В ушах шумело. То ли море, то ли галлюцинации. Но никаких холодных рук и прикосновений не было. По крайней мере, я этого не чувствовала. Но мы до сих пор находились на палубе. В голове раздавался самый настоящий колокольный звон, а в виски будто бы стучали маленькие человечки‑леприконы. Размяв уставшие от борьбы руки и привстав с холодной палубы, я попыталась разлепить глаза. Но тут же их закрыла, потому что солнце до сих пор светило и не давало нормально осмотреться.
После минутного привыкания я сощурилась и через ряд своих накрашенных ресниц увидела... нечто. Виктор стоит у самого ограждения, держит за шкирку своего дядю, который практически болтается над океаном. Я тяжело сглотнула от увиденного, закрыла глаза, сосчитала до десяти и снова открыла. Но картинки не изменилась. Виктор что‑то вкрадчиво говорил Клаусу, а тот в ответ только рассеянно кивал головой и махал руками.
‑Ещё раз подойдёшь к ней хоть на километр, убью, ‑ громко, но очень чётко прошипел муженёк.
‑Я тут не при чём. Она сама, ‑ заверещал Санта, а Вик демонстративно опускал его ещё ниже, ещё ближе к встрече с водой. Эх, моя бы воля, то этот паршивец (что меня лапал) давно бы болтался в океане и молил о помощи. А вокруг никого, а вокруг тишина... Все на празднике, только я могу помочь. И не помогаю. Вот если бы только так можно было сделать. Муж резким движением кинул бывшего неудавшегося насильника на палубу и встретился со мной взглядом. Его тёмно‑голубые глаза абсолютно не выражали эмоций. Будто он не человек совсем, а робот какой‑то безжизненный.
‑Пошли, ‑ он мотнул головой в сторону двери, до которой я некоторое время назад не успела добраться. Я сделала маленький шажок на своей высокой шпильке и шлёпнулась на пол, гремя костями, воя и кляня весь свет белый. Виктор, немного расслабившись, подошёл ко мне, оглядел с ног до головы и подхватил на руки, а по дороге напоследок пнул отлёживающегося Клауса. Тот что‑то промычал в ответ, за что получил еще один слабый удар и грозное:
‑Будешь много говорить ‑ останешься без зубов.
Голова всё не переставала гудеть, глаза сами собой закрывались, а меня сильно клонило в сон (видимо, от пережитого стресса). Ухватившись поудобнее двумя руками за шею парня и пристроив свою голову ему на плечо, я без зазрения совести расслабилась и начала получать удовольствие. Конечно, такой красавчик на руках тянет!
‑Хочешь, но не можешь, ‑ прошептала я, уткнувшись носом в шею своего мужа и вдыхая аромат его самого и духов. Приятный, чуть терпкий и пьянящий. И вот зачем, спрашивается, придумали духи для мужчин? Мне и так плохо, а тут ещё такой запах манит.
‑Что ты там такое делаешь? ‑ полюбопытствовал Уэстли‑младший. Скорее всего, я слишком громко втягивала в себя воздух, вот и спалилась. Мозг уже судорожно придумывал отговорку. Насморк? Аллергия на духи? Но вырвался ответ сам собой:
‑У тебя такие же духи, как у моего бывшего.
Вот кто меня за язык тянул? Блин, чёрт бы побрал мою атрофировавшуюся на сегодняшний вечер извилину! Ничего получше не смогла придумать!
‑У Апполона? ‑ со смешком спросил. Я не видела его лица, но на сто процентов могла предположить, что парень в данный момент улыбается, как чеширский кот.
‑Да, у моего Поли, ‑ с долей тоски потянула и сама улыбнулась. Врать плохо, но приятно. Особенно, когда на твою ложь ведутся.
‑А опиши мне его, ‑ вдруг нагло заявил Виктор, уже приближаясь к нашему номеру. Описать? С чего это вдруг такой порыв?
‑Красивый, высокий, тёмные волосы, атлетичная фигура, правильные черты лица, ‑ воодушевлённо врала, представляя перед собой... Виктора. А кого ещё надо было представлять? Санту что ли? Этого придурка я буду видеть теперь только в кошмарах.
‑Что‑то описание больно схоже с моим, ‑ хохотнул в ответ. Я вообще ничего не поняла... Откуда этот паразит может что‑то знать?
‑Ты себя мнишь самым крутым парнем во вселенной? ‑ хохотнула и скривилась от шума в ушах.
‑Нет, я такой, какой есть.
Мда, самооценка у него ого‑го! Ещё хуже, чем у его дяди. Я невольно вздрогнула, вспоминая его холодные прикосновения. Виктор занёс меня в номер, положил на кровать и накрыл одеялом.
‑Я пошёл в душ. Меньше чем через час мы выходим. Я быстро, потом ты, если хочешь. По крайней мере, переоденешь платье и свои красивые туфли.
Вот ведь паразит, знает, что мне не удобно в туфлях было ходить! И до этого знал, но маскировался. Чтоб его за ногу. Я быстро стянула со своих туфлей адскую обувь и счастливо вздохнула: свобода. Так намного лучше.
Через пять минут в номер зашла всё та же Хуанита с подносом в руках. Она собрала старую посуду с тележки, которую так и не удосужились убрать, поставила новые блюда и тихо удалилась. На звук звенящеё посуды из ванной выплыл Полька в полотенце. Он, игриво стреляя в меня глазами, демонстративно прошёл, виляя задом, в сантиметре он моей кровати и моего носа, а потом шмякнулся на своё ложе, закинув руки за голову и мечтательно протянув:
‑Хорошо.
‑Кстати, ‑ я решила воспользоваться поднявшимся настроением муженька и подпортить неприятными воспоминаниями, ‑ в Африке я еду в багажнике или ты сменишь гнев на милость и позволишь мне лицезреть тебя всю дорогу в салоне? И почему я так легко отделалась: только почистила то, что испортила. К тому же в прачечной.
Парень лениво потянулся, сел на кровати и внимательно меня осмотрел с ног до головы.
‑Пожалуй, я разрешу тебе лицезреть меня в салоне автомобиля. А на счёт второго, то тут всё просто: ты поплатилась своими прелестными ножками. А теперь иди в душ, время убегает, как вода.
Я поднялась с кровати и, подняв платье, потащилась отмокать. Хотя времени на это и не было, но полежать в ванной всегда найдётся пара минут. Чего мне толком сделать и не дали. Буквально через пять минут в дверь настойчиво постучали:
‑Алекс, время идёт, а тебе ещё сушиться и собираться. Шевели задом, супруга. Главное, свои болезненные ножки не забудь удовлетворить, вода очень помогает в этом.
Я задумалась о том, что Виктор постоянно докапывается до меня и моих ступней. И только сейчас поняла, что это он, а не отец, выбирал мне платье и приглашал парикмахера и визажиста в номер. Это он виноват во всём. Я, быстро вылетев из воды, обернулась полотенцем и вышла из ванной твёрдым шагом направившись к муженьку, который что‑то набирал в своём телефоне. Убью. Задушу, чтоб ты навсегда мучения свои запомнил.
Я кинулась на него, словно остервенелая кошка, и принялась душить. Парень сначала ничего не понял, упав спиной на кровать и взирая на меня вылупленными глазами, а уже потом сообразил, что это его так умело душат, а никак не соблазняют. Виктор, схватив меня за запястья, резко толкнулся от кровати и оказался в мгновение ока сверху. Блин, что за ролевые игры. То я сверху, то он.
‑Хватит меня душить, иначе и правда поедешь в багажнике, ‑ строго пообещал. А что я? Ничего. Стала делать своё чёрное дело с удвоенной силой, дабы воплотить свою мечту в реальность. Тут в номер без стука зашёл Клаус. Этот тут что делает?
‑Какого чёрта тут забыл? Выметайся, ‑ грубо рявкнула ошалевшему мужчине и спокойно посмотрела на Виктора, который очень мило улыбался. ‑ А ты чего лыбишся?
‑Какая же ты у меня страстная, ‑ с хитрецой стрельнул глазами к выходу, намекая на присутствие дяди. Блин, и вот что ему надо? До сих пор стоит с открытым ртом и выпученными глазами.
‑Конечно, страстная. Ты же этого от меня хотел, ‑ промурлыкала в ответ, перемещая руки с шеи на плечи. А так и было! Я тут вообще не при чём. Санта вдруг очнулся и, прокашлявшись, медленно и безэмоционально отчеканил:
‑Я прошу у тебя прощения, Алекс, за то, что набросился на тебя там. И вообще за всё.
‑Ладно, можешь идти. Не видишь, мы тут делом заняты. Собираем чемоданы. Всё, уваливай.
Мужчина быстро закивал и вылетел из номера, громко хлопнув дверью.
‑А ты совсем обнаглел. Я себе ноги оттоптала, пока ты со своими толстячками прохлаждался. И ещё и истерику устроил. Меня это всё начинает бесить.
‑Мне тоже не очень было, поэтому можешь не распыляться. А сейчас убери свои руки на место и иди собираться. У нас 20 минут.
‑Всё, я ушла, ‑ я грубо толкнула парня, чтобы он отпустил меня и перестал прижимать к кровати.
‑Иди, собирай вещи, ‑ насмешливо протянул вдогонку, когда я, схватив первое попавшееся платье в шкафу, полетела одеваться. Несуразное платье больше похожее на халат совсем не хотело на меня лезть. Когда мне наконец‑то удалось одеться, я вышла обратно в комнату, схватила чемодан из шкафа и начала бросать туда вещи, которые видела. То есть платья.
‑Как на распродажу собираешься, ‑ констатировал парен, сидя рядом с сложенным чемоданом уже при полном параде. А у меня волосы сырые. Я набрала немного вещей, поставила свои пожитки у двери, а сама ломанулась в ванную сушиться.
‑Ты скоро? ‑ прокричал муженёк, явно собираясь сматывать удочки без меня.
‑Сейчас иду! ‑ громко проворчала, чтобы он меня смог услышать. То, что я сломала фен и не до конца высушила волосы, Виктор понял сразу. Поэтому вскинул бровь, но ничего не сказал.
‑Африка, Африка, я уже лечу, ‑ бурчала себе под нос, спускаясь на землю. На улице уже стемнело, но не настолько, чтобы не увидеть довольную рожу муженька рядом. ‑ Куда теперь?
‑Заночуем в гостинице, а завтра с утра двинем на машине к самолёту.
Пришлось послушно идти за Уэстли‑младшим и тянуть за собой чемодан, который парен умело проигнорировал и не понёс. А я шла сзади и мечтала шарахнуть парня чем‑нибудь тяжёлым по голове. Но не стала этого делать, потому что на глаза ничего достаточно тяжёлого не попадалось.
Через полчаса, зарегистрировавшись в гостинице и поднявшись в номер, я начала напирать на муженька: он, решив отличиться умом и сообразительностью, взял наv номер для молодожёнов. Широкая, но одна кровать на двоих, всё в полутёмных тонах, романтика, свечи, шампанское и розы. Всё это было там. Виктор, не подумав обо мне, сразу лёг спать, пожелав спокойной ночи и сладких снов. Но я прекрасно слышала, что в конце он усмехнулся! Побродив по номеру, поизучав его и посмотрев телевизор, я всё‑таки решила лечь спать. Нужно набраться сил для того, чтобы завтра как можно лучше выглядеть и не подавать вида, что ноги всё ещё болят, а руки чешутся кое‑кого удушить.
‑Ты спать собираешься? ‑ недовольно пробурчал муж, переворачиваясь лицом ко мне и приоткрывая один глаз. Он быстрым движением прижал моё хрупкое и сопротивляющееся тельце к себе, прошептав при этом на ухо. ‑ Это расплата. За всё.
‑Какая расплата? Ты совсем обнаглел? Я тебе ничего не должна! Отпусти. Последние вопросы и высказывания остались без ответа, хотя этот кто‑то ещё не спал. Не успел бы он уснуть за пару секунд после того, как говорил! Но вылезти или отодвинуться по максимуму не получилось. Поэтому я устроилась поудобнее в тёплых объятиях и закрыла глаза, не думая о последствиях.
Глава 11. Первый шаг.
Ткнувшись носом в что‑то твёрдое и в то же время тёплое, я довольно заурчала и почесалась им о этот "инородный" объект. Когда нечто ещё и зашевелилось, в голове на пару секунд промелькнула мысль: интересно, а обо что это я тут обтираюсь? Но здравый смысл мирно спал в уголке, а сонливость и желание проспать ещё минимум половину суток пересилило все остальные эмоции и сомнения. Ещё через минуту в мою тёмную голову пришла странная мысль: а правда, что это может быть такое? Но вот когда нечто тёплое начало сильно ворочаться и, схватив меня в охапку, прижало к себе, я сразу догадалась о происхождении этого "смертника" и со спокойной душой пожелала Виктору напороться в тёмном переулке на свой фан‑клуб с корабля.
‑Ты меня раздавишь, ‑ глупо было говорить то, что я не хочу сейчас находиться здесь, но и оглашать вслух данную мысль не было самым приятным. Поэтому пришлось выбирать нейтральную тему для утреннего "радостного" разговора.
‑Ничего, потерпишь, ‑ буркнул муж, заставляя уткнуться носом ему в шею и начать тяжело дышать. Естественно, мне лёгкие сдавили, какое тут нормальное дыхание. Но, видимо, парень так и не понял намёка или просто не заметил моего рассерженного сопения. Хотя через пару секунд его ладонь начала медленно поглаживать мня по спине. Медленно проглотив образовавшийся в горле ком, я тут же запротестовала:
‑Хватит меня лапать! Убери свои грабли и держи их при себе, крендель. Я два раза просить не стану, ‑ зловеще прошептала, медленно кончиком языка проведя по ямочке в основании шеи. Реакция, надо сказать, не заставила себя ждать. Я‑то думала, что парень сейчас опять начнёт орать, вылетит из кровати, словно ошпаренный, и ускачет в ванную напиваться, если найдёт что. Да уж, наивная, решила, что Вик не отличается фантазией и разнообразием, что просто как всегда вспылит. Но получилось‑то иначе. Руки парня медленно, но верно начали пробираться мне под футболку. Что за чёрт? Эээ, куда? Разве я разрешала?! Я тут же прекратила свою шалость и замерла.
‑И что же ты сделаешь? ‑ прошептал мне на ухо парень и прикусил мочку уха. Всё, я в ауте. Слов нет, остались одни эмоции. Которые сейчас выльются во что‑то явно нехорошее.
‑Вот что, ‑ я заехала коленом в пах Виктору и тут же вскочила с кровати, ехидно улыбаясь при этом. Муженёк с красным лицом скорчился на кровати и схватился за ушибленное и "чесавшееся" место. Парень стонал и хрипел, проклиная меня и уверяя, что семейство Вольф в своих истоках явно имеет демониц, характер которых передаётся по женской линии. Только всё сказано было немного в другой форме. Конечно, он орал на весь этаж и выражался отнюдь не как ангел. Я сидела на стуле напротив кровати (заняла место в первом ряду, чтобы услышать о себе много нового и интересного), закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди для видимого спокойствия.
‑Ты совсем уже? ‑ взревел Вик, когда я сходила за водой и выплеснула на него.
‑Нет, ‑ невозмутимо ответила, садясь обратно на своё законное место ‑ стул. ‑ А чего ты орёшь, как истеричка? Это для того, чтобы ты успокоился. И вода производит должный эффект!
‑Ты невозможна, ‑ заорал ещё пуще муженёк вскакивая с сырой кровати и направляясь в ванную комнату. Естественно, без этого никак. Остудиться пошёл. Молодец. ‑ Идиотка!
‑Сам дурак, ‑ тихо брякнула и принялась искать подходящую для африканской жары одежду. Наткнулась на цветастое короткое платье, быстро одела его и пошла покорять Эверест, то есть отвоёвывать душ и мыть волосы, которые после сна были похожи на метлу. Я, отбросив чувство такта и умеренности, негромко постучала в дверь ванной комнаты. Кулаком. И ногой. Ладно, постучала слишком громко, но хотела‑то потихоньку! Или не хотела... В общем, тут же из‑за двери высунулся Виктор с полотенцем на бёдрах(по нашей доброй традиции в целом это оказалась какая‑то набедренная повязка или нечто похожее, хотя в ванной всякой ерунды было полно. Хоть занавесками обвязывайся, если что‑то не нравится). Я саркастично выгнула бровь и, оттолкнув парня, прошла внутрь. Муженёк стоял в явном шоке от такого напора и наглости, но делал это не так долго. Я в самом прямом смысле выставила его за дверь.
‑Это что такое? ‑ тут же начал парень, молотя кулаком по двери, как сумасшедший. ‑ Я ещё не закончил!
‑Я тоже, между прочим, уже залезла под душ, так что не гавкай, а иди сторожи мои вещи, ‑ я решила словесно отыграться за утреннюю выходку, поэтому начала грубо издеваться и насмехаться. Пока с той стороны слышался поток ругательств на разных языках(я отчётливо поняла, что там были английский, испанский, русский, немецкий и французский), пришлось просто ходить и разглядывать содержимое полочек и шкафчиков. Заняться вё равно было нечем, а этот имбицил орал, как потерпевший, на весь этаж и даже обещал меня выпороть, лишь только высуну нос из своего убежища. Потом всё стихло, я спокойно помыла голову, высужила феном волосы, но не до конца (этот прибор тоже сломала, как и тот, что остался на корабле) и с чистой головой и душой вышла в номер.
Виктора не было! Как и его вещей! Что за чёрт? Я тут же взяла свой чемодан, но взглядом зацепилась за небольшой конвертик, лежащий на белом шёлковом покрывале, которым была застелена кровать. Сердце учащённо забилось. Осторожно взяла конверт, достала оттуда письмо и вслух зачитала:
‑Дорогая жёнушка! В этом конверте лежало совсем другое письмо(то, что с координатами нашего авто и самолёта, который взлетит завтра ровно в 13:00. Не боишься опоздать на единственный рейс? Ты играешь не по правилам, поэтому и не возмущайся такому повороту событий. Видит Бог, я не хотел, но ты начала первая. Вот теперь и получай. Но, так и быть, я сделаю маленькую подсказку: автомобиль светлый и ждёт нас с тобой в порту. А вот где именно ‑ тебе решать. С любовью, твой дорогой супруг Виктор, ‑ я в трансе уставилась на записку, мысленно уже представляя во всех красках, как буду убивать ЕГО. Зарою! Нет, утоплю(всё равно в порту)! Нет, я его перееду колёсами того самого автомобиля, потом покатаю в багажнике и выкину в пустыне на безлюдном местечке по солнцем. Пусть жарится, будет славный гриль. А до этого вынесу мозг, хорошенько прополощу и занесу обратно! Да, я очень жестока, если меня разозлить!
Схватив по мышку чемодан и одев первые попавшиеся туфли, что достала (закон подлости, они оказались на высоком каблуке, но чёрные и кожаные, что немного радовало), и тут же ринулась в бой, желая догнать мерзавца‑мужа и убить медленно убить, предварительно долго пытая поездкой в багажнике и моими злыми шуточками. В общем, фантазия разгулялась не на шутку, я уже морально была готова к разборкам в порту, но немного поостыла, едва выбравшись на улицу. А как мне добраться туда? Мы же вчера на такси ехали, я же дорогу не помню! Денег ни копейки. Зато эмоции через край.
‑Вам помочь, юная леди? ‑ спросил мужской голос, и тут же из автомобиля появился парень лет двадцати. Высокий, вполне накачанный, только вот волосы светлые. А так ‑ всё нормально. И личико смазливое, и тачка крутая... Кстати, о тачке.
‑Конечно, если можете, ‑ я мило хлопнула пару раз своими не накрашенными, но пышными ресницами и мило улыбнулась, строя из себя нимфеточкУ‑соблазнительницу. Парень тяжело сглотнул, пробежавшись взглядом по моим оголённым загорелым ногам, потом обратно и остановился на моём проблемном месте ‑ на груди. Ещё раз сглотнул. ‑ Вы не знаете, где здесь порт.
‑Знаю, ‑ быстро отозвался и, заметив чемодан, поинтересовался. ‑ Подвезти?
‑До порта, если Вас это не затруднит, ‑ я опять хлопнула ресницами и чуть повела плечом. Слюни у паренька тотчас начали капать на землю.
‑Конечно, садитесь в салон. Я загружу ваши вещи в багажник, ‑ выпятив грудь и пытаясь играть мускулами (вышло совершенно никак). Парень ловко взял из моих рук чемодан в багажник, а я тем временем села на переднее сиденье какой‑то дорогой и наворочанной машинки. Провела рукой по кожаному краю кресла, по приборной панели и удовлетворённо прикрыла глаза: автомобиль, в отличие от хозяина, был на высоте и не выпендривался при виде молодого и красивого тела.
‑Значит, в порт, ‑ как бы напоминая сам себе, проговорил парень и завёл двигатель. Мотор тут же тихо и вкрадчиво заурчал. ‑ Меня зовут Брэндон. А как тебя?
‑Александра, ‑ на автомате ответила, придумывая самые изощрённые пытки для мести моему муженьку. Водитель что‑то начал говорить, смеялся, а я поддерживала его во всём, постоянно кивала и хихикала. Но в голове‑то всё равно стоял образ Уэстли‑младшего, болтающегося в виселице или оказавшегося в океане без спасательного круга. Нет! Со спасательным кругом, который ему всё равно ничем не поможет! Картинки перед глазами сменялись одна за одной, и последующая хуже и кровавее предыдущей.
‑А у тебя есть молодой человек, Александра? ‑ невзначай бросил Брэн. Я только сейчас очнулась от мечтаний и здраво посмотрела на реальность: надо как‑то добраться до Поли, а уж потом можно и поразвлечься.
‑Есть.
‑И у вас всё серьёзно? ‑ стал допытываться парень. Вот ведь какой любознательный! Так я тебе и сказала.
‑Мы неделю назад поженились, ‑ холодно отчеканила. У парня улыбка с лица сразу сползла, брови нахмурил, губы сжал в тонкую полоску. Эх, не понравилось красавчику, что я замужем. А мне что ли нравится? Вот и мне не нравятся некоторые типы...
‑А где же он сейчас? Разве после свадьбы не должен быть медовый месяц?
‑Так мы сюда отдыхать и приехали!
‑А почему ты тогда с чемоданом? ‑ косо глянул на меня и хищно улыбнулся. Упс, вот про это забыла. Ладно, импровизация ‑ высшая степень мастерства настоящего актёра.
‑Мы с мужем немного поссорились, он ушёл, забрав свои вещи. А я поехала за ним вслед, чтобы догнать и никуда не пустить. А свой чемодан на всякий случай взяла. Чтобы в крайнем случае поехать вместе с моим Виктором хоть на край света, ‑ воодушевлённо верещала, размахивая руками и усиленно жестикулируя.
‑Ясно.
Через пять минут автомобиль неизвестном мне марки остановился у причала, рядом с которым бросил якорь небольшой корабль. Парень, решив устроить показуху на полную, вышел из машины, галантно открыл мне дверцу и выпустил на волю.
‑Мерси, Брэндон, я тебе очень благодарна, ‑ шутливо присела в реверансе, а парень тут же не теряя ни секунды взял меня за руку и поцеловал в запястье. Я стояла и глупо улыбалась, он всё держал меня за руку, на небе припекало солнышко, соя где‑то достаточно высоко, шумели волны, дул прохладный ветер с моря. Идиллия! Но всегда найдутся такие люди, которые не просто хотят, а капитально всё портят одним своим только появлением.
‑Руки от неё убрал, ‑ прошипел знакомый голос где‑то за спиной. Сразу же сильные руки прижали меня к сильному телу. Ах, вот мы как запели! Ну‑ну. попляшешь ты у меня джигу на углях! Я резким движением локтя заехала муженьку по рёбрам. Не сильно, на первый раз и средненького удара хватит. Он тут же закашлялся.
‑Это тебе, милый, за то, что уехал от меня. И это только начало, ‑ голосом серийного маньяка пообещала. Парень тут же напрягся и шепнул на ухо, грозно смотря на Брэндона.
‑Это что за хмырь?
‑Ты где таких слов понахватался? Я тебя за такие выражения отдельно накажу!
‑И что за наказание? Закроешься в ванной? Если мне не изменяет память, то кто‑то у нас по Африке будет кататься в багажнике, ‑ предостерегающе прошептал.
‑И этот кто‑то ‑ ты!
‑Я, пожалуй, не буду мешать вам разбираться, ‑ тихо прошептал Брэн, отпустил мою руку и быстренько слинял.
‑Вот мы с тобой и наедине.
‑Я и не жалею, что он уехал. А вот ты должен, ‑ я резко опять заехала мужу по рёбрам, резко повернулась у него в объятиях, заглянула в тёмно‑голубые глаза и почти замахнулась для того, чтобы кулаком очень хорошо пересчитать зубы моему благоверному. Но не успела... Виктор порывистым движением впился в мои губы. С жадностью, нетерпением, страстью... Мир тут же поплыл, ноги подкосились, а я заурчала от удовольствия, отвечая точно с таким же напором. Это был наш первый шаг навстречу друг другу. Или первый шаг Уэстли‑младшего к скорой гибели...
