Исследование квазикапиталистических отношений власти и частного капитала служит следующим шагом к поставленной в работе цели - выработке теоретических предложений и методологических установок согласования экономических интересов государства и частного капитала.
В данной части исследования ставятся следующие задачи: дать определение квазикапиталистических отношений власти и частного капитала; установить природу этих отношений и рассмотреть институты их реализации; выявить, насколько такие отношения отвечают/противоречат экономическим интересам частного капитала и государства.
И так, квазикапиталистические отношения власти и частного капитала есть система неформальных отношений, обеспечивающая реализацию экономических интересов власти (получение бюрократической ренты) и частного капитала (получение прибыли) методом задействования административного ресурса в нарушение заданных «правил игры».
Природа этих отношений – нелегитимность собственности. Безопасная реализация такой собственности (исключающая рейдерские захваты, враждебные поглощения, преднамеренные банкротства и т.п.) возможна лишь при поддержке власти. Поэтому при нелегитимности собственности близость к власти (ее поддержка и защита) становится решающим условием реализации экономического интереса частного капитала. В силу этого значение власти неизмеримо возрастает, что обеспечивает последней бюрократическую ренту: чем большее значение имеет административный ресурс для реализации экономического интереса частного капитала, тем больше бюрократическая рента.
Таким образом, нелегитимность собственности определяет общность интересов капитала и власти, что обозначает, как следует из вышеизложенного (Р. I гл. 4): реализация экономического интереса частного капитала (получение прибыли) опосредуется реализацией экономического интереса власти (получение бюрократической ренты) и, наоборот, реализация экономического интереса власти опосредуется реализацией экономического интереса частного капитала.
Квазикапиталистические отношения власти и частного капитала по принципам выстраивания и целеполаганию четко подразделяются на а) отношения власти и частного капитала, рожденного властью и близкого к ней, или «карманного»; б) отношения власти и частного капитала в его остальной, подавляющей части, представляющей в значительной мере капитал, «порожденный трудом и одаренный собственной волей».
Рассмотрение квазикапиталистических отношений власти и частного капитала на каждом из этих уровней расширяет эвристику исследования, позволяет выявить сущностные характеристики таких отношений, что необходимо для разработки мер по их устранению в целях согласования экономических интересов государства и частного капитала.
И так, квазикапиталистические отношения власти и «карманного» капитала выстроены на основе родственных и дружеских связей; сложились в отраслях и сегментах экономики, обеспечивающих устойчиво высокую доходность; имеют место практически на всех уровнях национальной экономики (табл.).
Обращение к Таблице N позволяет увидеть, что квазикапиталистические отношения частного капитала и власти (описание таблицы, какие это отрасли).
Сущностные характеристики квазикапиталистических отношений «провластного», или частного капитала и власти: целеполагание - получение максимальной прибыли капиталом и максимизация бюрократической ренты властью; основа выстраивания отношений – родственные и дружеские связи; принципы выстраивания отношений – добровольность, паритет интересов власти и капитала; механизм достижения поставленной цели – согласованное использование ресурсов, экономических и административных[1]; оптимальный результат совместно принятых решений – получение капиталом максимально возможной прибыли, властью - бюрократической ренты.
Институты реализации квазикапиталистических отношений, обеспечивающие в правовом поле реализацию экономического интереса частного капитала[2]:
- экономическая политика: власть использует экономическую политику как инструмент максимизации прибыли олигархического капитала и, соответственно, получение бюрократической ренты (последняя ежегодно в среднем составляет, по оценке экспертов, от USD 300 млрд. что сопоставимо с годовым российским бюджетом России)[3];
- проведение конкурсов, тендеров на получение государственных заказов по сценариям, обеспечивающим победу олигархическому капиталу (досужие примеры - тендер на поставку пластмассовых стульев для стадиона «Лужники»; тендер на ремонт и реконструкцию памятника «Рабочий и колхозница» скульптора В. Мухиной и др);
- размещение государственных заказов без проведения тендеров (в частности, предоставление Газпромом подрядов: Выборгскому судостроительному заводу на строительство морских платформ для разработки Штокмановского месторождения; одному и тому же подрядчику - на строительство газопроводов Сахалин — Хабаровск — Владивосток и Джубга — Лазаревское — Сочи и т.д.);
- предоставление режимов наибольшего благоприятствования (например, частной компании «Новатэк», единственной, разрешено экспортировать газ (используя номинальный договор с «Газпромом»), при том, что в России введена монополия на экспорт газа и газ может продавать за границу только «Газпром»;
- административный контроль над рынками и регулирование выхода на них новых хозяйствующих субъектов (так, упомянутой выше компании «Новатэк» разрешено экспортировать газ, а другим частным компаниям запрещено, например, таким как «Сургутнефтегаз», «Лукойл», ТНК-BP и др.);
- компенсация перераспределения природной ренты опережающим ростом цен на данные экономические ресурсы;
Институт реализации квазикапиталистических отношений государства и капитала, обеспечивающий вне правового поля реализацию экономического интереса последнего, - оппортунистическое поведение власти. Примерами тому могут служить, в частности:
- распоряжение Правительства о передаче компании «Новатэк» без проведения конкурса гигантских газовых месторождений на севере Ямала – Геофизического, Салмановского (Утреннего), Северо-Обского и Восточно-Тамбейского нефтегазовых участков в нарушение Закона «О недрах», статьи 9, согласно которой осваивать месторождение на шельфе имеют право компании, контролируемые государством, каковой «Новатеэк» не является;
- продажа активов государственных предприятий по заниженным ценам. Примерами тому служат, в частности, продажи «Газпромом» его активов по заниженным ценам частным компаниям. За минувшее десятилетие активы Газпрома были проданы, согласно оценке экспертов, в среднем в 45 раз дешевле их реальной стоимости[4];
- покупка по завышенным ценам активов частных компаний (предприятий, ранее приватизированных, как правило, по заниженным ценам), в том числе: покупка «Сибнефти», покупка шахты ОАО «Распадской» по цене, более чем на 30% выше рыночной; покупает контролируемой государством компанией «Роснефть» 50% топливо - заправочного комплекса в аэропорту Внуково» по цене, завышенной в 8 раз[5];
- лоббирование интересов олигархического капитала, примеры тому - приватизация «Сибнефти» в 1995 г.[6], вступление России в ВТО.
Приведенные выше институты реализации квазикапиталистических отношений обеспечивают частному капиталу максимальную прибыль, власти ‑ бюрократическую ренту, в силу чего система экономических интересов власти и крупного частного капитала приходит в равновесное состояние.
В последнем, как известно, усматривается некий положительный эффект, якобы равновесное состояние системы экономических интересов власти и крупного частного капитала: обеспечивает стабильность политического режима; в определенной мере способствует решению проблемы модернизации и, соответственно, роста производительности труда и сокращения издержек производства в отраслях и секторах экономики, приоритетных в свете экономического интереса капитала.
Однако этот эффект не значим в сравнении с уроном, который наносится квазикапиталистическими отношениями «карманного» капитала и власти экономическому интересу государства, в том числе:
- использование властью экономической политики как инструмента реализации интереса «карманного» капитала противоречит экономическому интересу государства, примеры тому:
- а) поощрение экспорта сырьевых продуктов с низкой добавленной стоимостью стимулирует нерациональное использование национального богатства и обрекает национальную промышленность на сырьевой голод;
- б) заниженный курс рубля косвенно субсидирует экспорт и удорожает импорт, в том числе и технологий, что в условиях деградации обрабатывающей промышленности, существенно осложняет решение проблемы модернизации национальной экономики;
- в) жесткое прикрепление курса национальной валюты к американскому доллару представляет угрозу экономической безопасности страны;
- г) опережающий рост цен на сырьевые ресурсы позволяет компенсировать перераспределение природной ренты, при этом крайне затрудняет развитие обрабатывающей промышленности – точки экономического роста;
- предоставление госзаказов вне конкурсов и тендеров предопределяет неэффективность использования бюджетных средств государства, примеры тому – «неэффективное» расходование средств при строительстве объектов в ходе подготовки к проведению саммита во Владивостоке (), олимпиады в Сочи (), строительстве дорог (……………) и др.
- преференции, предоставляемые капиталу (государственные заказы по завышенным в разы ценам; продажа активов государственных предприятий по заниженным ценам и покупка активов частного капитала по завышенным ценам и т.п.), позволяют «карманному» капиталу реализовать свой экономический интерес вне связи с экономическим интересом государства: капитал получает максимальную прибыль, не создавая ни новые рабочие места, ни материальные условия труда, что противоречат экономическому интересу государству;
- режимы наибольшего благоприятствования освобождают «карманный» капитал от необходимости минимизировать издержки производства, что равно освобождению от необходимости модернизации производства и обеспечения роста производительности труда, или выполнения частным капиталом общественной функции – базовой предпосылки реализации экономического интереса государства;
- возможность задействовать административный ресурс провоцирует «хищническое» поведение «карманного» капитала, в том числе, захваты, скупки прибыльных предприятий, как правило, с целью перепродажи, что алогично общественной функции капитала и враждебно экономическому интересу государства;
Изложенное выше приводит к выводу, что квазикапиталистические отношения «карманного» капитала и власти безоговорочно враждебны экономическому интересу государства:
- угнетают экономический интерес людей, «обладающих энергией, способностями и знанием дела» и тем самым препятствует развитию частного предпринимательства, созданию класса эффективных собственников равно формированию конкурентной среды;
- исключают саму возможность выполнения «квазикапиталом» исторической миссии – «всестороннего увеличения и поднятия до высшего уровня производительных сил страны».
После того, как исследованы квазикапиталистические отношения крупного частного капитала, который рожден властью и близок к ней как таковой, и самой власти, проводится исследование квазикапиталистических отношений другой части капитала, составляющей его большинство, – капитала, не имеющего связей родства и дружбы с властью, «рожденного собственным трудом и озаренного собственной волей» и самой властью.
На этом уровне квазикапиталистические отношения власти и частного капитала (принципиально иные, нежели выше рассмотренные) - это общественные отношения господства власти, что означает: власть преследует свой интерес – максимизирует бюрократическую ренту, частный же капитал ограничен выбором между неоптимальными исходами этих отношений.
В силу этого квазикапиталистические отношения частного капитала и власти есть отношения вынужденные: экономический интерес принуждает частный капитал к взаимодействию с властью на платной основе в обмен на преференции, в частности, снижение административных барьеров выхода на рынок; предоставление информации, позволяющей минимизировать внешние риски, защита от произвола как со стороны криминала, так и со стороны «белых воротничков»[7], и др.
Принуждение частного капитала к неформальным отношениям создает модель взаимоотношений власти и частного капитала, принципиально отличную, от выше рассмотренной: власть в лице чиновника, используя административный ресурс, действует в соответствии со своим интересом – максимизирует бюрократическую ренту, в то время как частный капитал ограничивается выбором между неоптимальными исходами этих отношений, или, другими словами, сравнением трансакционных издержек принятия / непринятия предлагаемых правил «игры».
[1] Данные сущностные характеристики неформальных отношений власти и олигархического капитала присущи
[2] Составлено: http://www.putin-itogi.ru/2011/12/28; http://www.arena vlasti.ru. 07.2011; Материалы круглого стола по теме: «Эффективность федерального законодательства по борьбе с коррупцией и меры его совершенствования» 21 марта 2011 г.; Левин С. Деформализация правил взаимодействия власти и бизнеса.// Вопросы экономики. 2005. № 10; Олейник А. Политэкономия власти: подходы к анализу отношений между государством и бизнесом в России. Вопросы экономики. 2011. № 5.Полетаев В. Государство и бизнес в России: инновации и перспективы. - М.: инфра – М, 2012.
[3] Источник: http://www.rusolidarnost.ru
[4] Источник: http://www.rusolidarnost.ru
[5] Источник: Газета.Ru. 16.01.2012.
[6] Источник: www.ria.ru 12.02.2012.
[7] В еженедельнике «Деловой мир» в контексте анализа тенденций частнокапиталистических отношений в России отмечается: «Появившийся слой предпринимателей и банкиров стал объектом посягательств со стороны не только классических гангстеров, но и новой генерации «белых воротничков» - В: Черных А. Технологии безопасности // Деловой мир. 16 января 1996 г.
