Е.П. ПУТИНЦЕВА
СОВМЕСТНОЕ ЗАВЕЩАНИЕ СУПРУГОВ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ
ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛИКИ ГЕРМАНИЯ
Современное наследственное право невозможно представить без учета волеизъявления гражданина относительно судьбы своего имущества на случай смерти. Признание завещания в качестве приоритетного основания наследования не вызывает сомнений. В то же время законодательством отдельных стран допускаются и другие способы оформления последней воли наследодателя, в частности совместное завещание супругов и наследственный договор, что, безусловно, вызывает компаративистский интерес.
В российской юридической литературе можно встретить достаточно критичные замечания по отношению к совместным завещаниям, поскольку считается, что они нарушают принцип личного характера завещания <1> и противоречат самой сущности данного правового явления, а также что при составлении таких завещаний "страдает принцип тайны завещания" <2>, ограничивается свобода завещания <3>.
--------------------------------
<1> Копьев А.В. Завещание и правомочия завещателя по наследственному праву Российской Федерации: Дис.... к.ю.н. Волгоград, 2006. С. 42.
<2> Кирилловых А.А. Завещательное распоряжение в современном гражданском праве. М.: Деловой двор, 2011. С. 25.
<3> Казанцева А.Е. Правовая природа завещания // Нотариальный вестник. 2012. N 1. С. 39.
Следует отметить, что и в самой Германии при разработке Гражданского уложения велись оживленные дискуссии по поводу допустимости совместных завещаний. Из-за многочисленных критических замечаний первая комиссия по разработке проекта отвергла идею совместных завещаний, охарактеризовав их как "неясный промежуточный вариант между наследственным договором и завещанием" <1>. И только вторая комиссия включила в текст Германского гражданского уложения (далее - ГГУ) нормы о совместных завещаниях, учитывая широкое распространение последних среди супругов <2>.
--------------------------------
<1> Tiedtke K., Kanzleiter R. (rsg.) Erbrechtsberatung 2007 - Aktuelle Entwicklungen im Erbrecht und Erbschaftsteuerrecht: Symposium des Instituts Notarrecht an der.: Deutsche Notarrechtliche Vereinigung. 2007. S. 27.
<2> Ibidem.
В настоящее время составление совместного завещания достаточно распространено среди супружеских пар, проживающих в Федеративной Республике Германия <1>, в результате чего была накоплена достаточная нотариальная и судебная практика наследования на основании совместного завещания.
--------------------------------
<1> Согласно опубликованным данным в Федеративной Республике Германия из общего количества распоряжений на случай смерти 57% приходится на совместные завещания супругов (Kusitzky A. Ihr Wille geschehe // Focus. Februar 2007. N 5. S. 112).
Совместное завещание - это особое средство урегулирования отношений, предоставленное супругам, а с 1 августа 2001 г. и официально зарегистрированным партнерам <1>. Усеченный круг субъектов, которые обладают указанным правом, объясняется прежде всего особым доверительным и личным характером отношений между ними, в результате которого супруги, как правило, не имеют тайн друг от друга. Кроме того, предполагается, что поскольку супруги живут вместе и ведут общее хозяйство, то зачастую желают не только совместно распоряжаться нажитым имуществом при жизни, но и согласовать свои распоряжения на случай смерти.
--------------------------------
<1> С 1 августа 2001 г. в Германии вступил в силу Закон "О внебрачных партнерствах" (Lebenspartnerschaftsgesetz), который предоставил возможность однополым парам вступать в зарегистрированное партнерство, которое по своим правовым последствиям аналогично браку. См. об этом: Backhaus B. Vererben und Erben / B. Backhaus. 7, aktualisierte Aufl. Berlin: Stiftung Warentest, 2009. S. 136 - 139.
Фундаментальными принципами наследственного права, признаваемыми как в России, так и в Германии, являются личный характер завещания, его тайна и свобода, при этом возможность составления совместного завещания им не противоречит.
Каждый из супругов выражает свою волю относительно желаемого порядка наследственного правопреемства самостоятельно, без участия каких-либо представителей, и в этом проявляется личный характер совместного завещания.
Принцип тайны завещания направлен на защиту интересов самого завещателя, которому может быть причинен вред из-за разглашения третьими лицами информации о факте составления или содержании завещания. При этом тайна завещания не является абсолютной, поскольку обязанность хранить ее не распространяется на самого завещателя, а значит, если один из супругов принял решение раскрыть другому свои намерения относительно составления распоряжения на случай смерти и выработать вместе с ним совместную позицию по вопросам назначения наследников, то нарушения указанного принципа не происходит. Забегая вперед, отметим, что и на случай смерти одного из супругов, составивших совместное завещание, в законодательстве Германии выработан способ, позволяющий сохранить распоряжения другого супруга в тайне при открытии завещания.
С содержательной точки зрения совместное завещание состоит из двух волеизъявлений, в которых каждый из супругов распоряжается своим имуществом в одностороннем порядке. Однако оба волеизъявления образуют совместный акт, когда существует явно выраженная воля наследодателей на установление единого порядка наследования. Составляя совместное завещание, супруги согласуют между собой свои распоряжения и вырабатывают общую волю, при этом общее завещание супругов не приобретает характер договора. С точки зрения теории немецкого права совместное завещание является единой сделкой, содержащей два односторонних волеизъявления <1>. В рамках совместного завещания волеизъявление каждого из супругов сохраняет свою правовую самостоятельность, что следует из буквального толкования абз. 1 § 2270 ГГУ, в котором говорится о взаимосвязанности отдельных распоряжений, а не о взаимосвязанности совместного завещания <2>.
--------------------------------
<1> Erbrecht: Ein Lehrbuch / Dr. jur. H. Lange, Dr. jur. K. Kuchinke.: C.H. Beck, 2001. S. 338.
<2> KG 1972 // NJW 1972, 2133 - 2137.
Следует отметить, что два самостоятельных, не связанных между собой завещания не предоставляют супругам тех возможностей, которые предоставляет совместное завещание. Данное утверждение можно пояснить на примере. Представим себе ситуацию: муж и жена не имеют совместных детей, зато у каждого из них есть ребенок от предыдущего брака. Они хотели бы составить распоряжения на случай смерти таким образом, чтобы в случае смерти одного из них все имущество перешло ко второму супругу, а в случае смерти второго - к их детям в равных долях. Если будет составлено два самостоятельных завещания: жена завещает все свое имущество мужу, а муж соответственно жене, то вполне прогнозируема ситуация, что после смерти жены муж получит все наследственное имущество и составит новое завещание, только в пользу своих детей или новой жены. Аналогичный риск возникает и в случае смерти мужа, поскольку жена может также изменить завещание в пользу своих детей или нового супруга. Если же супруги сразу завещают все имущество в равных долях детям, то в этом случае в уязвимом положении может оказаться переживший супруг, поскольку невозможно гарантировать, что дети будут заботиться о нем в старости, особенно если между ними существуют конфликты. Данная проблема значительно проще разрешается при помощи конструкции совместного завещания. Супруги могут быть уверены, что после смерти одного из них переживший супруг не сможет изменить завещание и оставить, таким образом, кого-либо из детей без имущества.
В тексте ГГУ само понятие "совместное завещание" не раскрывается, что породило в немецкой цивилистике спор о характерных признаках совместного завещания. Выделяются три основные позиции по данному вопросу <1>. Объективная теория (objektive Theorie <2>) видит в качестве главной сущностной характеристики совместного завещания его воплощение в едином акте. Иными словами, решающая роль отводится внешней форме, а не воле завещателей. Большинство современных германских авторов указанную теорию отвергают как чрезмерно формалистскую и указывают, что необходимо учитывать направленность воли завещателей на составление именно совместного завещания. Сторонники опосредующей теории (vermittelnde Theorie) считают, что воля завещателей должна устанавливаться на основе сделанного ими волеизъявления, в то время как сторонники субъективной теории (subjektive Theorie) полагают, что достаточно, если совместность явствует из внешних по отношению к завещанию обстоятельств <3>.
--------------------------------
<1> Анализ основных точек зрения см.: Kommentar zum Gesetzbuch. Band 9. Erbrecht. § 1922 - 2385, § 27 - 35 BeurkG / Ch. Ann, T. Gergen, W. Grunsky; Red. G. Schlichting.: C.H. Beck, 2010. S. 1670 - 1672.
<2> Данная теория ранее была господствующей и поддерживалась судебной практикой (OLG Koblenz. Beschluss vom 14.04.1954 - Az.: 2 U 353/52 // NJW 1954. 1648, 1649).
<3> Kommentar zum Gesetzbuch. S. 1671.
При разрешении споров германские суды исходят из того, что в совместном завещании волеизъявление супругов должно быть направлено на создание совместного завещания (взаимность волеизъявления), следовательно, распоряжения одного из супругов должны быть как минимум известны второму. Более того, волеизъявление супругов должно содержать какие-либо внешние признаки, указывающие на его совместный характер (использование местоимения "мы" в тексте, ссылки на распоряжения другого супруга и т.п.) <1>. В то же время совместное завещание необязательно должно представлять собой единый акт, а распоряжения каждого из супругов могут различаться по содержанию <2>.
--------------------------------
<1> OLG. Beschluss vom 23.07.2008 - 31 Wx 34/08 // FamRZ 2008. 2234.
<2> BGH. Beschluss vom 29.01.1958 - IV ZR 234/57 // NJW 1958. 547.
Отказ от объективной теории, требующей воплощения совместного завещания в едином акте, был продиктован стремлением по возможности снизить количество оснований для признания распоряжения на случай смерти недействительным <1>. Совместное завещание, как и обычное завещание, может быть составлено в Германии в простой письменной форме, при этом недостаточная грамотность завещателей может повлечь за собой разные недочеты акта выражения последней воли. Признавая первостепенное значение воли завещателя для наследственного права, судебная практика стремится учитывать ее, несмотря на незначительные недостатки формы ее изложения.
--------------------------------
<1> Erbrecht: Ein Lehrbuch / H. Lange, K. Kuchinke. S. 433.
Анализируя возможность составления супругами совместных завещаний, А.В. Копьев приходит к следующему выводу: "Поскольку завещание нескольких лиц не будет носить характер взаимного назначения наследниками, постольку в подобной сделке не возникнет необходимости. Однако если завещание двух или более граждан содержит распоряжения взаимного назначения друг друга наследниками, то оно утрачивает односторонний характер и превращается в договор, получивший название наследственного договора" <1>.
--------------------------------
<1> Копьев А.В. Указ. соч. С. 41.
Анализируя данное высказывание, следует отметить, что интерес супругов необязательно должен заключаться в назначении друг друга наследниками, он может проявляться, например, в указании в качестве наследников совместных детей.
Думается, что второе утверждение автора также не соответствует действительности. В Германии известен и широко используется такой вид завещания, как "берлинское завещание", в котором супруги указывают друг друга в качестве первоначальных наследников <1>. При этом немецкие цивилисты рассматривают берлинское завещание именно как завещание, а не как договор <2>.
--------------------------------
<1> В Германии существуют понятия первоначального и последующего наследников (Vorund Nacherbe (§ 2100 - 2146 ГГУ)). Согласно § 2100 ГГУ наследодатель может назначить наследника таким образом, что он будет наследником только после того, как первоначально ставшее наследником другое лицо перестает им быть. При этом в завещании можно предусмотреть, что первоначальный наследник будет оставаться наследником до своей смерти или до наступления определенного момента или события (в частности, до вступления первоначального наследника в брак или до достижения определенного возраста последующим наследником (§ 2103, 2106 ГГУ)). В России для обозначения указанного распоряжения в юридической литературе используется термин "фидеикомиссарная субституция" (см., например: Абраменков М.С., Чугунов П.В. Свобода завещания в российском наследственном праве // СПС "КонсультантПлюс"; Кирилловых А.А. Указ. соч. С. 57. В то же время, как отмечал Б.Н. Чичерин, в соответствии с германским правом завещатель вправе определить "будущий порядок наследования, однако не на вечные времена, как в фидеикомиссах, а только в пределах живущих поколений и до совершеннолетия имеющего родиться наследника" (Чичерин Б.Н. Собственность и государство / Подготовка текста, вступ. ст. и коммент. И.И. Евлампиева. СПб.: Изд-во РХГА, 2005. С. 213)).
<2> См.: Weirich H.-A. Erben und Vererben: Handbuch des Erbrechts und der vorweggenommenen. Herne; Berlin: Neue Wirtschafts-Briefe, 2004. S. 189; Backhaus B. Op. cit. S. 95.
Сущность совместного завещания супругов не позволяет рассматривать его в качестве двусторонней сделки по следующим причинам.
Составляя совместное завещание, супруги согласовывают свою волю, вырабатывают единый взгляд на вопросы наследственного правопреемства, однако представляется, что одного факта согласования воли недостаточно для того, чтобы признать совместное завещание двусторонней сделкой.
Связь, которая устанавливается между распоряжениями супругов, не носит обязательственно-правовой характер прежде всего потому, что в результате составления совместного завещания между супругами не возникает каких-либо взаимных прав и обязанностей, не возникает какого-либо обязательства, в котором каждая из сторон обязуется совершать или не совершать определенные действия. Указанное обстоятельство объясняется прежде всего тем, что совместное завещание, как и обычное завещание, составленное от имени одного лица, приобретает юридическую силу и способность оказывать влияние на наследственные правоотношения только после открытия наследства.
С момента составления завещания и до вступления его в силу обычно проходит значительный период времени, вследствие чего увеличивается вероятность возникновения каких-либо обстоятельств, препятствующих исполнению распоряжения на случай смерти либо меняющих взгляды завещателей (или одного из них) на желаемый порядок наследования. Отношения между завещателями и назначенными наследниками, а также между самими завещателями с течением времени могут претерпеть серьезные изменения. По указанным причинам вопрос о возможности отмены совместного завещания представляется немаловажным.
До вступления завещания в силу, т.е. до смерти одного из супругов, сохраняется принципиальная возможность отзыва своих распоряжений каждым из супругов в одностороннем порядке с соблюдением определенных правил, что является проявлением принципа свободы завещания. В то же время, поскольку между распоряжениями супругов, составивших совместное завещание, все же устанавливается определенная связь, предполагается и некоторая стабильность его содержания. Несмотря на то что указанная связь не носит обязательственно-правовой характер, суть совместного завещания заключается в предоставлении одному из супругов некоторой возможности быть уверенным в распоряжениях второго супруга и соблюдении достигнутой между ними договоренности. Баланс между стабильностью совместного завещания и возможностью его отмены достигается в германском законодательстве за счет выделения в содержании совместного завещания взаимосвязанных и невзаимосвязанных распоряжений.
В соответствии с § 2270, 2271 ГГУ взаимосвязанными считаются те распоряжения, в отношении которых можно предположить, что распоряжения одного супруга не были бы сделаны без распоряжений другого. Иными словами, взаимосвязанность означает установление зависимости действительности одних распоряжений от действительности других, а следовательно, недействительность или отмена одного взаимосвязанного распоряжения влечет недействительность другого (абз. 1 § 2270 ГГУ). Указанная норма исходит из предположения, что взаимосвязанный характер должны приобретать только те распоряжения, которые имеют исключительно важное значение для завещателей и которые один из супругов сделал в надежде, что другой супруг примет их. Например, жена завещала все свое имущество племяннику супруга только потому, что супруг обещал в свою очередь завещать ей жилой дом.
Презумпция, установленная в абз. 1 § 2270 ГГУ, действует только в отношении таких распоряжений, как назначение наследников, завещательные отказы и возложения, выбор применимого права (абз. 3 § 2270 ГГУ), и только в том случае, если супруги прямо не оговорили в совместном завещании характер сделанных распоряжений. Придание взаимосвязанного характера тем или иным распоряжениям принципиально зависит от воли супругов, поэтому теоретически все распоряжения могут быть взаимосвязанными или, наоборот, невзаимосвязанными <1>. Взаимосвязанность распоряжений также предполагается, если супруги назначили друг друга в качестве наследников или если один из супругов сделал какое-либо имущественное предоставление в пользу другого, и на случай, если последний окажется пережившим, сделано распоряжение в пользу родственника или иного близкого лица первого супруга (абз. 2 § 2270 ГГУ). Данную норму можно пояснить на примере: муж и жена имеют детей от предыдущих браков, а совместных детей у них нет. Муж передал по завещательному отказу жене квартиру, приобретенную до брака, а жена на случай, если она окажется пережившей, завещает эту квартиру ребенку мужа от первого брака.
--------------------------------
<1> Чтобы избежать сомнений в том, какие распоряжения являются взаимосвязанными, а какие нет, немецкие юристы рекомендуют указывать это непосредственно в завещании (см.: Weirich H.-A. Erben und Vererben: Handbuch des Erbrechts und der vorweggenommenen. S. 192).
Аналогичное правило действует в том случае, если супруги назначили в завещании друг друга первоначальными наследниками, а окончательными наследниками пережившего супруга указали совместных детей <1>.
--------------------------------
<1> Graf H.L., Firsching K.: Handbuch der Rechtspraxis. 8. Aufl.: C.H. Beck'sche Verlagsbuchhandlung, 2000. S. 85.
Все остальные распоряжения - например, о разделе имущества, назначении исполнителей завещания, лишении обязательной доли в наследстве и прочие являются по общему правилу полностью односторонними, на них не распространяются правила § 2271 ГГУ, и соответственно каждый из завещателей может самостоятельно изменить или отменить их, даже если они зафиксированы в совместном завещании. Они могут быть также изменены пережившим супругом.
Указанные нормы ГГУ позволили выделить в теории три основных вида совместных завещаний: 1) одновременное совместное завещание (das gleichzeitige oder gemeinschaftliche Testament), содержание которого составляют распоряжения завещателей, не согласованные между собой; 2) взаимное совместное завещание (das gegenseitige (reziproke) gemeinschaftliche Testament), распоряжения которого носят взаимный характер (т.е. сделаны в пользу друг друга), но могут быть свободно изменены каждым из супругов; 3) взаимозависимое совместное завещание (das (korrespektive) gemeinschaftliche Testament), распоряжения которого носят взаимный характер и действительность распоряжений одного из супругов зависит от действительности распоряжений другого) <1>.
--------------------------------
<1> Erbrecht: Ein Lehrbuch / H. Lange, K. Kuchinke. S. 338; Kommentar zum Gesetzbuch. S. 1674.
Поскольку совместное завещание содержит в себе волю двух субъектов, то, следовательно, его отмена как целого акта (в том числе путем составления последующего завещания) одним лицом признается недопустимой, но в то же время в силу одностороннего характера распоряжений каждого из супругов их односторонний отзыв до открытия наследства является возможным при соблюдении определенных условий (абз. 1 § 2271, абз. 2 § 2296 ГГУ). Отзыв означает разрыв юридической связи между распоряжениями супругов. Из-за такого действия взаимосвязанные распоряжения другого супруга также становятся недействительными, в результате чего он приобретает способность свободно распоряжаться своим имуществом.
При этом нельзя сказать, что факт отзыва завещательных распоряжений одним из супругов абсолютно безразличен другому. Несмотря на то что супруги, составившие совместное завещание, не связаны взаимными правами и обязанностями, тем не менее, совершая данный юридический акт, они, безусловно, преследовали определенные цели. В совместном завещании воплощены их надежды и ожидания, определенные интересы, поэтому предусматривается, что отзыв возможен только посредством нотариально удостоверенного заявления, сделанного второму супругу (абз. 2 § 2296 ГГУ). Уведомление второго супруга об отзыве распоряжений предоставляет ему возможность для своевременного реагирования на изменившиеся фактические обстоятельства и для составления нового распоряжения на случай смерти.
Супруги, как правило, проживают совместно или по крайней мере одному супругу известно, где проживает другой, в связи с чем доставка уведомления об отзыве не должна вызывать затруднений. Если же отношения между супругами прекратились путем развода, то совместное завещание утрачивает силу, как и любое другое распоряжение, сделанное в пользу бывшего супруга (§ 2077, 2268 ГГУ).
Взаимосвязанный характер отдельных распоряжений является главной особенностью совместного завещания, позволяющей отграничить его от двух обычных завещаний супругов. В связи с указанным обстоятельством понимание сущности взаимосвязанности распоряжений имеет ключевое значение для раскрытия самого понятия совместного завещания.
В немецкой литературе можно встретить разные объяснения данного правового явления. Так, в отдельных источниках указывается, что сущность взаимосвязанности распоряжений супругов заключается только в связи мотивов <1>. При этом взаимосвязанность распоряжений ни в коей мере не означает изменения правовой природы распоряжений в совместном завещании, не придает односторонним волеизъявлениям супругов договорный характер. Взаимосвязанность является особым установленным на основании закона свойством отдельных распоряжений совместного завещания, в результате возникновения которого недействительность одного распоряжения влечет за собой недействительность другого распоряжения <2>.
--------------------------------
<1> KG 1972 // NJW. 1972. 2133 - 2137, см. также: Pfeiffer T. Das gemeinschaftliche Ehegattentestament - Konzept, Bindungsgrund und Bindungswirkungen // FamRZ. 1993. S. 1266 - 1282.
<2> Buchholz St. Zur Verbindung von Ehevertag, Erbvertrag und gemeinschaftlichem Testament // Recht als Erbe und Aufgabe: Heinz Holzhauer zum 21. April 2005. Berlin: Erich Schmidt Verlag GmbH & Co, 2005. S. 436 - 437.
Изложенная позиция подверглась критике со стороны доктора Ганса Меркеля, с точки зрения которого указание на взаимосвязь мотивов не позволяет в полной мере объяснить особенность совместного завещания. Совместные распоряжения обоих супругов являются существенным элементом совместного завещания, и последнее действительно только тогда, когда действительны все его существенные элементы. Взаимосвязанные распоряжения формируют совместное завещание как единый акт. При отпадении одного существенного элемента совместное завещание, как и любая другая правовая форма, становится ничтожным <1>.
--------------------------------
<1> Merkel H. Das gemeinschaftliche Testament. Augsburg: Verlagsdruckerei G.m.b.H., 1930. S. 54 - 56.
Несмотря на разницу в понимании вопроса о том, что послужило основой взаимосвязанности, можно с уверенностью сказать, что установление зависимости между некоторыми положениями совместного завещания основывается не на наличии договорной связи, а на представлении о необходимости защиты доверия (Vertrauensschutz) второго супруга. В результате составления совместного завещания обязательство между супругами не возникает, однако, безусловно, формирование воли одного завещателя произошло под влиянием другого завещателя и с учетом сделанного им волеизъявления. Изменение или отмена второго волеизъявления будет означать изменение тех обстоятельств, из которых исходил завещатель при подписании совместного завещания. Можно предположить, что если бы завещатель знал, что его супруг отменит или изменит свое волеизъявление, то и он бы не стал принимать соответствующие распоряжения на случай смерти или сформулировал бы их иным образом.
После смерти одного из супругов начинает формироваться юридический состав наследственного правоотношения, в результате чего совместное завещание приобретает юридическую силу и характер одного из юридических фактов. Указанное обстоятельство влечет за собой ограничения по отзыву завещательных распоряжений пережившим супругом. Обоснованием данного положения является представление о том, что возможность изменить свои распоряжения на случай смерти после смерти супруга при одновременном сохранении возможности получить имущество, причитающееся по совместному завещанию, означает сознательное допущение недобросовестных действий со стороны пережившего супруга. В сущности в описанной ситуации происходит получение выгоды одним лицом за счет другого лица без какого-либо встречного предоставления, при этом с нарушением воли последнего. Поскольку германское законодательство исходит из необходимости защиты доверия ранее умершего завещателя, то после его смерти взаимосвязанные распоряжения супругов приобретают обязательную силу, что в свою очередь влечет за собой существенное ограничение свободы завещания пережившего супруга.
Для того чтобы снова получить возможность составлять распоряжения на случай смерти в отношении своего имущества, переживший супруг должен отказаться от всего, что причиталось ему по совместному завещанию. Вместе с отказом свою обязательную силу теряют и взаимосвязанные распоряжения, после чего возможно составление нового завещания с любым содержанием (абз. 2 § 2271 ГГУ). В этом случае недействительными становятся и взаимосвязанные распоряжения ранее умершего супруга, что влечет за собой переход прав на его имущество к наследникам по закону. В то же время изменение завещания в части невзаимосвязанных распоряжений, например назначения исполнителя завещания, осуществляется свободно в любое время.
Сам по себе факт возникновения после смерти одного из супругов обязательной силы у отдельных распоряжений, содержащихся в совместном завещании, не позволяет говорить о трансформации совместного завещания как одностороннего акта в договор. В указанной ситуации между супругами не возникает какого-либо обязательства или правоотношения, поскольку один из субъектов совместного завещания к этому моменту умер.
Диспозитивный характер германского наследственного права проявляется и при определении характера сделанных супругами распоряжений и возможности включения в текст завещания различных условий и оговорок. Семейные отношения характеризуются высокой степенью индивидуальности, они с трудом поддаются типизации, поэтому только сами супруги могут решить, какие распоряжения имеют для них важное значение, а какие нет и какое именно содержание совместного завещания отвечает их интересам.
Несмотря на факт составления совместного завещания, каждый из супругов может сохранить полную свободу распоряжения имуществом на случай смерти, если они укажут в завещании, что ни одно из распоряжений не носит взаимосвязанный характер. В этом случае любой из супругов после смерти другого может полностью либо частично отменить или изменить свои распоряжения на случай смерти. Нетрудно представить, что такая свобода действий может повлечь ущемление интересов ранее умершего супруга, нарушение его ожиданий и надежд, особенно если переживший супруг вступит в новый брак и это обстоятельство изменит его взгляды на жизнь. Однако в немецкой юридической практике были выработаны способы решения данной проблемы.
В частности, описанных негативных последствий позволяет избежать специальная оговорка в завещании, согласно которой в случае повторного брака переживший супруг полностью или частично возвращает все наследство умершего супруга третьему лицу, указанному в завещании (чаще всего это дети). Возможность составления завещания под отлагательным или отменительным условием прямо предусмотрена в § 2074 - 2076 ГГУ. Возможна также оговорка, согласно которой переживший супруг в случае своего нового брака должен будет выплатить определенную денежную сумму третьему лицу <1>.
--------------------------------
<1> Meier-Kraut A. Zur Wiederverheiratungsklausel in gemeinschaftlichen Testamenten mit // NJW 1992. Heft 3. S. 143.
Как уже отмечалось, немецкие правоведы выделяют среди совместных завещаний супругов в особую категорию так называемые берлинские завещания. О "берлинском завещании" говорят, когда супруги указывают в завещании друг друга в качестве первоначальных наследников, а последующим наследником пережившего супруга - третье лицо (чаще всего детей). Это завещание получило свое название, поскольку ранее было особенно распространено в Берлине.
При этом существуют два возможных варианта оформления наследственного правопреемства <1>:
--------------------------------
<1> Graf H.L., FirschingK. Op. cit. S. 89.
1) в соответствии с принципом разделения наследственной массы;
2) в соответствии с принципом единства наследственной массы.
В первом варианте используется конструкция первоначальных и последующих наследников (Vor- und Nacherbe): переживший супруг назначается первоначальным наследником, а дети - последующими наследниками; таким образом, дети получают право наследовать имущество только после смерти пережившего супруга. При этом наследственная масса ранее умершего супруга не сливается с имуществом пережившего супруга. Первоначальный наследник ограничен в праве распоряжения обособленной наследственной массой и связан определенными обязательствами.
Второй вариант: переживший супруг становится полноправным наследником, т.е. собственником имущества ранее умершего супруга, и может свободно распоряжаться им, а дети наследуют в обычном порядке после смерти второго супруга наследственное имущество как единое целое.
Очевидно, что определенный супругами порядок наследования может быть нарушен, если кто-либо из наследников реализует после смерти первого супруга право на получение обязательной доли. Подобные риски нивелируются в значительной степени специальными штрафными оговорками. В частности, достаточно распространенным является условие, в силу которого наследник, указанный в завещании в качестве окончательного и потребовавший обязательную долю после смерти первого супруга, исключается из числа наследников по закону и по завещанию, а следовательно, уже не будет иметь право претендовать на наследство после смерти второго супруга (если только он не будет относиться к числу обязательных наследников второго супруга) <1>. Данная оговорка также представляет собой наглядный пример завещания с отменительным условием.
--------------------------------
<1> Если супруги в нотариально удостоверенном совместном завещании назначили совместных детей в качестве окончательных наследников и это назначение связали с оговоркой об обязательной доле, то при внесении в поземельную книгу (в государственный реестр прав на недвижимость) записи о правах окончательных наследников отрицательный факт незаявления ими своих прав на обязательную долю может подтверждаться путем принесения ими присяги, удостоверенной нотариально (OLG Frankfurt am Main. Beschluss vom 07.02.2013 - Az. 20 W 8/13 // OpenJur 2013. 33342).
В соответствии с германским правом совместное завещание супругов может быть составлено в нотариальной или простой письменной форме. При нотариальном удостоверении подобного завещания никаких принципиальных особенностей нет. Единственное отличие от простого завещания состоит в том, что в совместном завещании содержится воля двух лиц, поэтому при удостоверении необходимо одновременное присутствие обоих супругов. Совместное завещание составляется в форме единого документа и подписывается обоими завещателями.
Если совместное завещание составляется без участия нотариуса, то необходимо, чтобы один супруг написал завещание собственноручно, а другой собственноручно подписал его с указанием времени и места проставления своей подписи (§ 2267 ГГУ). При этом составитель завещания должен быть еще жив. Два отдельных завещания с идентичным содержанием, но не содержащие явно выраженных ссылок друг на друга, свидетельствующих о том, что распоряжения одного из супругов были сделаны с учетом распоряжений другого супруга и по согласованию с ним, по общему правилу не рассматриваются в качестве совместного завещания. Однако в качестве объединяющего момента, позволяющего говорить о совместном завещании, может выступать документ об изменении ранее составленных отдельных завещаний, подписанный обоими супругами <1>.
--------------------------------
<1> OLG. Beschluss vom 23.07.2008 - 31 Wx 34/08 // FamRZ 2008. 2234.
Возможность составления совместного завещания супругов в простой письменной форме подвергается в немецкой литературе вполне обоснованной критике, поскольку "минимальные требования к форме, установленные § 2267 ГГУ, и максимальные последствия касательно связанности пережившего супруга (ранее сделанными распоряжениями) не соответствуют друг другу" <1>. Справедливость данного положения не вызывает сомнений, поскольку, как можно было убедиться, совместное завещание представляет собой довольно сложную юридическую конструкцию. Составляя данный юридический акт, необходимо иметь четкое представление о действующем законодательстве и о возможных последствиях включения в текст совместного завещания тех или иных условий и оговорок. Взаимосвязанный характер распоряжений супругов и ограничение завещательной свободы требуют участия незаинтересованного специалиста, разъясняющего последствия составления совместного завещания и помогающего грамотно выразить волю супругов без разночтений и противоречий.
--------------------------------
<1> Tiedtke K., Kanzleiter R. Op. cit. S. 25.
Совместный характер завещания предполагает особую процедуру открытия, поскольку при наступлении смерти одного из завещателей его распоряжения должны быть оглашены и исполнены, в то время как воля другого завещателя (еще находящегося в живых) должна быть сохранена в тайне. Поэтому в ходе судебного процесса по открытию завещания <1> волеизъявление умершего супруга доводится до заинтересованных лиц, для чего изготавливается официальная копия его распоряжений. Подлинник завещания вновь запечатывается и возвращается на официальное хранение <2>, за исключением тех случаев, когда все содержание совместного завещания исчерпывалось назначением в качестве наследника пережившего супруга.
--------------------------------
<1> В ФРГ все завещания открываются только в судебном порядке (см. кн. 4 Закона Германии о производстве по семейным делам и делам, связанным с добровольной подсудностью (Das Gesetz das Verfahren in Familiensachen und in den Angelegenheiten der freiwilligen Gerichtsbarkeit (FamFG) vom 17.12.2008 // BGBl. I S. 2586 (N 61)).
<2> Нотариально удостоверенные завещания подлежат передаче на государственное хранение, которое относится к компетенции судебных органов. На хранение может быть сдано и собственноручное завещание. Суд первой инстанции, принимая на хранение завещание, обязан сообщить об этом в Центральный реестр завещаний, созданный на основании § 78b Положения о федеральном нотариате (Bundesnotarordnung vom 24.02.1961 // BGBl. I. S. 98).
Проведенный анализ норм германского права позволяет сделать вывод, что совместное завещание является логически выверенным институтом немецкого наследственного права, предоставляющим супругам многочисленные возможности по выбору конкретного варианта правопреемства. Гибкость немецкого законодательства обеспечивает большую степень свободы завещания, позволяя супругам составить юридический акт, полностью отвечающий их интересам и соответствующий их личным представлениям о справедливом наследственном правопреемстве.
"Актуальные вопросы наследственного права" (под ред. П.В. Крашенинникова) ("Статут", 2016) {КонсультантПлюс}
Актуальные вопросы наследственного права / Ю.Б. Гонгало, П.В. Крашенинников, И.Б. Миронов и др.; под ред. П.В. Крашенинникова. М.: Статут, 2016. 112 с.
СДЕЛКИ MORTIS CAUSA
Петров Е.Ю., кандидат юридических наук, преподаватель Российской школы частного права.
Тема "Сделки на случай смерти" для сборника, подготовленного к 60-летию Бронислава Мичиславовича Гонгало, выглядит по меньшей мере вызывающе. Но дело в том, что, если бы не Бронислав Мичиславович, добротой которого я беззастенчиво воспользовался, вряд ли бы что-то вообще получилось. Юбиляр, порой в ночные часы, вычитывал отдельные фрагменты работы, ее черновые варианты. К его критическим замечаниям: где желательно убрать излишнюю резкость и добавить конструктива, где стоит придерживаться стиля изложения, где проглядывает противоречие, я внимательно прислушивался <1>. Естественно, по многим принципиальным моментам наши мнения расходятся. Но это, как говорится, черта метода. С Днем рождения Вас, Бронислав Мичиславович!
--------------------------------
<1> За помощь в подготовке данной статьи я также благодарен Кириллу Михалеву и Александру Софронову, придумывавшим и обсуждавшим совместно со мной почти все предложенные вниманию казусы.
Введение
Вслед за реформой общей части гражданского права, а также общей части обязательственного права наступает очередь и наследственного права. 26 мая 2015 г. в Государственную Думу РФ был внесен законопроект N 801269-6, предусматривающий изменение целого ряда положений наследственного права: введение новых способов распоряжения имуществом на случай смерти, а именно совместного завещания супругов и наследственного договора; создание альтернативного завещанию способа определения судьбы имущества посредством учреждения наследодателем фонда; введение безобъектного свидетельства о праве на наследство, расширение круга лиц, которые могут быть душеприказчиком, и полномочий душеприказчика. С появлением законопроекта вопросы реформирования российского наследственного права получили широкий общественный резонанс. В рамках настоящей статьи на базе материала, касающегося наследования по воле наследодателя, предпринята попытка показать, что реформа отечественного наследственного права действительно необходима, при этом вносимые изменения должны носить комплексный характер и подвергаться предварительному концептуальному осмыслению.
1. Положения действующего Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определяют, что распоряжение имуществом на случай смерти возможно только путем совершения завещания. Вместе с тем в российском законодательстве могут быть обнаружены и иные формы имущественных распоряжений, связанных со смертью лица. В договоре личного страхования страхователь может назвать лицо, которому будет произведена страховая выплата в случае смерти застрахованного лица; получатель пожизненной ренты вправе заключить договор с условием о переходе права на ренту к пережившим получателям; по договору дарения одаряемый может принять условие о праве дарителя отменить дарение в случае смерти одаряемого; в своих письмах, дневниках и других документах автор может запретить обнародование произведения, тем самым серьезно ограничив возможность осуществления перешедшего к наследникам исключительного права.
Совместные завещания супругов, договоры о наследовании, дарения в счет наследственной доли и иные подобные сделки, направленные на определение судьбы неоткрытого наследства, российскому законодательству неизвестны. К дарению с условием о передаче дара после смерти дарителя п. 3 ст. 572 ГК РФ предписывает применять правила о наследовании, т.е. рассматривает их в качестве завещательных распоряжений. Указанная норма в подавляющем большинстве случаев лишает такие сделки юридической силы ввиду существования в российском праве требования о квалифицированной форме завещания.
В немецком и французском праве перечень сделок на случай смерти гораздо шире <1>. В связи с этим, приступая к реформе российского наследственного права, следует обсудить целесообразность введения у нас совместных завещаний супругов, договоров о наследовании, иных сделок, определяющих состав наследственной массы и порядок ее распределения.
--------------------------------
<1> См., например: Гонгало Ю.Б., Михалев К.А., Петров Е.Ю., Путинцева Е.П. Основы наследственного права России, Франции, Германии. М., 2015. С. 53 - 57, 59 - 72.
1.1. Совместное завещание супругов. Существо этой конструкции в немецком праве состоит в том, что волеизъявления супругов по поводу судьбы имущества каждого из них согласованы и могут быть взаимообусловлены <1>. Согласованность проявляется в том, что совместное завещание - это единый акт, выражающий волю обоих супругов. Взаимообусловленность состоит в том, что некоторые распоряжения одного супруга производятся в связи с распоряжением другого супруга (самый распространенный пример - это так называемое берлинское завещание, в котором супруги назначают друг друга первоначальными наследниками). Если один из супругов отказывается от своего обусловленного волеизъявления (совместное завещание не порождает обязательственную связанность), то соответствующее волеизъявление второго супруга также утрачивает силу. При этом независимые распоряжения (например, назначение душеприказчика) сохраняют силу. После открытия наследства в отношении одного из супругов второй супруг вправе сделать выбор: либо осуществить права, предоставленные в силу волеизъявления умершего супруга, но тогда сделанное им волеизъявление приобретает силу обязательства (в примере с берлинским завещанием - став наследником, переживший супруг связан обязательством передать имущество по наследству совместным детям), либо отказаться от осуществления указанных прав, сохранив при этом свободу распоряжения имуществом на случай смерти.
--------------------------------
<1> Классификация видов обусловленности дана Р.А. Барковым и О.Е. Блинковым в статье "Формальная действительность завещания как акта реализации активной завещательной правосубъектности (сравнительно-правовой аспект)" // Наследственное право. 2013. N 3. С. 42 - 48.
Законопроект N 801269-6 предложил ввести совместное завещание супругов в российское наследственное право. В общем виде вариант законопроекта использует немецкую модель. Но есть и некоторые отличия.
А. Последующее завещание, совершенное одним из супругов, приводит к утрате силы совместного завещания. При этом предварительного отказа от совместного завещания не требуется, утрачивают силу все условия совместного завещания (законопроект не дифференцирует волеизъявления на взаимосвязанные и независимые). Согласно § 2271 Германского гражданского уложения (далее - ГГУ) новое распоряжение на случай смерти, сделанное супругом, не прекращает действия взаимообусловленного распоряжения, до тех пор пока не будет сделано нотариальное заявление об отмене взаимообусловленного распоряжения. Вроде бы какая разница? Первоначально кажется, что предложенный в законопроекте вариант даже удобнее: составляя новое завещание, один из супругов, по сути, отказывается от совместного завещания; нотариус, удостоверивший завещание, уведомит другого супруга о прекращении совместного завещания. Но представим себе другую ситуацию. Совместным завещанием супруги определили на случай смерти только судьбу общего имущества. Затем один из супругов составляет завещание по поводу единоличного имущества. Хотелось бы узнать, почему в этом случае совместное завещание должно прекращаться? И по каким причинам закон предписывает нотариусу нарушить тайну завещания? В итоге приведенная в качестве примера безобидная ситуация может закончиться разводом.
Кроме того, законопроект обходит стороной вопрос о моменте утраты пережившим супругом свободы завещательного распоряжения. Исходя из грамматического толкования, можно сделать вывод, что утрата силы совместного завещания возможна, в том числе посредством нового завещания, составленного пережившим супругом после принятия наследства.
Б. Положения законопроекта не содержат существующих в ГГУ способов защиты от злоупотреблений. Приведу пример: совместным завещанием супруги назначают наследниками друг друга, а общего ребенка подназначают наследником пережившему супругу. Муж преклонного возраста умирает, а супруга спустя непродолжительное время вступает в новый брак. Супруга связана своим завещательным распоряжением. Но в течение жизни она может подарить унаследованное имущество детям, рожденным в новом браке. В итоге ожидания одной из сторон совместного завещания окажутся обманутыми.
В. Совместное завещание допускает определение супругами судьбы общего совместного имущества в случае смерти одного из супругов не посредством наследования образовавшейся доли в праве (предлагаемые изменения в ст. 1150 ГК РФ позволяют, например, составить такое совместное завещание: "Доля в общем имуществе не поступает в наследственную массу, имущество, нажитое в браке, остается в собственности пережившего супруга"). Немецкому праву неизвестен институт, аналогичный российской совместной собственности <1>. Судьба нажитого в браке имущества в случае смерти одного из супругов решается § 1371 ГГУ по-иному: через предоставление права на дополнительную наследственную долю либо через предоставление пережившему супругу требования о распределении стоимости имущества, нажитого в браке.
--------------------------------
<1> Сравнительный анализ законного режима имущества супругов по российскому и немецкому праву выполнен П.А. Ломакиной (см.: Ломакина П.А. Распределение общих долгов супругов после расторжения брака // Вестник экономического правосудия. 2014. N 12).
Предусмотренная в законопроекте возможность оставить совместное имущество в единоличной собственности пережившего супруга, безусловно, отвечает интересам завещателей-супругов. Но при этом не должны пострадать интересы третьих лиц. Приведу пример. У одного из супругов есть нетрудоспособный родитель. По условиям совместного завещания все общее имущество этого супруга остается в единоличной собственности другого супруга. Подобное условие завещания ведет к уменьшению не номинального, а материального размера доли обязательного наследника. Аналогичным образом могут быть ущемлены интересы индивидуальных кредиторов наследодателя, поскольку указанное условие совместного завещания понижает границу ответственности.
Подведем итог. Такая черта завещания, как возможность его немотивированной отмены в любой момент, на мой взгляд, в современном мире должна считаться в большей степени обусловленной безвозмездностью перехода прав и в меньшей степени сакральным характером выбора преемника. Представим себе ситуацию, когда каждый супруг имеет необщего ребенка. Такие супруги могут договориться, что дети будут наследовать за каждым из них совместно. Завещание, не дающее юридической связанности, может быть легко отменено пережившим супругом. Но наступившие последствия большинство посчитает несправедливыми. Поэтому возможность существования в законе ослабленной юридической связанности синаллагматическим распоряжением на случай смерти (обязан, когда сам воспользовался предоставленным правом), думается, необходима. Аргументы типа "супругам надо доверять" не должны рассматриваться всерьез. По такой логике нам следует упразднить брачный договор, необходимость согласия на распоряжение общим имуществом и соглашение о разделе. В российских семьях нормальным считается совместное обсуждение имущественных последствий смерти одного из супругов. Поэтому возможность общего волеизъявления супругов не чужда нашим духовным скрепам, право придания юридической силы достигнутым договоренностям расширяет границы нашей ответственной свободы (никто ведь не заставляет всех супругов составлять совместные завещания). Аргументы типа "затруднительность реализации", использовавшиеся, в частности, составителями проекта Гражданского уложения Российской империи (далее - проект ГУ), тоже следует воспринимать критически <1>. По состоянию на 2007 г. 57% завещательных распоряжений в Германии приходилось на совместные завещания, что свидетельствует о работоспособности этой модели.
--------------------------------
<1> Гражданское уложение. Книга четвертая. Проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению ГУ с объяснениями. СПб., 1903. С. 115.
Вместе с тем введение института совместного завещания в России, как видно из приведенных примеров, не должно делаться с наскока. Думаю, что совместное завещание вполне может существовать в нашем праве в том виде, в каком оно представлено в ГГУ. Если мы принимаем положительное, на мой взгляд, решение дополнить отечественные способы распоряжения имуществом на случай смерти совместным завещанием, то все детали нововведения, в том числе основания утраты силы, средства защиты от злоупотреблений, должны найти отражение в нормах обновленного наследственного права. Кроме того, следует откорректировать уже существующие положения, например ранее упомянутый п. 3 ст. 572 ГК РФ (какие правила надо будет применять к дарению между супругами на случай смерти - о завещании или о совместном завещании?).
"Частное право. Преодолевая испытания. К 60-летию Б.М. Гонгало" ("Статут", 2016) {КонсультантПлюс}
Частное право. Преодолевая испытания. К 60-летию Б.М. Гонгало / М.В. Бандо, Р.Б. Брюхов, Н.Г. Валеева и др. М.: Статут, 2016. 256 с.
Документ предоставлен КонсультантПлюс
