимость избежать отклонений — более оче­видной.

Как отмечает М. Claes (1991), общество более терпимо к женским половым ролям, которые могут разворачиваться в широком регистре, например: девуш­ка на некоторое время может выбрать модель «свой парень» и получить при­знание своего семейного и социального окружения.

Однако Э. Дюван (Е. Douvan, 1979) считает, что освоение половой роли яв­ляется более сложным для девочки, чем для мальчика, в связи с различиями в мужской и женской социализации.

У девочки этот перелом происходит в отрочестве. В детстве она находилась под двойным влиянием: первое усугубляло ее зависимость дома, второе поощ­ряло индивидуализм и стремление к соревнованию в школе. В юности девуш­ка соприкасается с тем, что окружающие ждут от нее отказа от идей самореа­лизации и / или она должна скрыть стремление к индивидуальному успеху во имя основных целей: стать женой и матерью. Девушки со снижением интел­лекта рискуют не оправдать эти ожидания. В связи с этим обследование их в этом аспекте представляет большой интерес.