Развитие этой отрасли права определялось, с одной стороны, социалистическим характером государства, с другой - необходимостью обеспечить народное хозяйство трудовыми ресурсами.
В условиях ликвидации безработицы и складывающегося дефицита рабочей силы огромное экономическое значение имело привлечение к производительному труду женщин. Так, в Азербайджане в 1931 г. были изданы постановления правительства, возложившие на ведомства обязанность немедленно выявить профессии и должности, на которых возможно применение женского труда, и принять меры к замещению их женщинами. Специальным постановлением 1932 г. руководителям сельскохозяйственных предприятий Азербайджана предписывалось достигнуть определенного уровня применения женского труда.
2 октября 1940 г. Был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР «О государственных трудовых резервах СССР», на основании которого разворачивалась сеть ремесленных училищ и фабрично-заводских школ для подготовки кадров квалифицированных рабочих. Государственные резервы рабочей силы должны были находиться в непосредственном распоряжении правительства. Было признано «необходимым ежегодно подготавливать для передачи в промышленность государственные трудовые резервы в количестве от 800 тыс. до 1 млн. человек путем обучения городской и колхозной молодежи определенным производственным профессиям в ремесленных училищах, железнодорожных училищах и в школах фабрично-заводского обучения.....установить, что все окончившие ремесленные училища, железнодорожные училища и школы фабрично-заводского обучения считаются мобилизованными и обязаны проработать четыре года подряд на государственных предприятиях по указанию Главного управления трудовых резервов при Совете Народных Комиссаров СССР»
В 1938 г. началась реализация третьего пятилетнего плана. Ради его выполнения государство в максимальной степени расширило свою власть над обществом. Постановлением СНК СССР от 20 декабря 1938 г. вводились единые трудовые книжки. В трудовые книжки вносились сведения о занимаемой должности, поощрения и взыскания. Но фактически их введение преследовало ту же цель, что и введение паспортов, - прикрепление работников к их рабочим местам. В январе 1939 г. изменилось понятия «прогул»: отныне им считалось любое опоздание на 20 минут.
10 июня 1940 г. последовал Указ Президиума Верховного совета «Об ответственности за выпуск недоброкачественной или некомплектной продукции и за несоблюдение обязательных стандартов промышленными предприятиями». За эти правонарушения директора, главные инженеры, начальники отделов наказывались тюремным заключением на срок от 5 до 8 лет. Через 16 дней Президиума Верховного совета СССР принял указ «О переходе на 8-часовой рабочий день, на семидневную неделю и запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений». За самовольный переход с одной работы на другую устанавливалась уголовная ответственность вплоть до лишения свободы. За опоздание на работу более чем на 20 минут следовало наказание исправительно-трудовыми работами до 6 месяцев. За первый месяц его действия было возбуждено 100 тыс. дел о нарушении трудовой дисциплины, за следующие полтора месяца - 900 тыс.
С октября 1940 г наркоматы и администрации предприятий, в соответствии с Указом Президиума Верховного совета СССР «О порядке обязательного перевода инженеров, техников, мастеров, служащих и квалифицированных работников с одних предприятий и учреждений в другие» получили право переводить работников на другие виды работ и даже в другую местность без их согласия.
Жесткие трудовые условия устанавливались и для колхозников. В соответствии с постановлением СНК СССР и ЦК ВКП (б) «О повышении для колхозников обязательного минимума трудодней» обязательная норма увеличивалась со 100 до 120 трудодней. Не выполнивших норму людей отдавали под суд. Эти и ряд других решений СНК СССР, ЦК ВКП (б) и ВЦСПС существенно ухудшили правовое положение советских людей. Кодекс о труде фактически был отменен. Работа оказалась сведена к трудовой повинности, осуществляемой под принуждением государства. Все это было обусловлено логикой тоталитарной системы, при которой интересы государства ставились выше социально-бытовых проблем простых людей.
