ОБЩЕЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ ТРЕНИНГЕ
СПЕЦИФИКА ТРЕНИНГОВОЙ ФОРМЫ РАБОТЫ
Термин «тренинг» (от английского train, training) имеет ряд значений — «воспитание, обучение, подготовка, тренировка». Групповой психологический тренинг выходит за эти рамки и используется, в самом широком смысле, в целях развития, психокоррекции, обучения и диагностики.
В настоящее время определений группового психологического тренинга существует, наверное, столько же, сколько и авторов, их описывающих. Если проанализировать определения психологического тренинга в различных источниках, то складывается впечатление, что все они похожи на описание слона в известной метафоре, когда каждый «видит» что-то свое в соответствии с его точкой зрения. На наш взгляд, наиболее общее, но удачное определение группового психологического тренинга предложено Н. Ю. Хрящевой и С. И. Макшановым, представляющими тренинг как «многофункциональный метод преднамеренных изменений психологических феноменов человека, группы и организации с целью гармонизации профессионального и личностного бытия человека».
Под тренинговыми группами обычно понимаются все специально созданные малые группы, участники которых при содействии ведущего-психолога включаются в своеобразный опыт интенсивного общения и взаимодействия, ориентированный на решение разнообразных психологических проблем участников, их самосовершенствование, а также на развитие группы и решение общегрупповых проблем.
Попробуем разобраться в имеющихся представлениях о психологическом тренинге и выявить наиболее общее (ключевое) понятие в его определении.
В целом ряде работ отечественных психологов психологический тренинг рассматривается как один из активных методов обучения. Обучение — важный элемент тренинга, однако, на наш взгляд, данный термин не является ключевой характеристикой психологического тренинга, полностью раскрывающей его сущность. Так же как и не совсем удачно понятие «активность» по отношению к методу. Как отмечает С. И. Макшанов, разделение методов по критерию их активности может представляться недостаточно корректным, так как сам по себе метод не может быть активным или пассивным, активность — это скорее свойство субъекта, а не метода.
Другие авторы относят групповой психологический тренинг к психологическим методам воздействия. Однако термин «воздействие» отражает скорее процессуальные характеристики тренинга как метода и не раскрывает его полной сути.
Понятие развитие (отдельных качеств) также не является общим для психологического тренинга. Как отмечает О. П. Кондаурова, в ходе тренинга психологические характеристики могут не только развиваться, но и затормаживаться, а некоторые навыки и умения формируются заново.
По отношению к теории психологического тренинга в противовес к «развитию» С. И. Макшанов вводит удачный термин «преднамеренное изменение». Данное понятие адекватно отражает цель, процесс и результат изменения, подчеркивает их осознанный характер и является более широким в соотнесении с понятием «развитие». Понятие «преднамеренное изменение» позволяет применить его к ситуациям, не относящимся к развитию в принятом понимании, например, когда в результате преднамеренного изменения трансформируются отношения личности к чему-либо, то это, безусловно, является изменением, но не развитием. Другими словами, изменение возможно без развития, развитие без изменения — нет. Преднамеренное изменение включает в себя и развитие и коррекцию.
Другие авторы в сочетании с обучением отмечают понятие опыт. Кьелл Рудестам называет тренинговую форму «ядром обучающего опыта, а в некоторых случаях — единственным успешным методом обучения и изменения человека». Он отмечает, что, «наблюдая происходящие в группе взаимодействия, каждый участник может идентифицировать себя с другими и использовать установившуюся эмоциональную связь при оценке собственных чувств и поведения. Все переживания и поток опыта, порождаемые в группе, позволяют каждому участнику проанализировать и переоценить многие ограничивающие его установки и убеждения. Также в процессе тренинга участники могут смоделировать и опробовать различные навыки, которые в дальнейшем они могут перенести в обычную жизнь».
Виктор Каган описывает тренинг как совершенно особую форму обучения, опирающуюся не на декларативное, а на реальное знание и дающую возможность пережить на собственном опыте то, о чем лекция говорит вообще. Он отмечает, что «декларативное знание о вреде пьянства или курения, соблюдении десяти заповедей и т. п. мало что способно изменить в этом мире в жизни людей. Его логически завершенная форма — эрудиция, которую Амбруаз Паре едко назвал «пылью, вытряхнутой из книг в пустой череп». Реальное знание может ничего не знать о десяти заповедях, но руководит поведением человека в точном соответствии им. Реальное знание — это «знание» собственного опыта, а не информации.
На наш взгляд, именно понятие «опыт» является общим и ключевым для понимания психологического тренинга. Можно сказать, что групповой психологический тренинг является методом преднамеренных изменений человека, направленных на его личностное и профессиональное развитие через приобретение, анализ и переоценку им собственного жизненного опыта в процессе группового взаимодействия.
При этом понятие «жизненный опыт» следует понимать в самом широком смысле. У каждого человека свой жизненный путь. Каждый из нас является носителем собственного опыта. И то, кем мы являемся в настоящий момент, во многом определяется той событийностью, с которой каждый из нас встречался на своем пути, тем, как к ней относился, как на нее реагировал и как относился к собственной реакции. Иными словами, человек как личность и профессионал в совокупности его представлений о себе и окружающем мире является результатом его личного опыта взаимодействия с этим миром.
Возможность работы непосредственно с опытом позволяет использование психологического тренинга в качестве важного элемента профессиональной подготовки. Тренинг помогает «преодолеть ограничения, накладываемые на профессиональную деятельность традиционными методами обучения, и может выступать в качестве мостика между, безусловно, необходимыми, но, тем не менее «перцептивно пустыми» теоретическими знаниями, с одной стороны, и практикой, с другой стороны. В традиционных формах профессиональной подготовки предполагается, что вначале специалист получает информацию и только через неопределенное время возможность ее использования. Только тогда происходит реальная оценка субъектом применимости полученного знания и закрепление того, что еще от них осталось»1. Оставаясь не связанной с переживаниями от практического использования полученных знаний, информация более подвержена воздействию механизмов забывания, вытеснения или просто последующего непринятия (отказа).
В тренинге создается возможность незамедлительного соотнесения полученной информации и деятельности, эмоционального проживания новых моделей поведения и связанных с ними результатов, что обеспечивается действием каналов обратной связи. Проходящий подготовку в тренинге специалист при получении обратной связи обнаруживает имеющиеся у него дефициты умений и навыков, различные «белые пятна» теоретических знаний, а также неадекватность установок и стереотипов.
Также психологический тренинг позволяет работать с личностью, затрагивая глубинные внутренние структуры, трудно поддающиеся коррекции другими методами. При этом хорошая работа опытного ведущего в личностно ориентированном психологическом тренинге заключается не столько в развитии личности, сколько в ее «пробуждении» и активизации. Нельзя изменить человека. Человек меняет себя сам, так или иначе реагируя на ситуации и ощущение собственной успешности или неуспешности в них. Можно в этот момент быть рядом с ним, создавать соответствующие условия и помогать ему.
Психологический тренинг не просто позволяет выработать и проанализировать новый опыт, он ориентирует человека на «чувствование себя, своего "Я", дает возможность «прикоснуться» и частично осознать в себе то, что обычно спрятано и исподтишка навязывает свои решения». Мы очень мало знаем о чувствовании себя, чаще всего нас учат игнорировать или обесценивать его, хотя это чувствование является более важным, чем слух или зрение. И не важно, как человек его называет для себя: интуицией, подсознанием или опытом, тем более что все это лежит «в одной коробке». Джеймс Бьюдженталь пишет: «Если человек слепой или почти слепой от рождения, единственный способ рассказать ему о чувстве зрения состоит в использовании неточных аналогий со слухом, осязанием или другими чувствами»1. Также сложно объяснить, что значит чувствовать себя. В данный момент ваши глаза сообщают вам, что перед вами — страница с текстом, а не белый прямоугольник с черными значками на нем. И вы можете непосредственно осознать каждое слово и предложение с заложенными в них значениями и смыслом. Внутреннее чувство (чувствование себя) может функционировать так же естественно и давать непосредственное осознание. Оно может сказать, например: «Мне не понравился разговор с этим человеком», а не сообщать «сырые» данные, из которых можно только выводить умозаключения типа: «Я заметил, что испытываю физическое беспокойство... наверное, мне наскучил разговор с...» и т. п. Человек знает, что нужно другим: чаще улыбаться, разговаривать вежливо и т. п., но порой не знает, что действительно хочет он. Возможно, это плата за социализацию. Часто человек воспринимает себя лишь как «смутное представление на неопределенном фоне», и ему ничего не остается, кроме как размышлять о причинах своего беспокойства, тем более если с детства его отучали прислушиваться к себе, понимать себя и проявлять свои чувства. Развитие личности должно включать восстановление способности иметь и воспринимать внутренние сигналы, знать, что человеку нравится, а что нет, что хочется в настоящий момент, а что нежелательно, что приятно, а что не очень. Человек, не получающий этих сигналов изнутри, этих голосов своего истинного «Я», вынужден искать внешние опоры для руководства. Он управляет собой при помощи часов, правил, календарей, расписаний, планов и указаний других людей.
Тренинговая группа — это не место, где обмениваются проблемами, это место, где каждый участник может лучше понять и принять себя. Психологический тренинг открывает участникам широкое поле для того, чтобы вступить в общение с самим собой, с той решающей частью себя, которая в обыденной жизни чаще не замечается или откровенно игнорируется, той частью себя, которая спрятана за внешними масками и ролями. Маски в виде внешних «Я» создаются для сохранения и освобождения внутреннего реального «Я» от разрушающего воздействия внешней реальности. Но нередко источник проблем человека заключается в том, что он все реже позволяет себе быть собой, теряется за внешними масками и окончательно забывает дорогу к себе. Постоянное поддержание внешних «Я» требует больших энергетических затрат, изматывает и разоряет личность. Психологический тренинг активизирует стремление участников к познанию себя и самосовершенствованию, позволяет каждому из них принять личную ответственность за то, кто он есть, и дает им возможность стать «скульпторами» собственной личности.
