Выведена из эксплуатации.
Нью-Орлеан, Луизиана
Карл вел машину мимо старых доков, словно по выставке истории флота, — крейсера, эсминцы, фрегаты распиливались здесь и шли на металлолом. Нет ничего больнее для сердца моряка, чем видеть эти прекрасные корабли, так бесславно заканчивающие свою жизнь.
Прибыв в Нью-Орлеан, они сразу заметили последствия урагана 2005 года. Но люди возвратились, чтобы восстановить его и вернуть ему былую славу самого веселого и беспечного города, каким он был раньше.
Чтобы помочь городу, флот вывел верфь из эксплуатации и теперь передавал ее в собственность городских властей, поэтому строения этого громадного комплекса давно не ремонтировались и пришли в упадок.
Карл припарковал машину у большого здания среди груды обломков старых кораблей и остовов всевозможных катеров. Одни были военными, другие вообще непонятных моделей, третьи больше напоминали металлолом. Из здания глухо доносился ритм «хэви метал».
— Ничего себе местечко выбрало ваше начальство, чтобы упрятать человека, — заметила Даниэль. — А вы говорили, что он был старшиной в спецназе флота.
Карл подошел к стальной двери и забарабанил по ней кулаком так, что внутри раздалось эхо.
— Он и до сих пор старшина и самый большой сукин сын из всех, кого я знаю. — Карл повернулся к Даниэль. — Он был в спецназе еще до того, как это стало престижно. Участвовал в рейде на Сон Бэй в семидесятом, еще до того, как я родился.
— Это когда спецназ пытался освободить ваших военнопленных?
На Карла произвела впечатление ее эрудиция.
— Точно, — подтвердил он и снова заколотил кулаком в дверь.
— Я защищалась по теме «Колониализм Франции в Юго-Восточной Азии», в частности во Вьетнаме. Удивлены?
— Признаться, да. Я недооценил вас.
— Один-ноль в пользу противника, — прищурилась она, глядя ему в глаза.
— Какой баран там ломится?! — послышался голос из-за двери. — Это государственная собственность, понятно? Убирайтесь!
— Это старшина Дженкс во всей красе, слова доброго никому не скажет, — пробормотал Карл и, отступив от двери, гаркнул: — Придержите язык, старшина! Вы обращаетесь к офицеру военно-морского флота!
— Да насрать мне, даже если это сам Джон Пол, мать его, Джонс! Это мой проект, пускаю сюда, кого хочу!
Даниэль поднесла руку к губам, пряча улыбку.
— Я же говорил вам, что он не мать Тереза, — усмехнулся ей Карл и снова повернулся к двери. — Ладно, старшина, но здесь леди, которой нужно воспользоваться гальюном, она провела три с половиной часа в самолете.
— Леди? Хорошенькая?
Карл взглянул на Даниэль.
— Потрясающая, — ответил он и поспешно отвел глаза.
С минуту за дверью молчали, потом послышалось гудение электромотора, двери разъехались в стороны, а изнутри на гостей ревущей лавиной обрушилась композиция «Ганз энд Роузез» «Добро пожаловать в джунгли».
Карл даже попятился, но музыка стала тише, и, когда глаза привыкли к полумраку, Карл и Даниэль увидели, что большая часть помещения завешена громадным куском парусины, зацепленным за старые стропила здания. По бесконечной лестнице к ним спускался человек в грязной спецовке, вытирая промасленные руки куском красной тряпки.
— Ты кто такой и где эта женщина? — В тот же момент он увидел Даниэль. — Мать мою за ногу, ты был прав, она красотка.
— Флоту так и не удалось научить вас говорить прилично? — ухмыльнулся Карл.
Старшина долго присматривался к нему, и глаза его загорелись.
— Чтоб мне утонуть в тухлой воде. — Он схватил Карла в объятия. — Лягушонок, ты, что ли?
Карл покраснел при упоминании своей спецназовской клички, но тоже обнял старшину и хлопнул его по плечу.
— Для тебя капитан-лейтенант Лягушонок, старый морской черт.
Они снова обнимались и хлопали друг друга по плечам, пока Даниэль молча наблюдала за ними. Потом Дженкс отстранился от Эверетта.
— Эй, надеюсь, ты не стал геем и не запал на меня, сынок? Что-то ты уж слишком мял мою задницу, — ухмыльнулся он Карлу и перевел взгляд на Даниэль.
— Нет, не стал, и, к твоему сведению, ты нарушаешь устав, намекая о подобном офицеру, — засмеялся в ответ Карл и повернулся к Даниэль. — Это… — Карл помялся. — Моя подруга.
Дженкс окинул ее взглядом, уделив внимание груди чуть больше приличного. Он продолжал улыбаться, но руки не подавал.
— Как я уже говорил, она действительно красотка, — заявил он. — Но она еще и сыщик. Надо думать, кого приводишь сюда. — Он хлопнул Карла по плечу и пошел прочь.
— У него чутье на людей, — нахмурившись, шепнул Даниэль Карл. — Она не шпионит здесь, старшина, а работает по той же линии, что и я.
Дженкс остановился.
— И по какой же это линии? — спросил он, не поворачиваясь.
— Тебе будет достаточно, если я скажу, что все еще на флоте и мы хорошие парни.
Дженкс повернулся и взглянул ему в глаза.
— Ладно, ты, хороший парень, ну и какого черта тебе надо от меня?
— Мы прилетели специально, чтобы увидеть твой проект.
— Вы его не увидите, так что валите. Да он даже не закончен и никогда, мать его, закончен не будет, потому что флот спишет его. И его, и меня.
— Может, я смогу помочь, Дженкс, но дай сначала взглянуть на эту чертову штуку.
Старшина снял с коротко стриженных волос грязную бескозырку и вытер ею лицо. Потом достал из кармана спецовки окурок сигары. Карл, пряча улыбку, наблюдал за этими признаками того, что подозрительность Дженкса улетучилась и он расслабился.
— Ладно, но вы не заберете мой катер. Там еще кое-что доделать надо, так что он будет готов к плаванию по реке через… через… мать его знает сколько времени, а может, вообще никогда! — Дженкс махнул рукой и пошел к исполинскому куску парусины, закрывающему три четверти всего огромного зала. — Если, конечно, у тебя нет с собой чека на пять с половиной миллионов долларов.
Карл пошел следом за ним, Даниэль тоже не отставала.
— Как мило, так, значит, у вас в спецназе было прозвище Лягушонок? — промурлыкала она.
— Да, и я не хочу об этом говорить, — буркнул Карл, обходя большой пустой ящик с различными пометками на стенках, из которых одна сразу бросалась в глаза: «Обращаться осторожно! Лазерный прибор».
— Да ну, будет вам, почему вас так прозвали? — спросила она, улыбаясь.
— Потому что каждый раз подскакивал на два метра, когда в учебке начинала грохотать артиллерия, вот почему. Но тем не менее он был лучшим из всех морских спецназовцев, которых мне приходилось обучать. Потом я слышал, что он везде был лучшим и ему все-таки удалось преодолеть свой врожденный страх перед громкими звуками. Я прав, Лягушонок? — Старшина вцепился в край парусины и потащил ее на себя.
Карл все еще смущенно улыбался, но его улыбка исчезла, когда парусина упала на пол и он впервые увидел «проект Дженкса».
— Господи! — едва слышно ахнула Даниэль.
— Черт побери! — Карл тоже не мог сдержать эмоций при виде этой жемчужины, спрятанной в городе, который едва не исчез с лица земли.
Катер казался декорацией из фантастического фильма. Носовая его часть была изготовлена из какого-то особого затемненного стекла, одетого в стальной каркас. Но за исключением тройного корпуса и носовой части, катер по обводам больше напоминал классические обтекаемые формы подводной лодки. Сорокаметровый корпус был разделен на отсеки с водонепроницаемыми переборками. Сразу за капитанским мостиком возвышалась десятиметровая мачта с радаром и антеннами. Там же, на мачте, было и «воронье гнездо» — площадка для впередсмотрящих. Огромные иллюминаторы прямоугольной формы, диаметром в два метра, давали обзор даже под водой. Белоснежный корпус украшала надпись синим курсивом — «Тичер». Надпись была искусно вплетена в рисунок женского глаза с безупречной бровью над ним. На корме установлены два мощных водомета, на первый взгляд напоминавшие обычные двигатели скоростных катеров.
Карл влез на леса, чтобы заглянуть в стеклянную носовую часть и получше рассмотреть капитанский мостик. В тусклом свете нескольких ламп, мерцавших высоко под потолком, он увидел на мостике кресла для рулевых и капитана.
— Просто красавец. — Карл не мог налюбоваться на изящные обводы графитового корпуса.
Старшина польщенно улыбнулся, но тут же, насупившись, взглянул на Даниэль.
— Нет слов, действительно красавец, — поспешно подтвердила она. — Но почему «Тичер»?[2]
— Не знаю… может, потому что он построен, чтобы научить нас чему-то… Да и песня моя любимая у «Джетро Талл» так называется, вот я и подумал, что это крутое имя для катера. — Он смущенно опустил глаза, словно ожидая насмешек при упоминании старой рок-группы.
— Это речной катер? Великоват для реки, — заметил Карл, спускаясь с лесов.
— Слушай меня, Лягушонок. — Дженкс нежно погладил борт суперкатера. — У этого малыша, несмотря на размеры, осадка меньше двух метров. Из днища на четыре метра телескопически выдвигается секция для подводного наблюдения. Есть колокол на двух человек для подводных работ. Для исследований предусмотрено пятнадцать различных радиоуправляемых зондов. Катер рассчитан на пятьдесят одного человека. И камбуз здесь оборудован лучше, чем на любом корабле флота. Кроме того, как сами видите, катер полностью закрыт и герметичен, а также имеет систему кондиционеров. Электроника «Тичера» — это настоящее произведение искусства. Есть три прекрасно оборудованные лаборатории, а надо, так можно сделать и четвертую, если освободить один из подсобных отсеков. Что еще? Запас воды на тысячу галлонов. Шестиметровые секции гибко соединяются между собой, но благодаря резиновым водонепроницаемым прокладкам каждая из секций двигается независимо от другой, поэтому катер может даже изгибаться, что очень важно на узких речных поворотах. Его можно разобрать по секциям, погрузить на самолет и отправить куда угодно. Сборка займет двадцать четыре часа. Любую из секций можно транспортировать вертолетом. И «Блэк-хоук», и «Сихоук»[3] легко справятся с такой задачей.
— Черт меня побери, если я видел что-нибудь подобное, — выдохнул Карл.
— Десять лет моей жизни ушло на него, а теперь они хотят закрыть проект, — буркнул Дженкс и снова погладил борт «Тичера».
— Да о таком научно-исследовательском судне можно только мечтать, — горячо заверила его Даниэль.
— Это точно, только вряд ли его когда-нибудь спустят на воду, — мрачно ответил старшина.
На это Карл широко улыбнулся:
— Старшина, нам нужен этот катер, и нам нужны вы.
— Не все так просто, Лягушонок, здесь еще не хватает пары тонн электронного оборудования, системы навигации и позиционирования. Так что если у тебя нет чека на пять с половиной миллионов, а также разрешения штаба флота и президента Соединенных Штатов на использование этого катера, ты попал голой задницей в кактусы, сынок.
— Стал бы я морочить тебе голову, — фыркнул Карл. — Все, что тебе нужно, — и деньги, и разрешения — ты получишь в течение дня. Кроме того, здесь будет столько специалистов, сколько тебе понадобится, чтобы установить все необходимое оборудование.
Карл достал сотовый телефон, а старшина перевел взгляд на Даниэль, которая улыбнулась и кивнула, давая понять, что Карл не шутит.
— Брось этот чертов телефон, — рявкнул Дженкс. — Я не шлюха, и меня нельзя купить. Мой ответ — нет!
Карл перестал набирать номер, но телефон не опустил.
— Там, куда мы отправляемся, нам очень понадобится подводный колокол. Это твой шанс спустить катер на воду и показать, на что он способен. Они ведь спихнули тебя на эту верфь, чтобы не путался под ногами, они не верят, что ты еще в состоянии предложить флоту что-то стоящее…
— Не надо играть на этом, сынок, номер не пройдет. Я скорее сожгу его, чем…
— Там студенты, старшина, им нужна помощь, им нужны вы, им нужен «Тичер». — Даниэль ответила на яростный взгляд Дженкса не менее яростным.
И старшина вдруг опустил глаза.
— Студенты, говорите? — вздохнул он.
— Некоторые — ровесники твоей внучки, — сказал Карл.
— Ниже пояса, — буркнул Дженкс и раздраженно отшвырнул окурок сигары. — Ну, ты так и будешь торчать здесь с телефоном в руке или все-таки позвонишь? Мне еще до хрена нужно сделать, чтобы малыш был готов.
Пока Карл набирал номер, Даниэль задумчиво смотрела на катер и от души надеялась, что все, что о нем рассказывал Дженкс, действительно правда. Там, куда они направлялись, им понадобятся все его возможности.
Что касается Карла, то он был более практичен. В словах старшины он не сомневался, вопрос был только один — не утонет ли это белоснежное совершенство, когда его спустят на воду.
Комплекс ОЧП № 1.
Арлингтон, Вирджиния
Найлз задумчиво смотрел на старый компьютерный центр ОЧП. В этом комплексе в традиционном бумажном виде хранились в папках около сотни тысяч отчетов, рапортов, докладных записок о самых разнообразных исторических, легендарных или мифических событиях — от местоположения Атлантиды и невероятных историй о йети до предполагаемых источников энергии, найденных древними египтянами за три тысячи лет до нашей эры.
— Неслабый компьютерный центр, шеф, — заметил Райан, потрогав рукой папки в одном из шкафов, — чистое ретро.
— В этих папках, лейтенант Райан, весь наш мир — и древний, и современный. Здесь хранятся и факты, и предания, и даже слухи.
— И вы думаете, мы найдем здесь что-нибудь? — Райан стряхнул пыль с пальцев.
— Вообще-то у нас есть Библиотекарь. Это одна из самых первых систем «Крэй», — ответил Найлз, направляясь в маленький кабинет. — В ней собраны все данные по этим папкам, их загрузили, по-моему, в восьмидесятом, поэтому ее так прозвали — Библиотекарь.
Найлз ключом открыл дверь стеклянного кабинета, расположенного посреди зала. Воздух в кабинете отдавал плесенью, и Райан поморщился.
— Похоже, Библиотекарь немного взопрел, — сказал он.
Найлз, не обращая внимания на его слова, нашел выключатель, и кабинет осветился ярким светом. На столе стояла громоздкая аппаратура с двумя динамиками по бокам. Кресло в комнате было одно, и Найлз уселся в него перед системой, а Райан, оглянувшись по сторонам, вздохнул и просто скрестил руки на груди.
— Два года назад мы с Питом кое-что улучшили здесь, чтобы облегчить работу историкам ОЧП, — объяснил Комптон. — Правда, голос совсем не похож на женский, в отличие от «Европы».
Райан наблюдал, как он поправил микрофон и нажал кнопку, включая небольшой, но вполне современный монитор, установленный справа на столе.
— Остается надеяться, что файлы, которые профессор Закари стерла из «Европы», все еще хранятся здесь.
— Здравствуй, Библиотекарь, — сказал Найлз в микрофон.
Монитор вспыхнул, и тут же ожили динамики.
— Добрый день, доктор Комптон, или вы теперь предпочитаете обращение «шеф Комптон»? — ответил мужской голос, намекая на повышение Комптона со времени его последнего визита.
Райану этот голос неприятно напомнил голос компьютера из фильма «Космическая одиссея 2001». Там компьютер слетел с катушек и погубил всю команду.
— По-прежнему доктор Комптон, Библиотекарь. Ты не мог бы запросить у системы «Европа» в Неваде мои коды доступа к твоей системе?
— Разумеется, доктор Комптон. Мне нравится общаться с «Европой».
— Кто бы сомневался, — пробормотал себе под нос Райан.
Пентагон
Контр-адмирал Элиот Пирс изучал разведсводку о продолжающемся отступлении иранских бронетанковых дивизий от иракской границы, когда в дверь постучали. Принесли новое донесение.
— Только что получено, сэр.
Пирс взял донесение у молодого связиста и отпустил его. Прочитав текст, он побледнел и, схватив телефон, набрал номер в Белом Доме. Советник президента по национальной безопасности тут же поднял трубку.
— Эмброуз слушает.
— У нас проблема, — тихо сказал Пирс.
— Какая?
— Только что был активирован файл Национального архива, которым пользовалась профессор Закари, тот самый, который может привести к нам.
— Черт… но кто его запросил?
— В донесении сказано — терминал 5656, но, согласно данным нашей разведки, такого терминала не существует.
— Тогда, может, глюк? — раздраженно спросил советник.
— Вы же сами в это не верите.
— Ладно, что нам делать?
— Мои ребята проследили координаты терминала. Вы не поверите, где он находится.
— У нас нет времени на игру в угадайку, где?
— Арлингтонское национальное кладбище.
— Что?! Что, черт возьми, происходит?
— Понятия не имею, но нужно срочно отправить туда кого-то, пока не стало слишком горячо.
— У вас есть такие люди из посторонних и, желательно, гражданских?
— Да, именно такие у меня есть. Через полчаса они будут на месте со своей аппаратурой и разберутся, где этот призрачный терминал. А вы не собираетесь сказать об этом ему?
— Нет, черт возьми, у него и так дел по горло. Он сегодня встречается с президентом по ряду важных вопросов. Делайте что угодно, но решите эту проблему, хорошо?
— Это может дорого нам стоить. Нас повесят, если поймают.
— Значит, какой вывод? Правильно, не быть пойманными. И не говорите остальным об этом донесении, они и так излишне нервничают. Уничтожьте тех, кто сунулся в этот файл.
Шеф военно-морской разведки положил телефон и достал из ящика стола блокнот в черном кожаном переплете. Кто бы ни скрывался за незарегистрированным компьютерным терминалом, он не доживет до того, чтобы воспользоваться полученной информацией.
Комплекс ОЧП № 1.
Арлингтон, Вирджиния
— Доктор Комптон, «Европа» на связи.
— Спасибо, Библиотекарь. «Европа», подтверди последние три вопроса, заданные тебе оператором Комптоном Найлзом, директором отдела 5656.
— Да, доктор Комптон. Формулирую ответ. Последние три запроса, сделанные директором Комптоном в комплексе Неллис. Запрос номер один — о папских медалистах, которые проживали в 1874 году в Южной или Северной Америке. Запрос номер два — кто из них получил на хранение артефакт. Запрос номер три — кем были стерты файлы из системы «Крэй».
— Спасибо, «Европа». Библиотекарь, ты нашел информацию?
— Да, доктор Комптон, — ответил бесстрастно-зловещий голос компьютера.
— Отвечай на первый вопрос. Сколько папских медалистов проживало в 1874 году в Северной и Южной Америках? — нетерпеливо потирая руки, спросил Найлз.
— Поиск… — Экран монитора замигал. — Согласно данным Королевского бюро регистрации смертей Канады и соответствующих организаций в Мексике, Бразилии и Соединенных Штатах, к 1874 году в живых оставался только один.
— Имя? — чуть не выкрикнул Найлз.
— Поиск…
— То, что надо? — спросил Райан. Он тоже заметно волновался.
— От этого зависит жизнь многих людей на Амазонке. — Комптон нервно кусал губу, ожидая ответа.
По экрану монитора побежали зеленые буквы, и тотчас же их озвучил голос из динамиков.
— Имя: Кеог, Майлз Уолтер, капитан армии Соединенных Штатов. Родился в 1840 году в графстве Кэрлон, Ирландия. Отмечен папскими наградами, ветеран батальона Святого Патрика.
Имя, названное компьютером, было смутно знакомо Найлзу; он был уверен, что слышал его раньше. Райан, кстати, тоже, поэтому щелкнул пальцами:
— А это не…
— Вопрос, — перебил его Комптон, обращаясь к компьютеру. — Место и дата смерти?
— Поиск.
Найлз напряженно вглядывался в монитор в ожидании ответа. Райан навис над ним и тоже не сводил глаз с экрана.
— Двадцать пятое июня 1876 года. Место… — Найлз медленно потянулся к динамикам и выключил звук, глядя на текст на мониторе, похоронивший все их надежды найти карту, если она была у капитана Кеога, когда он умер. Карта, как и указывала в письме Хелен, была окончательно утеряна.
— Приехали, — горько вздохнул Райан.
— Место смерти. — На экране горели всего две строки. — Долина Литтл-Бигхорн, Монтана, США, в составе Седьмого кавалерийского полка.
Штаб-квартира ОЧП.
