Для общения с духами поверхности земли — духами леса, озера, горы, местопребывание которых точно не известно, может быть вырезан деревянный лик и установлен там, где наиболее выражена индивидуальность местности. Охотник, проходя возле такого места, всегда оставляет там дар — спички, шнурок, пуговицу, хлеб с кратким обращением к духу, и уходит, не оборачиваясь, даже если его кто-нибудь позовет.
3. Охотникам более свойственно первобытное виденье мира, чем землепашцам. Окруженный лесной тишиной, охотник острее чувствует тайную жизнь Природы. Исход его промысла всегда до конца не ясен и плохо предсказуем. Благодаря этим условиям охотник оказывается в тесном контакте с духами леса, понимание которых соответствует условиям его жизни.
Духи, соответствующие уровню и условиям жизни человека, всегда присутствуют рядом с ним, всегда наиболее доступны. Если пахарь обнаруживает в лесу только лешего и русалий, то для охотника лес — вместилище огромного числа духов, среди которых главный не леший, а хозяйка леса.
Ибо охотник продолжает бессознательно жить в матриархате. Леший, лешак, представляется землепашцу дурным мужиком, иногда с рогами. Он по желанию меняет рост, перегоняет стада зверей, обладает большой силой. Заблудившемуся в лесу человеку он порой является в образе обычного мужика и спрашивает спиртного. Левый лапоть у него всегда одет на правую ногу.
Удивительно, что лешие иногда живут в больших городах, где маскируются под знатных особ. Очевидно, лешие уразумели, что в некоторых вопросах между лесом и большим городом нет разницы.
И землепашцу, и охотнику леший опасен. Ничего доброго встреча с ним не обещает. Договориться с ним трудно. От него спасает очищенный кусок липового дерева и голод. Это последнее удивительно. Леший отступается от человека, который голоден. Чтобы вызвать лешего, нужно нарубить молодых березок, сложить вокруг себя верхушками в середину, и крикнуть «дедушка!». Тогда леший явится.
Людям более нужной оказывается хозяйка леса. От нее, от этой лесной богини, зависит удача охотника на промысле. В дар ей можно повязать на ветке платок. Иногда хозяйка леса предстает одинокой женщиной, соблазняя охотника на супружескую жизнь. Тогда охота всегда будет удачной, но лесная хозяйка — ревнивая богиня, и она будет мстить за измену.
4. Жизнь охотника полна опасностей. Охотясь, он вмешивается в бытие лесных духов. Души убитых зверей могут отомстить ему, если это позволят их старшие духи. Эти старшие духи — хозяева отдельных пород зверей — «лисий», «волчий», «олений» и другие. Удача на охоте зависит от того, как зверь относится к человеку. Между ними обоими существует таинственная, не ясная охотнику до конца, связь. Если животное не любит человека, то он его не убьет. И, например, если белка чувствует симпатию к охотнику, то она сама вытягивает шею и вставляет голову в петлю силка. Боги дали человеку лесного зверя на жертву. И если человек живет правильно, то он исправно получает этот дар.
В подтверждение, приведем фрагменты из «Калевалы», из руны сорок шестой, где поется о том, как Вяйнемейнен обращается к медведю перед тем, как убить его: «Осто, яблочко лесное! Красота с медвежьей лапой! Слышишь ты, что я явился, что к тебе иду я храбро. В мох густой запрячь ты когти, зубы деснами прикрой ты, чтоб они мне не грозили. Чтоб и двинуться не смели! Ляг, усни в траве зеленой, на прекраснейшем утесе, чтоб качались сверху сосны, под тобой шумели ели»...
И далее, уже добыв медведя, он продолжает: «Мой возлюбленный, ты, Осто, красота с медвежьей лапой! Не сердись ты понапрасну, — я не бил тебя, мой милый, сам ты с дерева кривого, сам ты, ведь свалился с ветки, разорвал свою одежду о кусты и о деревья: скользко осенью бывает, дни осенние туманны»...
5. Духи леса позволяют убивать зверя для еды, но если охотник убивает лишнее, дух уводит зверя вглубь леса. Охотник всегда приспосабливается к нраву лесного духа, изучает его характер, стремится ему угодить. Духи леса или гор, смотря, где идет охота, любят тишину, покой, тихие рассказы, улыбки и хорошее настроение человека. Духам оставляют часть добычи.
Во время охоты нельзя хвастаться, обманывать, свистеть или ругаться — духи этого не любят. Нельзя стучать посудой и громко колоть дрова. До прикосновения к трапезе следует часть ее отдать лесу, воде и огню с добрым словом угощения.
Духи леса и воды находятся в конфликте с духами огня, через который охотник разговаривает с предками. Кости зверей, внутренности, шкуру и перья в костер не бросают, ибо с их сожжением зверь не сможет возродиться. Убивая, охотник думает о возрождении. Проявление восторга при ценной добыче, как и раздражение при неудаче, оскорбительно для духов и поэтому запрещено в охотничьих традициях. Требуется внешне спокойное ко всему отношение. Нельзя смеяться или ругаться при постановке сетей, капканов, отрывании ям-ловушек.
Эти правила соблюдаются не только охотниками, но и близкими охотников, оставшихся дома. Эти же правила соблюдаются и рыболовами. На лов рыбы не берут собак и женщин. Это не распространяется на ритуальную ловлю раз в год в священных местах, когда девушку возят в отдельной ладье, как символический дар духам озера. Духи озер — большие камни на озерах. Возле таких камней следует проплывать, подняв над водой весла. Рыбу и дичь не считают, иначе клев и всякая охота прекратятся.
Духи леса и воды любят хорошую музыку и сказочные рассказы. Поэтому на длительных стоянках охотников и рыболовов, особенно в зимнее время, есть боян — сказитель древних песен и былин. Духи леса приходят слушать его, а потревоженный рыбаками водяной чувствует себя спокойно. Через этот прекрасный обычай на севере сохранились наши былины. Именно в таких условиях зимнего лова они были услышаны и записаны нашими этнографами в девятнадцатом веке.
На Терском берегу Кольского полуострова, население еще в тридцатых годах двадцатого века считало, что в колхозной рыболовной артели должен быть свой колдун. Он говорит с морем, уговаривает рыбу идти в сеть, и без его помощи улов будет незначительным. Надо понимать, что этот колдун и был наследником наших боянов, который растерял фольклорную культуру, но и после этого еще полвека оставался при своей должности.
Пьянство, ведущее к шуму и потере контроля охотника над собой, противно лесным духам. Когда артель пребывает на место ловов, староста зажигает костер, собирает всех и ведет речь: — «Удача охотника зависит от того, как каждый из вас будет себя вести. Охота — дело чистое. Дикие звери и птицы не любят нечистоты. Каждый из вас должен очиститься; не думайте о вине, женщинах, не произносите слов...». Запретные слова разные: это и название дичи, на которую идет охота, и предметы лова, и слова, возвращающие к своим домашним делам, к родственникам, к христианскому культу. Все эти слова и мысли подслушиваются духами, и это меняет ситуацию на ловах. Запретные слова заменялись другими по договоренности здесь же, у костра.
Для нас очень важно знать, что по таежным понятиям, люди, ходившие по тайге или по горам более трех дней, считаются очищенными. Значит, лес и горы сами собой очищают человека, делают его более совершенным и достойным благ добрых богов. Наш опыт странничества так же подтверждает, что после трех суток путешествия, в человеке происходят измерения, освобождающие от суеты обыденной жизни.
По С. Крашениннкову, путешествовавшему в Сибири в восемнадцатом веке, ворона, змею, белку и кошку называли верховым, худою, вертлявою и запеченкою. Церковь — востроверхою, бабу — шелухою, девку — простыгаю, коня — долгохвостым, корову — рыкушей, петуха — голоногим. Человек, произнесший запретное слово наказывался, порой очень изобретательно, но, конечно, без членовредительства и крови. Также нельзя было тайно от остальных есть, или скрытно заниматься любым другим делом. За этим смотрели помощники главы артели.
6. Потребность скрыть от кого-либо название предметов и цели деятельности породили тайные языки, которые в наше время почти забыты. Ими пользовались не только охотники, но и рыболовы, купцы, знахари и все волшебное сословие. Из практических соображений пользовались тайным языком уголовники, нищие и коробейники (офени). Сегодня врачи разговаривают в присутствии больных на латыни. Но это практическое назначение тайного языка. Охотничий язык оказывался исключительно магическим, и с позиций «здравого смысла» не имел никакого рационального объяснения. Охотники по-разному говорили и о природных явлениях, дабы не изменить их ход, и не накликать непогоды. Так, у белорусов, радуга звалась веселухой, поручнем, коромыслом. Явления, напрямую сопряженные с гибелью и какой либо страшной опасностью, вообще повсеместно не получали имен. Их звали: тот, та.
Из иносказаний и тайных имен возникли народные загадки, которые несут в себе пласт языческой культуры. Например: Что в доме погано? Оказывается: скоба, которая имеет форму рогов. Или: На дубу, на вязе два бога увязли; пришел к ним спас, выколол им глаз (пробой и замок). Красная девушка в окошко глядит (Солнце). Лысый вол сквозь ворота смотрит (Месяц). Меня бьют, колотят, ворочают, режут; я все терплю и всем добром плачу (Земля). Ходит без ног, рукава — без рук, уста — без речи (река). Сестра сильней брата (Вода и Огонь). Голову отрежу, сердце выну, помокну в кровь, будет говорить (гусиное перо). Вертлява, а не бес (белка, векша). Существенно, что загадка часто одухотворяет, оживляет предметы и ставит их в критическую ситуацию. Этнографы установили, что народные загадки связаны именно с запретными словами, относящимися к миру духов.
Бесы
1. Помимо доброжелательных к человеку духов, есть и духи недоброжелательные, служащие богам разрушения, и готовые преступать Нравственный Закон. Их называют бесами. Жизнь бесов оказывается конечной. Они смертны. В общении с людьми они могут просто шалить и безобразничать, находя смысл бытия именно в этом безобразии. При этом черные боги понуждают их исполнять свою волю, против чего у бесов нет никаких внутренних запретов, и единственным препятствием этому оказывается их же безалаберность, забывчивость, и лень. Стимулом для бесов, в основном, является страх смерти.
Плодятся бесы самым простым образом. Когда бес с бесовкой залезают в болото и берутся за руки, то между ними вода начинает бурлить от возникающих бесенят. Родства эти бесенята особенно не помнят. Бесовки не красивы, потому их не любят, а любо бесам приставать к красивым женщинам.
2. Бесплотные бесы — духи могут стремительно перемещаться по небу с ветром, и моментально реагировать на зов любого человека, стоит ему сказать слова, вроде «черт побери». Поэтому есть древнее правило — бесов и чертей не поминать.
Бесы способны воплощаться в материальные тела. Будь то предметы или живые существа. При этом возникает впечатление, что нарушается закон сохранения вещества. Бес как бы из ничего вдруг обращается телесным существом. В таком виде он может теснее связаться с миром яви, но после этого для него остаются проблемы с перевоплощением, переходом в обратное состояние или с перемещением по миру.
Если тело, в которое перевоплотился бес, повреждается и становится нежизнеспособным, не способным провести обряд развоплощения, то бес погибает вместе с телом, уходит в навь, откуда его влияние на явь уже очень незначительно. В этом смысле беса можно убить обычным оружием. Металл, острый нож, меч опасны и не воплощенному бесу, ибо металл по своей природе рассекает и разрушает их как цельное психическое образование. Особой разрушительной силой обладает заговоренное оружие. Бьют бесов холодным оружием один раз. Второй удар может восстановить беса обратно.
Аналогичную способность к перевоплощениям имеют колдуны и ведьмы. И если они злобны и преступают Закон, то они оказываются близки к бесам по своей сути, так, что грань между ними стирается.
Некоторые из кажущихся нам людей в действительности и не люди вовсе, а бесы в людском обличии. Таковой бес имеет паспорт, прописку, должность в учреждении, но вся его жизнь есть сплошная бесовщина, порок, мерзость. Чаще всего такие бесы оказываются на административных, чиновничьих должностях, работают в газетных издательствах.
У простого народа понятие беса сливается с понятием черта. Бабка уборщица рассказывала мне прямо в моем научном учреждении (октябрь 2002 года), что ни в коем случае нельзя звать черта. Когда, де, ее отец умер, мать, сокрушаясь, черта упомянула. Он пришел и стал внушать ей, чтобы она удавилась. Молитва не помогала. Она уже и петлю сделала, и примерять ее стала. Вдруг вспомнила, и выругалась матом. Черт испугался и побежал вон по крыше, слышно было, как солома зашелестела.
Из этого рассказа видно, что и сегодня, черт (он же бес) понимается то как материальное существо (солома зашелестела), то как дух. И бороться с ним христианской молитвой бесполезно.
3. В действительности, бесы разнообразны по своей породе. У них выстраивается своя иерархия и многие из них воюют друг с другом, что облегчает жизнь человеку. Приведем классификацию бесов, опираясь на труд этнографа Н.Я. Никифоровкого, изданный в городке Вильно, в 1907 году.
Самой древним их родом являются кадуки. Это те духи, которые были рождены Чернобогом, когда брызнул он за спину болотной водой. В отличие от всех остальных бесов, они стремятся соблюдать Нравственный Закон. В частности, в этом законе есть требование уважения младшими старших. Иначе говоря, все остальные бесы должны уважать их, кадуков, ибо они перворожденные бесы, вышедшие из лап Его черного величества.
Кадуки не вредят тем людям, которые соблюдают Законы Рода, но зато с удовольствием расправляются с отступниками, проявляя при этом ловкость истинных мастеров. Этика кадуков обеспечивает им долгую жизнь, в которой каждый из них много раз прошел пекельное перепекание, в результате чего неоднократно омолаживался.
Среди бесов, кадуки считаются выжившим из ума старичьем, которое не заслуживает уважения. С другой стороны, их боятся как-то обижать, и не спорят с ними о добыче, оставляя кадука самого вершить расправу над человеком.
В своем телесном воплощении, у кадуков никогда не бывает рогов или хвостов. Они более напоминают небольшую копну сена или ворох мха. Их не страшатся животные и селятся в них, птицы вьют гнезда. Просидеть на одном месте кадук может не один год, потому на нем оказывается много природных наростов.
4. Едва ли кадуков вообще можно отнести к категории бесов. Скорее, они остаются духами, служащими богам — разрушителям, и божествам мести.
Вторая категория бесов — это пекельники. Как известно, под землей есть пекло, где не могущие сгореть бесшерстные бесы обслуживают котлы. Жизнь пекельников подобна жизни рабов в шахте. В пекельники попадают свободные бесы за проступки. В котлах, которые они обслуживают, происходит таинство. В них попадают неправедные людские души, которые Велес не захотел вести в небесное царство, ибо их повторное воплощение противно Жизни.
Эти-то души, с их гадким содержанием, попадают в пекельный котел, и там распадаются на свои психические компоненты. В полученный бульон помещается старый, одряхлевший бес. В котле происходит его варка, так, что он наполняется этими остатками душ, и разбухает. После он уже не ходит сам. Его мокрого достают из котла, кладут на раскаленную сковороду, и на ней же начинают сковывать. Продолжается это до той поры, пока шипит выходящая из беса вода. Стоит при этом неописуемая вонь и бес вопит, ибо ему очень больно.
Претерпев множество тепловых и чисто физических ударов, бес либо умирает в мучениях, и его останки отправляют вновь в котел, либо уплотняется, структурируется и омолаживается. После этого, бес долго отдыхает и приходит в себя. В удачном случае у него появляется чувство свежести, как у человека после бани. Но вонь от его тела всегда остается, и по ней можно угадать беса меж людей.
Разумеется, перепекают не всех, а лишь самых важных, блатных или чем-то заслуженных бесов.
5. Среди мелкой нечисти, которую никогда не перепекают, самыми мелкими оказываются шиши или шешки. Это мелкие бесенята размером с еловую шишку. Они не имеют целей своих деяний. Чаще всего они просто отвлекают человека от дела, когда время дорого. Могут они унести нужную вещь. Более ничего дурного они сделать не могут, и остальные бесы смотрят на них как на блаженных, и никогда с ними не считаются.
Следующая категория — это красны. Они подобны крысам, их пьянит ненависть к людям. Нападают они скопом, и, в отличие от шешек, не расстаются добровольно со своей жертвой. Красны издают суетливый призывный писк. Присутствие их ощущается как томление и быстрая усталость во всяком деле. Пропадают они на ветру, свежем воздухе и боятся священных предметов нашей веры.
Еще есть бесы — шатаны. Эти действуют поодиночке. Они плетут лапти, делают дорожные палки и ходят за путниками, склоняют их ко злу и после этого прививают им разные болезни и дурные качества. При этом не отстают от совсем загубленного человека просто из внутренней жестокости.
Следы походного снаряжения шатанов можно обнаружить в самых неожиданных местах. Но если они брошены, то не обладают никакой магической силой, и могут даже быть использованы путниками. Солнечный свет и доброе слово разгоняют шатанов.
Далее идут цмоки. Цмоки в древности были змеями, и не все из них заранее злобно настроены к человеку. Они чванливы, спесивы, опрятны и любят приставать к одиноким женщинам.
Многие цмоки были перебиты Перуном. Те, что остались, очень предусмотрительны и осторожны. Перун бьет нечисть без разбора — в основном тех, что попадается ему в воздухе. От беса остается лишь пыль. Если бес воплощался в неживом предмете, то после удара молнии предмет очищается от бесовского содержания. Но бывает, что Перун промахивается, и бесу отшибает рог, хвост, опаливает шкуру. Такие хромые и безрогие уродцы вызывают смех и издевки у соплеменников. Цмоки имеют минимальное число таких повреждений. Основной жертвой Перуна становятся бесы — поветрики, что не могут не радоваться и не кувыркаться в воздухе, двигаясь с вихрями. Они разносят болезни и сплетни.
Теперь скажем о параликах. Это бесы, которые подлаживаются и вживаются в человека годами. Но потом делают его старой развалиной, инвалидом. Изжить их крайне трудно. В основном они поражают тело, душа их мало интересует.
Наконец, есть бесы-прахи. Прахи — бездельники и сластолюбцы, сами ни на что не способные духи. Что делать — им все равно. Они используются опытными в злодействах бесами как ищейки и сторожевые собаки. Поскольку часто они не могут выполнить своего поручения по рассеянности и забывчивости, то бесы вымещают на них свою злобу. Обитают они в заброшенных трущобных жилищах.
Отметим, что мы не претендуем на полноту описания бесовских родов и их наклонностей. Так, мы не рассмотрели бесов, отравляющих наши души и рассудок. Кроме этого, всегда остается возможность возникновения нечисти с новыми, неведомыми ранее устремлениями и возможностями.
Народ же в магической борьбе с вредоносными духами, не всегда делал различия между бесами, лихорадками, сглазами и изурочьями, понимал их всех единым вредным духовным началом, и провожал заклинаниями обратно, в мир нежити: Идите, вы, сглазы — изурочья на мхи, на болота, на гнилые колоды, на сухие леса, на желтые пески, на буйны ветры, на закрытые двери, на землю, где солнце не греет, где ветры не веют, петухи не поют, гусли не играют и собаки не брешут, и птицы не поют, и звери не бегают, и люди не ходят.
Там вам курганы нагуляны, там на белом камне стоят столы тесовые, на тех столах скатерти белые, на них кубки винные; стоят там ложа тесовые, на тех ложах перины пуховые; там в серых болотах, в темных лесах пригожая сеножать, сред той сеножати стоит куст ракитовый, под кустом ракитовым сидит паненка, пироги печет, и вас до себя в гости кличет, пива наварила, меду насытила.
Там вам гуляние — почивание; там быть и там вам жить. Сюдаж вам не ходить, костей не ломить, сердце не знобить, тело не пучить, не колоть, не гореть, не болеть. Чур тебе!
Боги мрака
Тема эта кажется бесконечной. Поэтому не будем увлекаться красочными описаниями деяний злых божеств, а ограничимся концептуальными вопросами.
1. Зло волнует нас потому, что мы ежедневно встречаемся с ним. Оно многолико, и мы еще обсудим, как ему эффективно противостоять. Существенно, что божества тьмы и разрушения ищут и со временем находят новые формы проникновения в жизнь и в наше возрождающееся язычество.
Мрак охватывает нашу жизнь, когда мы перестаем видеть живые высокие и светлые идеалы. Иногда этот мрак несет чья-то необоримая сила, иногда мы сами взращиваем его в себе. Но, в любом случае, нужна воля и встречная сила для его преодоления.
Во мраке действуют худшие потомки Чернобога. Во мраке не видно рождения нового, не видно пути в будущее. Мрак этот понимается не в смысле тьмы неба, а в смысле тьмы в душе. Изначально рождает его бог Морок.
Морок подменяет данные Родом ценности на фальшивые, временные и нежизнеспособные. Морок ведет к нелепым деяниям, которые замороченному кажутся единственно верными. За Мороком следуют божества и духи зла, которые идут на открытое преступление Нравственного Закона.
Жизнь народа, ее поддержание требует от каждого человека определенной силы, определенного напряжения духа. Духовная сила народа, сложенная из однонаправленных сил отдельных людей, выстраивает как бы пояса обороны, имя которым: обычай, традиция, национальная вера, нравственные нормы предков, историческая память, умение понять друг друга. Все вместе это есть социальное дарна, верно найденный образ жизни.
Внешние и внутренние удары, будь то землетрясения, эпидемии, нашествия врагов, экономическая и культурная агрессия и многое другое, могут взламывать, разлагать эти пояса обороны. Если пояса взломаны: обычай забыт, вера презираема, историческая память стерта или фальсифицирована, то народ деградирует. Эта деградация проявляется в постепенной потере дальних родственных связей, в распаде семьи, во взаимном непонимании, в пьянстве, пассивности, лени, биологическом вырождении.
Хорошие материальные условия, комфорт, могут сглаживать процесс деградации народа, но если он пошел, то любое незначительное ухудшение внешних условий будет расцениваться как явление Погибели. При этом сразу же проявят себя боги-разрушители, стремящиеся уничтожить добрые начинания, стереть память и убить здоровую жизнь.
При этом, в обществе поселяется и кормится регулярными подношениями бог лжи и обмана Бляд. Основными его кормителями становятся пресса, активисты партий и государственная администрация, чиновники всех уровней. Делают ему подношения и рядовые граждане. Активно действуют Бляд и Морок в интернете, и вообще везде, во всех новых пространствах общения, которые недавно порождены цивилизацией, и куда еще не смог распространиться Нравственный Закон.
2. Итак, для выполнения своей задачи силы мрака должны первым делом разрушить пояса обороны. Иными словами, их цель — разрушить культуру и веру народа, которые связывают его с предками и великими богами. Поэтому мир, во всей своей красоте и кажущемся покое, каким представляет его себе человек для счастья, требует постоянного духовного напряжения. Через это напряжение человек участвует в равновесии сил белых и черных богов и склоняет равновесие в желаемую сторону. Духовно здоровому человеку это напряжение доставляет радость, а белым богам постоянную поддержку. Но достаточно людям отказаться от поддержания духовного напряжения — уйти в суету повседневности, махнув на все свои замыслы рукой, решить: «на наш век хватит», и светлый мир начнет разрушаться, начнет расти мрак.
3. Работа богов мрака также сводится к умерщвлению живого и стиранию памяти во всех формах, будь то разнообразие видов живых существ, народные обычаи, произведения искусства или техники. Боги мрака не обходятся без своих земных слуг. Убивающие и наслаждающиеся своей преступной властью злодеи, стирающие народную память мудрецы, калечащие Природу чиновники и пролетарии — все они в большей или меньшей степени слуги, черные жрецы Морока и Погибели.
Однако, при этом есть знание, забвение которого во благо людям, строения и социальные институты, разрушение которых во благо, выродки-преступники, смерть которых во благо, есть вирусы и техника, уничтожение которых во благо. Боги мрака уничтожают свои орудия. Всех своих помощников они также губят, слепо подчиняясь не понятной им силе. И невольно боги мрака вместе с черными богами — разрушителями участвуют в ежегодном обновлении жизни, и против своей воли обеспечивают ее бессмертие. Таков Закон Рода. У нашего народа есть загадка, на которую отгадку не называют: «Зло во зле горело, зло злу покорилось, зло по злу и вышло».
Почему Смерть, Морена, Кощей, являясь богами — разрушителями, соблюдают этические правила, обусловленные Нравственным Законом? Да потому, что с нарушением этих нравственных правил разрушится их божественная значимость, утратится их власть и значение в Природе. И лишь следование Закону отдаляет погибель их собственных деяний. В мире есть только один бессмертный полюс, противостоящий Нравственному Закону, понимаемый как богиня беззакония Гибель. Она есть недоступная для власти Рода точка пространства третьей реальности.
Даже среди богов тот, кто не соблюдает Нравственный Закон, кто беспринципен и придумывает правила из собственных прихотей — тот мельчает и утрачивает свое место в мире духов, обессиливает и распадается. Такова смерть богов. Такое распадающееся божество не исчезает окончательно, но продолжает осознавать себя в нави, в состоянии бессилия и ничтожества. Потому самое страшное для богов — это преступать Закон Рода. Поэтому черные боги так же этичны, как и белые. А боги мрака — вынуждены стоять на грани преступления Закона.
Божества и духи, творящие беззаконное зло, преступив Закон, лишаются права вечного бытия. Уходят в навь, где теряют волю к дальнейшему деянию. Потому время торжества подлинного и активного зла кратко, и оно само собой истребляется. Это касается не только богов и духов. Это касается и людей, и человеческих сообществ. С утратой памяти об изначальном Законе они безвозвратно покидают землю, а души их мельчают и распадаются на бессодержательные компоненты.
4. Все же прикосновение к богам — разрушителям трепетно, ибо в их руках оказывается величайшее благо и счастье — жизнь человека.
Главным богом мрака является Чернобог в своей крайней ипостаси. Идол его черен, с серебряными усами. Сам он наказан — заперт, придавлен Матерью-Землей, скалит зубы и стремится поднять ее, но не может. Он отделен от воды — своей изначальной питательной стихии.
На Збручском идоле Чернобог стоит на коленях и подпирает Землю руками. Ему в древности приносили жертвы наряду с Белбогом-Родом. Их жертвенники располагались рядом, например на двух соседних горах.
Чернобог, в своей самой страшной ипостаси беззаконного разрушителя, и беззаконные духи оказались запертыми под Землей. Чернобог закован в цепи. Чернобог грызет их и перегрызает, но в момент зимнего солнцеворота цепи восстанавливаются как новые. Земля — чистая кормящая стихия — не пропускает на Русь нечисть. Такой подвиг — запереть злое начало в подземный мир — был под силу богам лишь однажды, и мы говорили об этом, когда рассматривали мифологемы творения. Следствием этого было исчезновение жертвоприношений Чернобогу.
Подземный мир — это мир ниже того, что находится в чреве самой Земли. Чтобы выйди из него, надо пройти сквозь Землю. Это дело трудное и болезненное. Поэтому злые духи выходят и проваливаются обратно на болотах, где чистота Земли издревле нарушена. Этим духам приносили жертвы на болотах и там же отправляли их насильно обратно. Там же ставили идолов — сторожей, чтобы они не пускали на поверхность земли нечисть именем белых богов, именем Святовита. От того времени остались на болотах круглые площадки капищ. Круглая форма всегда понималась как образ Солнца.
Вместе с этим, русская традиция знает и благодатный подземный мир. Мы знаем о нем, например, из сказки ''О царствах медном, серебряном и золотом»'. Общим мотивом таких сказок является спуск младшего брата под землю. При этом старшие братья, из корыстных соображений, обрезают веревки, и лишают его возможности подняться наверх. Под землей, в медном, серебряном и золотом царствах, есть множество красивых девушек, нуждающихся в земном воплощении через замужество. На землю они вылетают колпицами, и играют как русалии. Живет под землей и Чернобог, который вылетает на поверхность Земли в образе ворона. Когда он обращается в человекоподобный образ, то владеет волшебным посохом, исполняющим волю. В его дворце есть чаши с водой, убавляющей и прибавляющей силу. Младший брат, по женскому совету, переставляет их, за счет этого побеждает Чернобога, и уводит свою мать и царевен в жены себе и братьям. Подобная легенда о подземной битве с главой сил зла детально разработана в эстонском эпосе «Калевипоэг». Быть может, после этого, Чернобог и был закован цепью. Отметим, что Кощей — царь костей (неподвижной нави), ипостась Чернобога, также обнаруживается Иваном-Царевичем закованным в цепи.
5. Скажем и о других богах и духах мрака. Каждый год в Природе время белых, светлых богов сменяется временем темных или, иначе, черных богов. Между черными богами и богами погибели нет понятных людям разграничений, подобно тому, как нет ясной границы между темнотой и мраком. На земле из черных богов главная Морена — богиня зимы и смерти. Всадник ночи — мрачный на черном коне ее посланец. Ночью злые колдуны, с призывом своих духов, собирают травы на зелья. Ночная клятва ложна.
