Вариантные формы имени существительного
Грамматическая правильность речи состоит в верном употреблении окончаний и суффиксов, у которых есть варианты. Например, кондуктор — кондукторша, зал — зала — зало. В первом примере форма женского рода употребляется лишь в разговорной речи, в книжных стилях она неуместна; из трех последних примеров только существительное мужского рода используется в современном русскою языке, формы женского и среднего рода устарели. Это свидетельствует о том, что с развитием языка меняется стилистическая оценка некоторых форм. Рассмотрим более подробно вариантные окончания различных частей речи.
Стилистические варианты появляются в формах рода некоторых существительных. Как сказать больная мозоль или больной мозоль, правая туфля или правый туфель? В литературном языке эти существительные женского рода. В русском языке есть немало существительных с неустойчивой формой рода, которые заставят нас задуматься.
Есть существительные, у которых разные формы рода сосуществуют, не различаясь стилистически: жираф — жирафа; вольер — вольера, лангуст — лангуста. От них отличаются существительные, у которых одна из параллельных форм архаизовалась: санаторий — санатория; фильм — фильма. Вышедшие из употребления варианты теперь отсутствуют в словарях или даются с пометой (устар.).
Особого внимания требуют существительные, у которых родовые варианты отличаются стилистической окраской: рельс — рельса (прост.); туфля — туфель (прост.); метаморфоза — метаморфоз (спец.); повидло — повидла (диал.). Нарушение литературной нормы может стать средством речевой характеристики героя: Зараз в один секунд кончаю, товарищ Нагульнов! Обожди, не подымай оружию (Шол.).
В некоторых случаях разные формы рода отличаются по значению, например: гарнитур (мебели, белья) — гарнитура (шрифтов), жар (в теле, в печке) — жара (зной), занавес (театральный) — занавесь (занавеска).
Особые трудности вызывает определение рода несклоняемых существительных иноязычного происхождения. К мужскому роду следует относить все несклоняемые одушевленные существительные: кенгуру, какаду, шимпанзе, однако, если контекст указывает на самку, они могут быть употреблены и как существительные женского рода: Кенгуру несла в сумке детеныша. Неодушевленные несклоняемые существительные должны быть отнесены к среднему роду: депо, кашне, кино, такси. Но следует отметить, что такое деление не охватывает всех случаев употребления заимствованных несклоняемых существительных. Есть немало слов женского рода: авеню, бери-бери, солями, колибри, иваси, кольраби, цеце. Кроме того, общему правилу не подчиняются многие существительные, которые осознаются как слова мужского рода благодаря их семантической близости к синонимам или родовым наименованиям мужского рода: арго (жаргон), антраша (прыжок), банджо (инструмент), бенгали (язык), пенальти (удар), сирокко (ветер), эмбарго (запрет).
При употреблении несклоняемых иноязычных существительных, обозначающих лиц, форма рода должна строго соответствовать полу — милая леди, утомленный кули, веселый кабальеро, юная мисс. Как двуродовые выступают слова визави, протеже, инкогнито: Мой (моя) визави оказался (оказалась) веселым спутником (веселой спутницей). Употребление личных несклоняемых существительных в форме среднего рода порождает комизм: Это бы еще ничего, — инкогнито проклятое (Г.).
У некоторых авторов изменение форм рода становится юмористическим приемом. Например, у В. Маяковского: усатый нянь, у Ильфа и Петрова: три «нимфа». Однако чаще случайное изменение рода имен существительных становится причиной неуместного комизма, например в речи диктора: Его величество (об испанском короле) посетило нашу страну в 1997 году.
Формы числа имен существительных также заслуживают стилистического комментария.
Существительные единственного числа могут употребляться в собирательном значении, и тогда они указывают на множество предметов: К нему (анчару) и птица не летит, и тигр нейдет (П.); Всякого зверя и в степях и в лесах было невероятное количество (Акс.).
Существительные единственного числа в обобщенно-собирательном значении часто встречаются в заголовках газетных и журнальных статей, в названиях рубрик: «Для чего человек учится?», «Через сердце художника», «Читатель предлагает».
Встречается и дистрибутивное употребление формы единственного числа существительных, указывающее на то, что названный предмет относится к нескольким лицам или предметам: Бунтовщики потупили голову; Повелено брить им бороду (П.). Такая замена единственным числом множественного вполне допустима. Форма множественного числа может указывать не только на множество предметов, но и на один, выделяя его, однако, особой экспрессией: Вы тут обедали, а нас по милициям водили (Мак.) — речь идет об одном отделении милиции. Подобное экспрессивное употребление множественного числа характерно и для живой разговорной речи: Чему вас только в институтах учат!; Нет у меня времени по театрам расхаживать.
Формы единственного и множественного числа в современном русском языке часто варьируются: До горизонта желтел песок пустыни. — До горизонта желтели пески пустыни. Экспрессивному употреблению множественного числа во втором примере можно противопоставить чисто информативное, не допускающее вариантов: В углу двора насыпан песок.
Множественное число отвлеченных существительных подчеркивает интенсивность действия, силу проявления признака: морозы, холода, ветры; придает им особую значимость: А зимних праздников блестящие тревоги (П.); Зима пиршествует. Нет конца ее великолепьям и щедротам (Инб.).
Отвлеченные существительные во множественном числе нередко указывают на конкретные проявления качеств, действий: Он стал перечислять красóты родной страны (Каз.). Существительные, обозначающие эмоции, настроения, ощущения, во множественном числе получают оттенок конкретности и интенсивности проявления чувства; ужасы войны, радости и печали первой любви.
Некоторые существительные в современном русском языке изменили форму числа, ср.: Позвольте вас попросить расположиться в этих креслах (Г.).
Варианты падежных окончаний существительных вызывают особые трудности при выборе правильной формы.
Развитие русского склонения представляет собой живой, активный процесс. Это приводит к появлению вариантных окончаний. От основных окончаний они отличаются тем, что встречаются лишь в небольших разрядах слов или в отдельных словах. Вариантные окончания могут иметь особые оттенки в значении падежной формы: В лесу раздавался топор дровосека (Н.) — окончание -у указывает на место действия. Но: Актер прославился исполнением главной роли в «Лесе» Островского — окончание - е указывает на объект. В иных случаях вариантные окончания могут отличаться стилистической окраской: клапаны <общеупотр.> — клапана <спец.>; в отпуске <лит.> — в отпуску <разг.>.
Наибольший стилистический интерес вызывают те вариантные формы, у которых развились разнообразные стилистические оттенки. В этом отношении ведущая роль в русском языке принадлежит именительному падежу множественного числа существительных. В этой форме наряду с традиционным окончанием -и (-ы) широко используется новое — -а (-я), и для большого количества слов оно стало уже основным: профессора, директора, тополя и др. Формами на -а (-я) богаты профессиональная речь и просторечие. Вспомним слова из песни В. Высоцкого: Мы говорим не штормы, а шторма... Ветра — не ветры — сводят нас с ума. Составители словарей обычно указывают на закрепление таких форм в профессиональной речи.
Другой «горячей точкой» склонения имен существительных является родительный падеж множественного числа, дающий простор разговорным формам. Наиболее активно конкурируют в речи окончания нулевое и -ов, реже — нулевое и -ей. Они получают разговорную окраску в парах: несколько апельсин — апельсинов, гектар — гектаров, грамм — граммов, килограмм — килограммов, мандарин — мандаринов, носок — носков, помидор — помидоров. В этих парах окончание -ов стало нормой. Литературно правильны также и вторые слова в парах: доль — долей, дядь — дядей, тёть — тётей, ясель — яслей. Некоторые варианты этого падежа архаизовались: свеч (при современном свечей) — игра не стоит свеч.
Без стилистических помет обычно даются в словарях варианты родительного падежа единственного числа существительных мужского рода: Из темного леса навстречу ему идет вдохновенный кудесник (П.): Я из лесу вышел, был сильный мороз (Н.). Стабильно сохраняют окончание -у в этой форме вещественные существительные со значением уменьшительности, употребление которых возможно лишь в разговорной речи: — Ну, тогда я вам положу медку; Нам бы бензинчику... и т. д.
Стилистического комментария требует и склонение имен собственных, допускающее в современном русском языке вариантные формы. Нерусские имена: Ирен, Мери, Пабло, Анри; многие иноязычные фамилии; Гёте, Данте, Гюго, Золя, Шоу, а также славянские: Войниченко, Короленко, Добраго, Дурново; женские фамилии на согласный: Войнич, Сенкевич — не склоняются. Однако в XIX в. говорили: встречался с Шевченком и с Шевченкой, Коваленки, к Коваленкам; произведения Жоржа Санда (склоняя женский псевдоним) и т. п. Отголоски этих колебаний влияют и на современное употребление таких существительных. В разговорной речи можно встретить, например, склоняемые формы украинских фамилий на -ко. Нередки и случаи употребления фамилий типа Маринич без изменения в применении к мужчинам (у студента Маринич), с чем, конечно, согласиться нельзя.
Значительные разночтения наблюдаются в употреблении падежных форм некоторых географических названий. Все русские слова должны склоняться, однако в последние десятилетия все чаще употребляются в начальной форме географические наименования на -о: в Одинцова, под Усово, из Голицына (ср.: Я нынешний год проживаю опять в уже классическом Пушкино — М.). Эта тенденция отражает влияние книжных стилей: вначале несклоняемые формы употреблялись географами и военными, для которых важно было дать названия в исходной, номинативной форме, чтобы не спутать слова без окончания: город Киров — Кирова, Пушкин — Пушкино. Но у русских классиков мы находим только склоняемые формы: в селе Горюхине (П.); В деревню Дюевку (Ч.); В Ястрибине завтра ярмарка (Бун.).
Стилистически оправдано употребление в начальной форме лишь нерусских малоизвестных географических наименований: Асуль, Дырях, Багио, Варгаши, Карагайлы и т.п.
Варианты склоняемых-несклоняемых имен существительных в русском языке появляются и при употреблении аббревиатур. В момент освоения их языком (когда новое слово, образованное путем сложения начальных звуков или букв сложного наименования, сохраняет еще оттенок свежести) аббревиатуры, как правило, не склоняются, Так, известное специалистам с 30-х годов слово БАМ вначале не склонялось: Транссибирская железная дорога будет соединяться с БАМ тремя линиями. Однако со временем многие аббревиатуры уподобляются обычным существительным и начинают изменяться по падежам: Погода нелетная, а меня ждут на БАМе (из газет).
Стилистический интерес представляют такие аббревиатуры, которые употребляются двояко: в разговорной речи склоняются, а в книжной используются как неизменяемые: Она работает в МИДе, Представитель МИД РФ заявил... Склоняемые варианты подобных аббревиатур имеют разговорную окраску в отличие от книжных, неизменяемых; ср.: работает в ТАССе — по заявлению ИТАР-ТАСС. Однако норма остается жесткой в отношении аббревиатур с гласными на конце: ГАИ, МИМО и тех, которые произносятся по названиям букв: СНГ, ЖКХ (жилищно-коммунальное хозяйство), РКЦ (расчетно-кассовый центр) — их склонение недопустимо.
Вариантные формы имени прилагательного
При употреблении имен прилагательных приходится выбирать варианты кратких форм. Как написать? — Аркадию Кирсанову свойственен (или свойствен) лиризм; Этот призыв своевремен (или своевременен); Этот человек невежествен (или невежественен)! Даже составители толковых словарей по-разному оценивают некоторые из этих форм — то как допустимые, то как устаревшие.
У писателей прошлого встречаются и краткие прилагательные на -нен, и формы на -енен. Однако в связи со стремлением говорящих к «экономии речевых средств» для современного языка следует считать оправданными более короткие формы: бездействен, безнравствен, беспочвен, бессмыслен, бесчувствен, величествен, воинствен, двусмыслен, единствен, естествен, злокачествен, искусствен, легкомыслен, медлен, многочислен, могуществен, мужествен, невежествен, ответствен, подведомствен, посредствен, родстдвен, свойствен, соответствен, существен, таинствен, тождествен, торжествен, явствен.
Следует учитывать стилистические особенности простых и сложных форм степеней сравнения прилагательных. Это наглядно показывает таблица.
| Форма степеней сравнения | Стиль речи | ||
| книжный | общеупотребительный | разговорный | |
| Сравнительная Превосходная | более (менее) трудный труднейший, наитруднейший наиболее (наименее) трудный | труднее самый трудный, труднее всех | потруднее |
Сложная форма сравнительной степени используется вместо простой при существительных, стоящих в косвенных падежах: занят более важной работой (нельзя сказать работой важнее, возможна лишь разговорная форма — работой поважнее), в более трудных случаях, с менее удачным результатом, от более осведомленного лица и т.п.
При употреблении форм сравнительной степени прилагательных просторечную окраску имеют сочетания: более лучший, более худший, менее предпочтительнее, а также превосходной — самый сладчайший, наиболее выгоднейший. Считаются допустимыми лишь плеонастические сочетания: самый ближайший путь, самая кратчайшая дорога, самым теснейшим образом связаны. У писателей можно встретить необычные формы для выражения высшей степени качества: человек преостроумнейший (С.-Щ.); Поедем, душа! Разведи там на могиле какую-нибудь мантифолию поцицеронистей, а уж какое спасибо получишь! (Ч.). Однако в серьезном тексте, в выступлении оратора подобные формы окажутся неуместными.
Вариантные формы имени числительного
Имя числительное встречается в речи значительно реже, чем имена существительные и прилагательные. И все же предупредим некоторые ошибки, возникающие при неумелом названий чисел.
Часто неправильно склоняют числительные. Как прочитать или написать, например, в словесном выражении такие цифры — 300 шагами дальше; с 1508 рублями? Многие напишут: триста шагами, а надо — тремястами шагами дальше. Второй пример еще сложнее, так как возможны варианты: с тысячью пятьюстами восемью рублями, с тысячей пятисот восьмью рублей, с тысяча пятьсот восьмью рублями (два последних нелитературные).
Ошибки в склонении числительных особенно часто встречаются в устной речи: Этим лицам разрешено совместительство, лишь бы общая сумма не превышала триста рублей (надо: трехсот); Самодеятельных духовых оркестров в нашей республике более полуторасот (следует: полутораста); На четырехсот шестидесяти избирательных участках все подготовлено ко встрече с избирателями (правильно: на четырехстах шестидесяти).
Наблюдается смешение основ мужского и женского рода числительного оба — обе: При выводе уравнения мы приняли, что в обоих системах отсчета размер световых часов одинаков (следует: в обеих).
В отличие от количественных числительных, требующих склонения каждого слова, порядковые числительные изменяются иначе. Сравните: расстояние в тысячу семь метров — Грамота написана в тысяча триста седьмом году. В порядковом числительном, указывающем дату, склоняется только последнее слово.
Особые трудности возникают при употреблении собирательных числительных (двое, трое, четверо и т.д.). Иногда по ошибке собирательные числительные соединяются с существительными женского рода: Четверым ученицам сделано замечание (следует: четырём ученицам).
Не единичны ошибки в падежной форме существительного в словосочетаниях, обозначающих даты, в которых числительное всегда должно управлять родительным падежом второго слова: Администрация обещает ликвидировать задолжность по зарплате к 15 декабрю (вместо: декабря); письмо датировано двадцать третьим декабрем 1943 годом (следовало: 23 декабря 1943 года).
В систему числительных вовлекаются счетные существительные, однако употребление их в речи не всегда уместно — они вносят нежелательную просторечную окраску в текст: В интернате работает только пара кранов (два... крана); Грамоту вручили старейшему педагогу Анне Федоровне Голубовой, которой исполнилось восемь десятков (которая отметила свой 80-летний юбилей).
Варианты падежных окончаний числительных возникают в результате непоследовательного отражения ими категории одушевленности. Слова два, три, четыре, употребленные с одушевленными существительными, имеют форму винительного падежа, сходную с родительным: встретил двух друзей и трех подруг, проконсультировал четырех студентов (ср.: прочитал два тома, три страницы, четыре стихотворения).
При употреблении составных числительных с одушевленными существительными литературной норме соответствует конструкция, не отражающая категорию одушевленности: зарегистрировать двадцать три депутата; разговорный характер имеет конструкция разместить в гостинице двадцать трех человек.
Вариантные формы местоимения
При употреблении местоимений не возникает особых трудностей с выбором вариантных форм. Стилистически равноправны варианты внутри их — внутри них, хотя в иных случаях добавление начального н к личным местоимениям, употребленным с предлогами, подчиняется строгим правилам.
В современном русском языке звук н добавляется к личным местоимениям, употребленным после всех простых предлогов (без, в, для, до, за, из, к, над, о, от, по, под, перед, при, про, с, у, через): без него, через нее, а также ряда наречных предлогов (возле, вокруг, впереди, мимо, напротив, около, после, посреди, сзади): после него, мимо нее.
Не добавляется начальное н при сочетании этих местоимений с наречными предлогами, требующими дательного падежа (благодаря, согласно, наперекор, вслед, навстречу, соответственно, подобно): благодаря ему, ей. Не требуют после себя вставки н и отыменные предлоги (наподобие его, со стороны его и др.).
После сравнительной степени прилагательных и наречий местоимения 3-го лица употребляются без начального н (моложе ее, лучше его, выше их).
Винительный падеж определительного местоимения сама имеет две формы: самоё (книжная форма) и саму (разговорная форма): Поддерживают саму (самую) идею переноса срока выборов; Саму хозяйку я не видел; Её самоё это не волнует. Форма самоё архаизуется.
Употребляя местоимения, следует помнить о том, что они могут внести неясность в смысл высказывания. Например: Катерина не могла ужиться с Кабанихой, она не принимала ее жизненной позиции (кто? Катерина или Кабаниха? Чьей позиции?).
Вариантные формы глагола
В системе глагольного словоизменения существует множество вариантов. В соответствии с современной нормой инфинитив глаголов с основой на с, з имеет окончание -ти: брести, плести, цвести. В XIX в. широко использовались и усеченные формы: Вот вас бы с тетушкою свесть; Не смею моего сужденья произнесть (Гр.). Мы воспринимаем их как устаревшие.
В глагольных парах видеть — видать, слышать — слыхать вторые имеют разговорную окраску: Если нынче ночью Бэла не будет здесь, то не видáть тебе коня (Л.).
Из двух вариантов свистеть — свистать второй может в контексте получать стилистическую окраску (Свистать всех наверх!) и тогда употребляется в профессиональной речи; в иных случаях эта же форма употребляется в переносном значении — «бить с силой»: так и свищет кровь (Л.Т.).
Из вариантов поднимать — подымать второй имеет разговорную окраску: Цыганы... подымали им (лошадям) ноги и хвосты, кричали, бранились (Т.). Из вариантов мучиться — мучаться (мучаюсь, мучаешься, мучается и т.д.) второй — просторечный. Противопоставлены вариантные формы приставочных глаголов с суффиксом -ну- и без него: иссохнул — иссох, исчезнул — исчез, вымокнул — вымок, возникнул — возник, стихнул — стих. Первые вышли из употребления.
Этот же процесс (выпадение суффикса -ну-) проявляется и в образовании форм причастий от соответствующих глаголов: в причастиях от глаголов с приставками, как правило, суффикс отсутствует: промерзший, оглохший, размякший.
Явлением аналогии объясняется возникновение множества вариантов личных форм глаголов в изъявительном наклонении настоящего-будущего времени у ряда глаголов типа брызгать, двигаться, капать, мурлыкать, полоскать (около 40 словоформ), образующих вариантные формы: брызжет — брызгает, движется — двигается, каплет — капает, мурлычет — мурлыкает, полощет — полоскает. В их числе следует выделить две группы глаголов.
1. Глаголы, которые закрепились в современном языке с различными оттенками значений, не получив особых стилистических отличий. Например, форма брызжет употребляется в прямом значении («быстро рассеивает мелкие частицы жидкости»): брызжут слезы (дождь, водопад, фонтан) и в переносном: брызжет смех (счастье, молодость). Вариант же брызгает используется только в узком конкретном значении («опрыскивать что-нибудь жидкостью»): брызгает водой цветы.
2.Вариантные формы глаголов настоящего-будущего времени стилистически противопоставлены (около 30 пар): нейтральны колеблет, машет, пашет, плещет, полощет, рыщет, сыплет, треплет, хнычет, щиплет; соответственно: машу, пашу, маши, паши; машущий, пашущий и т.д., а их варианты стилистически снижены — <прост.> плескаю, <разг.> махаю, пахаю, полоскаю, рыскаю, сыпешь, сыпет, трепаю, трепешь, хныкаю, хлестаю, щипаю.
Некоторые глагольные формы не выделяются столь определенно по своей стилистической окраске, но все же используются преимущественно в разговорной речи: мерять — меряю, меряешь, меряет, меряют; лазать — лазаю, лазаешь и т.д., а их варианты — в книжной: мерить — мерю, меришь, мерит, мерят; лазить — лажу, лазишь и т. д.
Ряд непродуктивных глаголов на -еть: выздороветь, опротиветь, опостылеть — в разговорной речи употребляются в форме: выздоровлю, опостылю, опротивлю, выздоровят и т. д., хотя более правильны их варианты выздоровею, опостылею, опротивею.
Немало вариантов известно в форме 1-го лица у глаголов с основой на согласные д, т, з, с, требующие чередования: лизать — лижу, колесить — колешу, насадить — насажу, прекратить — прекращу. Отступления от литературных форм, возникающие при образовании 1-го лица без чередования, носят резко сниженный характер: вылазить — <прост.> вылазию; ездить — <прост.> ездию, а также <разг.> пылесосю.
От многих глаголов нельзя образовать форму 1-го лица; победить, убедить, очутиться, чудить, чудесить, дудеть, угораздить и др. Однако это явление «недостаточного спряжения» в просторечии преодолевается, и необычные для слуха личные формы глагола иногда употребляются; ср. в шутливой песне В. Высоцкого: Чуду-Юду я и так победю.
Глаголы, имеющие в инфинитиве -чь: жечь, течь, печь (всего 16 словоформ), образуют вариантные формы 3-го лица единственного числа: наряду с литературными: жжёт, течёт, печёт — просторечные: жгёт, текёт, пекёт.
Контрастирующие по стилистической окраске варианты образуют глаголы и в повелительном наклонении. В парах слов: ляг — ляжь (ляжьте), беги — бежи (бежите), не тронь — не трожь, погоди — погодь, выйди — выдь, выложи — выложь — первые литературные, вторые просторечные. Ряд вариантов имеет помету <разг.>: выверь, выдвинь, вычисть, нянчь, порть, чисть и др. при литературных формах: вывери, выдвини, вычисти, чисти и др.
Стилистически выделяются как специальные усеченные формы повелительного наклонения возвратных глаголов в приказах (среди военных, туристов): Равняйсь! По порядку номеров рассчитайсь! Такие варианты используются лишь в устной речи.
Отдельные глаголы не имеют форм повелительного наклонения: хотеть, мочь, видеть, слышать, ехать, жаждать, гнить и др. Употреблявшиеся в XIX веке старославянские формы виждь, внемли архаизовались; просторечные варианты не моги, ехай остаются за пределами литературной нормы, форма езжай носит разговорный характер. Литературная форма поезжай, а также формы, образованные от глаголов слушать, смотреть — слушай (-те), смотри (-те).
Источником вариативности глагольного формообразования являются и видовые пары типа обусловить — обусловливать, обуславливать (свыше 20 глаголов). Некоторые из них, как и приведенные выше, стилистически равноценны и поэтому не выделяются пометами в словарях, дающих оба варианта. Однако большинство вариантов противопоставлено как устаревшие и современные: дотрагиваться — дотрагиваться, заготавливать — заготавливать, задабривать — задабривать, оспоривать — оспаривать (ср.: для Пушкина первая была еще обычной: И не оспоривай глупца).
Варьируют и некоторые глаголы с суффиксами -изирова-, -изова-: стандартизировать — стандартизовать, колонизировать — колонизовать. Соотношение их в русском языке исторически менялось, у ряда глаголов варианты с суффиксом -изирова- архаизовались и теперь используются только более короткие: локализовать, мобилизовать, материализовать, нормализовать, парализовать. У иных же варианты с суффиксом -изова- устарели: канонизовать, конкретизовать. С суффиксом -изирова- закрепились глаголы: иронизировать, симпатизировать, гипнотизировать и др.
Ряд глаголов, имеющих особенности в словообразовании, образуют синонимические пары, отличные в стилистическом отношении. Так, глаголы типа зеленеет — зеленеется (в значении «выделяться своим зеленым цветом») отличаются разговорным оттенком второго; ср.: И ель сквозь иней зеленеет, и речка подо льдом блестит (П.); Под большим шатром голубых небес вижу — даль степей зеленеется (Кольц.).
Синонимичны и пары звонить — звониться, стучать — стучаться, грозить — грозиться, но возвратные указывают на большую интенсивность действия, к тому же они имеют разговорный или просторечный оттенок.
Из вариантных форм причастий забредший — забрёвший, приобретший — приобрёвший, приплетший — приплёвший в современном литературном языке закрепились первые. Из вариантов деепричастий взяв — взявши, встретив — встретивши формы на -вши устарели.
Порядок слов в предложении
Правильность речи во многом зависит от расположения слов в предложении. Неудачный порядок слов может исказить или затемнить смысл высказывания. Например, услышав фразу: Село кормит озеро, мы выразим недоумение: разве озеро нужно кормить? Видимо, озеро кормит село (то есть жители села промышляют рыбной ловлей). Мы привыкли, что в подобных конструкциях на первом месте стоит подлежащее.
Характерное для современного русского языка расположение членов предложения закрепилось не сразу. Вспомните тяжеловесные фразы в сочинениях М.В. Ломоносова, в поэзии Г.Р. Державина. Их синтаксис еще сохранял следы влияния латинонемецких конструкций, весьма далеких от русской разговорной речи. Неудивительно, что замечательный реформатор русского литературного языка Н.М. Карамзин провозгласил принцип: «Писать, как говорим, и говорить, как пишем». Карамзин немало потрудился над разработкой порядка слов в предложении и дал образец двух конструкций, типичных для русского языка: Колокольчик зазвенел, лошади тронулись (подлежащее стоит на первом месте, то есть препозитивно, а сказуемое постпозитивно) и Светит солнце; Наступила осень; Идет дождь (препозитивно сказуемое). Обе конструкции отражают прямой порядок слов, однако их стилистическое применение различно. Предложения первого типа используются чаще в повествовании:
Мы плыли довольно медленно. Старик с трудом выдергивал из вязкой тины свой длинный шест... Наконец мы добрались до тростников, и пошла потеха. Утки шумно поднимались, «срывались» с пруда, испуганные нашим неожиданным появлением в их владениях, выстрелы дружно раздавались вслед за ними... Эти кургузые птицы кувыркались на воздухе, тяжело шлепались об воду... Легко подраненные ныряли... [Т.].
Эти конструкции живо передают движение, развитие действия, как нельзя лучше отражая динамику событий.
Предложения же с препозитивным сказуемым употребляются при описании обстановки, какого-либо предмета, пейзажа:
Был прекрасный июльский день... Весело и величаво, словно взлетая, поднимается могучее светило. Около полудня обыкновенно появляется множество круглых высоких облаков... Кое-где протянутся сверху вниз голубоватые полосы: то сеется едва заметный дождь... На всем лежит печать какой-то трогательной кротости... [Т.].
Такой порядок слов характерен для эпического, спокойного тона речи, для создания статических картин.
Обычно препозитивно сказуемое в вопросительных и восклицательных предложениях: Знаете ли вы об этом?; Какое приятное занятие эти танцы! (Остр.).
Определяя место второстепенных членов предложения, следует иметь в виду, что предложение обычно строится из словосочетаний, в которых согласуемые слова предшествуют стержневому слову, а управляемые следуют за ним.
Охарактеризуем порядок слов в словосочетаниях, которые наиболее часто используются в русских конструкциях.
I.В сочетаниях имен существительных с прилагательными последние обычно препозитивны: хороший человек, веселая прогулка. Постпозитивное прилагательное выделяется по смыслу и часто подчеркивается интонацией: Здесь вы встретите бакенбарды единственные, пропущенные с необыкновенным и изумительным искусством под галстук... Здесь вы встретите усы чудные, никаким пером, никакою кистью не изобразимые... Здесь вы встретите улыбку единственную, улыбку — верх искусства (Г.).
Если в предложении нарушается целостность словосочетания и прилагательное отделяется от существительного глаголом, то это обычно стилистически обосновано. Такое прилагательное всегда подчеркнуто, усилено. Например: Скука меня томила страшная (Т.); Ранний перепадал снежок (Шол.); Невидимый звенел жаворонок (Наг.). В таких случаях говорят об инверсии — то есть о стилистическом приеме, состоящем в намеренном изменении обычного порядка слов с целью эмоционального, смыслового выделения какой-либо части высказывания.
II. В словосочетаниях из двух существительных зависимое слово, как правило, постпозитивно: любовь матери, прогулка при луне, путь к победе. Но слово, указывающее на внешний вид, размер, цвет и другие свойства предмета, может быть и препозитивно, выступая всегда в сочетании с прилагательным: [Собакевич]... ему на этот раз показался весьма похожим на средней величины медведя (Г.).
III. В словосочетаниях со стержневым словом-прилагательным на первом месте обычно стоит наречие: очень добрый, смертельно бледный, неправдоподобно большой. Такое же положение занимает и существительное, указывающее на качественный признак прилагательного: на редкость терпеливый, в корне неправильный.
IV. В глагольных словосочетаниях с зависимой падежной формой существительного оно, как правило, на втором месте: люблю грозу, пишу карандашом, подошел к окну. Однако возможна и препозиция существительного, если оно указывает на качество или способ действия: Быстрыми шагами она шла к дому (Никол.); Потом он тем же изучающим взглядом оглядел Кочаряна и Митю (Кетл.). Если к глаголу относятся два существительных, то непосредственно после него ставятся слова со значением адресата или обстоятельства: написал для студентов пособие, взял в шкафу бумагу, открыл ключом дверь, конечную же позицию занимает словоформа, которая по смыслу теснее связана с глаголом: получил из редакции ответ, пишет друзьям письма.
В сочетаниях глаголов с наречиями порядок слов зависит от смысла высказывания: наречия постпозитивны, если на них приходится логическое ударение: Работал он артистически (Г.); Встретились приятельски (Фурм.).
Особо следует рассмотреть порядок слов в предложении при употреблении однородных членов. Интерес представляет употребление нескольких определений, занимающих в предложении одинаковые синтаксические позиции: По широкой большой бесшоссейной дороге шибкою рысью ехала высокая голубая венская коляска цугом (Л. Т.). Как видно из примера, ближе к существительным ставятся прилагательные, называющие более важный признак. Если в ряду однородных определений оказывается местоимение, оно выдвигается вперед: ...твой красивый рязанский платок (Ес.).
Добавочное замечание можно сделать о порядке слов в предложении при употреблении инфинитива. Зависимый инфинитив всегда постпозитивен: Саша... покраснела, готовая заплакать (Ч.); Я хотел бы жить и умереть в Париже, если б не было такой земли — Москва (М.). Препозитивное употребление инфинитива придает речи разговорную окраску: Куплю, куплю, только ты плакать-то перестань; У меня ведь недолго, я и на кухню горшки парить пошлю (Остр.).
Варианты грамматической связи подлежащего и сказуемого
Подлежащее и сказуемое обычно имеют одинаковые грамматические формы числа, рода, лица, например: Мчатся тучи, вьются тучи; Невидимкою луна Освещает снег летучий; Мутно небо, ночь мутна (П.).
В таких случаях можно говорить о согласовании сказуемого с подлежащим. Однако соответствие грамматических форм главных членов предложения не обязательно, возможно неполное соответствие грамматических форм главных членов: Вся жизнь моя была залогом свиданья верного с тобой (П.) — соответствие форм числа, но разные формы рода; Твой удел — нескончаемые хлопоты — несоответствие форм числа.
Грамматическая связь главных членов предложения рассматривается как координация. Эта грамматическая связь более широкая и свободная в сравнении с согласованием. В нее могут вступать разные слова, их морфологические свойства не обязательно должны соответствовать друг другу.
При координации главных членов предложения возникает проблема выбора форм числа сказуемого, когда подлежащее указывает на множество предметов, но выступает в единственном числе.
1. Существительные большинство, меньшинство, множество и подобные, несмотря на грамматическую форму единственного числа, обозначают не один предмет, а много, и поэтому сказуемое может принимать не только форму единственного числа, но и множественного. Сравним: На этом-то пруде... выводилось и держалось бесчисленное множество уток (Т.); Множество рук стучат во все окна с улицы, и кто-то ломится в дверь (Лес.). Какой же из форм отдать предпочтение?
Д.Э. Розенталь отметил: «Сейчас явно преобладают случаи согласования по смыслу в деловой речи, в публицистике, в разговорной речи»[18]. Однако можно выделить контексты, в которых предпочтительнее, а для книжных стилей и единственно правильное употребление определенной формы числа сказуемого.
Рассмотрим примеры: 1) Большинство согласилось с оратором. 2) Большинство авторов согласилось с замечаниями. 3) Большинство писателей решительно отвергали исправления редактора. 4) Большинство авторов, заключивших договоры с издательством, представили рукописи. 5) Большинство авторов, заключив договор, работают над рукописями. 6) Большинство редакторов, корректоров, авторов, рецензентов изучили эти документы. 7) Большинство редакторов получили приказ, ознакомились с его содержанием и сделали необходимые выводы. Форма единственного числа сказуемого вполне оправдана в первом и втором предложениях, замена ее формой множественного числа придаст им разговорной оттенок. В третьем предложении сказуемое указывает на активный характер действия, и форма множественного числа подчеркивает это. Небезразлично и значение подлежащего: если оно называет одушевленные предметы, координация по множественному числу предпочтительнее (ср.: Большинство учеников хорошо отвечали на уроке. Но: Большинство предметов лежало в беспорядке).
Если подлежащее отделено от сказуемого причастным, деепричастным оборотом (4 и 5 примеры), а также при перечислении однородных членов в составе подлежащего или сказуемого (6 и 7 примеры) стилистически оправдано употребление формы множественного числа сказуемого.
Смысловая сторона речи определяет и координацию форм сказуемого по множественному числу, если это сказуемое указывает на действие многих лиц (Большинство участников слета встретились впервые; Большинство присутствовавших обнимались, плакали), а также если сказуемое именное, оно может быть выражено только формой множественного числа: Большинство приехавших были ветераны; Большинство уцелевших были изможденные и больные.
2.При подлежащем, выраженном количественно-именным сочетанием, возникает та же проблема: в каком числе лучше употребить сказуемое. У Чехова находим: Какие-то три солдата стояли рядом у самого спуска и молчали; У него было два сына. Л. Толстой предпочел такие формы: В санях сидело три мужика и баба; В душе его боролись два чувства — добра и зла. Сопоставляя эти примеры, можно заметить, что и здесь активное действие (боролись) и обозначение подлежащим одушевленных предметов (три солдата) подсказали выбор формы множественного числа. Глаголы, означающие бытие, наличие, присутствие, как правило, ставятся в единственном числе в отличие от тех, которые называют активное действие. Сравним: На столе было три телефона. — Три телефона зазвонили одновременно.
Однако для таких предложений еще следует учитывать и характер числительного, употребленного в составе подлежащего. Так, числительное один подскажет единственное число сказуемого: Двадцать один человек подтвердил это.
Числительные два, три, четыре чаще других требуют употребления сказуемого во множественном числе: Три дома на вечер зовут; У сарая стояли три тройки (П.). Однако чем большее количество указывается, тем легче нам осмыслить его как одно целое, поэтому сказуемое может иметь форму единственного числа: Сто тридцать семь делегатов уже зарегистрировалось, а пять человек опаздывали. Выбор формы сказуемого в подобных случаях подчеркивает или нерасчлененный характер действия (тогда сказуемое в единственном числе), или, напротив, индивидуальное участие каждого в выполнении действия (и тогда сказуемое во множественном числе). Сравним: В крендельной работало двадцать шесть человек (М.Г.). — Тридцать два человека — гремяченский актив и беднота — дышали одним духом (Шол.). В подобных случаях в официально-деловом стиле используется единственное число, в экспрессивной речи возможны варианты.
Единственное число сказуемого не вызывает колебаний при обозначении меры веса, пространства, времени (того, что воспринимается как нерасчлененное множество): Прошло сто лет (П.); До барьера осталось пять шагов; На ремонт ушло семь банок краски.
Если количество обозначается приблизительно или уточняется словами только, лишь, всего, сказуемое ставится в единственном числе: Сидит нас человек двадцать в большой комнате с раскрытыми окнами (Л.Т.); В кружок записалось всего пять человек.
3. Колебания в форме числа сказуемого возникают и при однородных подлежащих. Если вначале перечисляются однородные подлежащие, а сказуемое следует непосредственно за ними, то оно принимает форму множественного числа: Гимназист и Саша всю дорогу плакали (Ч.). При иной последовательности членов предложения возможны варианты: Из района приехал следователь и врач (основной носитель действия — следователь); В комнате остались только хозяин, да Сергей Николаевич, да Владимир Петрович (Л.Т.).
Важно подчеркнуть, что в научном, официально-деловом стилях в таких случаях варианты недопустимы: сказуемое всегда должно стоять в форме множественного числа (Увеличиваются сила тока и напряжение — мощность тоже увеличивается). Сказуемое ставится в единственном числе, если при подлежащих есть слова каждый, всякий, любой: Каждый альпинист и каждый спортсмен знает, как опасен камнепад в горах. При градации (то есть таком расположении слов, при котором каждое последующее усиливает, расширяет значение предыдущего) грамматическая форма сказуемого «приспособляется» к ближайшему подлежащему: Вся Европа, вся Америка, весь мир смотрел эту русскую передачу. Последнее подлежащее как бы «вбирает в себя» смысл всех других, так что с ним и согласуется сказуемое.
Если однородные подлежащие связаны разделительными союзами и надо подчеркнуть, что действие совершает попеременно то одно, то другое лицо (или из нескольких возможных субъектов действие выполняет какой-то один), сказуемое употребляется в форме единственного числа: То ли чурка, то ли бочка проплывает по реке (Тв.); Московский или Петербургский университет проведет эту конференцию. Но если подлежащие разного рода или стоят в разных числах и сказуемое постпозитивно, оно принимает форму множественного числа: То ли куст, то ли кочка виднелись вдали (...то ли кочки виднелись). Ту же форму сказуемого определяет и употребление сопоставительного союза как, так и,подчеркивающего идею множественности: Как тяжелая, так и легкая промышленность наращивают темпы производства.
Если подлежащие связаны противительными союзами а, но, да, то препозитивное сказуемое координирует свои формы по первому подлежащему: Опубликована поэма, а не стихотворение. — Опубликовано стихотворение, а не поэма. — Опубликована не поэма, а стихотворение. Формы же постпозитивного сказуемого зависят от того подлежащего, с которым оно связано по смыслу: Стихотворение, а не поэма опубликовано в журнале; Не стихотворение, не поэма, а роман опубликован в журнале.
Особый интерес вызывает координация сказуемого с подлежащим, выраженным некоторыми местоимениями. Сравним несколько примеров: Кто-то из поэтов сказал...; Некто в парике, с наклеенными ресницами и яркими губами, кивнула в мою сторону; Никто из учеников, даже самые способные, не могли решить этого уравнения; Никто из девочек, да и сама Лена, не могла ничего придумать. Мы видим, что от предложения к предложению усиливается влияние контекста, который определяет координацию сказуемого. Однако предпочтение смысловому принципу придает высказыванию разговорную окраску. В книжных стилях такая координация сказуемого стилистически не оправдана: при этих местоимениях оно должно стоять в форме единственного числа мужского рода, независимо от того, что местоимения указывают на женщин, на множество людей.
Иное правило определяет форму сказуемого в придаточной части сложноподчиненного предложения, которому в главной соответствует соотносительное слово: Все, кто пришли на занятие, разобрались в этом сложном вопросе; Те, кто знали о лекции, пришли послушать. В таких предложениях форма множественного числа сказуемого, относящегося к местоимению кто, «поддерживается» соответствующими формами соотносительного слова (все, те) и сказуемого в главной части предложения (разобрались, пришли). Правда, это не исключает вариантов, и в этих предложениях можно было бы сказать: все, кто пришел... Такая координация предпочтительна в книжных стилях, но в разговорном в наше время все более закрепляется координация по смыслу.
Варианты согласования определений и приложений
Не задумывались ли вы над тем, почему говорят два черных кота, но две черные кошки, употребляя в первом случае прилагательное в родительном падеже, а во втором — в именительном? Ведь существительные и в том и в другом сочетании стоят в одинаковой форме — в родительном падеже.
Секрет в том, что в сочетаниях существительных с числительными два, три, четыре форма определения зависит от рода существительного. Для современного русского языка характерны такие сочетания:
с существительными с существительными
мужского и среднего рода: женского рода:
два новых дома две большие комнаты
три светлых окна четыре новые столовые
три вкусных пирожных три большие парикмахерские, два опытных портных
Варианты возможны в разговорной, сниженной речи.
Однако картина меняется при ином порядке слов. Прилагательное, предшествующее количественно-именному сочетанию, обычно выступает в форме именительного падежа множественного числа (независимо от формы рода существительного): последние два проекта, крайние три окна, светлые четыре комнаты. Только прилагательные добрый, полный, целый не подчиняются этому правилу: Съел целых две тарелки; Ждали добрых три часа; Принес полных два ведра.
Прилагательные, употребленные после количественно-именного сочетания, могут варьировать свои формы: Поздно вечером... подкатили к колхозному амбару два грузовика, груженные мукой (М. Лаптев) — ...Стояли четыре больших ящика, набитых японскими трофейными продуктами (Сим.). В стилистическом отношении предпочтительнее первая конструкция.
Во всех других сочетаниях существительных с числительными (за исключением числительных два, три, четыре)форма определения зависит от порядка слов: препозитивное определение употребляется в форме именительного падежа множественного числа независимо от формы рода определяемого существительного (последние пять страниц, первые десять столбцов, светящиеся восемь окон). Постпозитивные определения и стоящие в середине количественно-именного сочетания принимают форму родительного падежа множественного числа: пять последних страниц, исписанных мелким почерком; десять новых столбцов, набранных петитом.
Стилистический интерес представляют и варианты форм согласования определения, употребленного при нескольких однородных именах существительных: талантливо написанные стихотворение и поэма — опубликованный текст и комментарии. Определение в форме множественного числа подчеркивает наличие нескольких предметов, в форме же единственного числа оно возможно в тех случаях, когда и так ясно, что определение относится ко всем предметам. Таким образом, варианты возможны во втором случае.
Приложения, как правило, должны согласоваться с существительным, к которому они относятся. Однако при их употреблении иногда появляются варианты: в городе Москве, но в городе Клинцы, на реке Москве и на Москва-реке. Больше всего вариантов дают сочетания географических названий с родовым наименованием. Известно правило, по которому все русские (и шире — все славянские) наименования следует согласовать со словами: город, село, поселок, река: в городе Суздале, на реке Каменке, школа в деревне Волчихе (сочетание на Москва-реке имеет разговорную окраску). Не согласуются с родовыми наименованиями лишь географические названия, имеющие форму множественного числа: в городе Мытищи, к поселку Жаворонки, а также составные: к городу Великие Луки, в селе Красная Горка. Исключение составляют наименования, совпадающие с именами людей (из поселка Ерофеич, недалеко от села Миронушка).
Тенденцию к несклоняемости обнаруживают географические названия на -о, -е: в городе Пено, у села Молодечно. Использование их в начальной форме исключает разночтения при употреблении малоизвестных названий. Однако согласуются такие названия, как Одинцова (в городе Одинцове, под поселком Перхушковом).
Следует склонять и русские географические наименования сложного состава: в городе Петропавловске-Камчатском, храм в селе Никольском-Архангельском, выехать из города Камня-на-Оби. Остаются без изменения лишь топонимы с тесно спаянными элементами: в деревне Cnac -Клепики, из поселка Усть-Илима, в городе Соль-Вычегодске. Однако не изменяются топонимы, у которых первая часть среднего рода: из Ликино-Дулева, к Пошехонье-Володарскому, под Юрьево-Девичьим, что, однако, не исключает согласования их второй части с родовым наименованием: приехал из города Орехово-Зуева.
В специальной литературе и официально-деловом стиле многие географические наименования употребляются как несклоняемые.
Разночтения в согласовании географических наименований с родовыми понятиями касаются в особенности названий островов, озер, мысов, заливов, пустынь. Так, названия станций, портов, как правило, даются в начальной форме: подъехали к станции Тула, на станции Злынка, из польского порта Гдыня, в порту Одесса.
Традиционно используются в начальной форме, например, такие наименования: на озере Байкал, на озерах Эльтон и Баскунчак, на горе Арарат, у горы Казбек, близ мыса Челюскин, на канале Волго-Дон; не согласуются составные наименования: на реке Северный Донец, в бухте Золотой Рог, у острова Новая Земля.
Названия улиц (преимущественно в форме женского рода) следует согласовать как приложения; на улице Остоженке, с улицы Петровки, с улицей Сретенкой. Без изменения остаются названия улиц, представляющие застывшую форму родительного падежа: улица Бирюзова (из «имени Бирюзова»), а также составные наименования: Об улице Красные ворота, как и об улице Охотный ряд, помнят коренные москвичи.
Варианты управления [19]
Русский синтаксис отличается богатством и разнообразием вариантов управляемых конструкций. Например: Проехали лес — проехали через лес — проехали лесом — проехали по лесу и т. д.; работаю вечерами — работаю по вечерам; отдыхал неделю — отдыхал в течение недели; пятью минутами раньше — на пять минут раньше — за пять минут до... — за пять минут перед и т.п.
Многие из этих конструкций отличаются лишь оттенками в значении, которые мы достаточно определенно разграничиваем. Например, сочетание обеспечить кого-что чем — значит: снабдить в достаточном количестве (обеспечить альпинистов инвентарем); обеспечить кому-чему что — значит: сделать что-нибудь несомненным, верным, гарантировать что-либо (обеспечить больным хороший уход).
Разница между конструкциями просить деньги — просить денег, искать место — искать места и т.п. заключается в том, что первые варианты указывают на определенный, конкретный объект (определенную сумму денег, свое место), а вторые имеют общее значение (какую-то сумму, неопределенно, любое место). Разница между конструкциями выпить воду — выпить воды, купить книги — купить книг, принести хлеб — принести хлеба и т.п. заключается в том, что родительный падеж обозначает распространение действия не на весь объект, а лишь на некоторую часть или количество его, а винительный падеж указывает, что действие полностью переходит на предмет.
Стилистический интерес вызывают те варианты управления, которые получают стилевое закрепление (замечания студенту — замечания в адрес студента <книжн.>; говорить о друзьях — говорить про друзей <разг.>; отсутствовать из-за болезни — отсутствовать вследствие болезни <оф.-делов.>).
В русском языке ряд управляемых конструкций выражают совершенно однородные отношения: учиться в институте — учиться на курсах; был на пятом курсе — был во втором классе; работать на почте — работать в мастерской; живет в деревне — живет на хуторе и т.п. Эти синтаксические конструкции характеризуются большой устойчивостью в русском синтаксисе, и выбор нужной формы управления в таких случаях не представляет сложности.
Синонимические слова нередко требуют употребления разных падежей:
восхищаться отвагой — преклоняться перед отвагой
презирать опасность — пренебрегать опасностью
увлекаться (интересоваться) музыкой — любить (изучать) музыку
возмущаться безобразиями — злиться (сердиться) на безобразника
робеть перед необходимостью — страшиться необходимости
быть недовольным отзывом — разочароваться в отзыве
делать выговор сотруднику — упрекать сотрудника
понимать необходимость... — отдавать себе отчет в необходимости
извещать автора — сообщать автору и т. д.
При использовании их в речи иногда возникают ассоциативные ошибки, близкие словосочетания смешиваются: Автор описывает о событиях (вместо: рассказывает, повествует о событиях или: описывает события); Он этим не успокоился (этим не удовлетворился, на этом не успокоился); Уверенность в свои силы (уверенность в чем? в своих силах; вера во что? в свои силы).
При параллельном использовании вариантов беспредложного и предложного управления, совпадающих в значениях, можно рекомендовать отдавать предпочтение более определенным конструкциям с предлогами, так как в них грамматическое значение выражается более четко. Сравним: письмо матери — письмо к матери, письмо от матери.
Чтобы избежать искажения смысла высказывания, следует с особой осторожностью относиться к вариантам управления, допускающим двоякое толкование, Так, может возникнуть неясность в словосочетаниях: портрет Репина (портрет, написанный Репиным, или портрет самого художника?), директору надо посоветовать (директор сам будет кому-то советовать или должен выслушать совет другого лица?). Подобные конструкции требуют исправления:
Учителю надо было еще многое Учитель должен был еще
объяснить. многое объяснить.
Объяснение ответа брата Объяснение ответа, предложенное
представляется неубедительным. братом, неубедительно.
Приказали нам помочь в работе. Приказали, чтобы мы
помогли...
Впрочем, в речи все же встречаются такие «двузначные» конструкции, смысл которых проясняет контекст (обман жрецов, экономическая помощь Индии, критика Белинского, наконец, в песне: Пуля стрелка миновала...).
Неуместный каламбур может возникнуть и при употреблении производных предлогов, неожиданно проявивших в тексте свое первичное значение; Пожар произошел благодаря сторожу (за что его благодарить?); Прошу дать мне академический отпуск ввиду болезни (нельзя предвидеть болезнь!).
Нельзя не учитывать книжной окраски некоторых предложных конструкций, игнорировать канцелярский оттенок, привносимый в речь отыменными предлогами. Например, под влиянием официально-делового стиля в современном русском языке закрепляются конструкции с предлогами о, по: указать о необходимости, отметить о важности, останавливаться об этом, обсуждать о чем-либо, выразить согласие о том, что, иметь в виду об этом, излагать об этом (правильными будут беспредложные конструкции: отметить важность, обсуждать что-то, иметь в виду это, а также конструкции с иными предлогами: указать на необходимость, выразить согласие с чем-то и т.п.). Из парных словосочетаний: отклик по этому произведению — отклик на это произведение; рецензия по этой статье — рецензия на эту статью; показатели по этим предприятиям — показатели этих предприятий и т.п. — первые имеют канцелярскую окраску.
Нежелательно и «нанизывание» одинаковых падежных форм. Пример подобной конструкции привел некогда лингвист A.M. Пешковский: дом племянника жены кучера брата доктора. Несомненно, такое управление не может быть одобрено.
В особых случаях варианты управления отличаются экспрессивной окраской. Сравним конструкции с разными формами дополнения при глаголах с отрицанием: Он не говорит правду; Он никогда не скажет правды; Он никому не скажет правды; Он ни за что не скажет правды; Он не хочет сказать правду; Он что-то недоговаривает; Он не может не сказать правду; Правду он все равно не скажет. Дополнения в форме родительного падежа при глаголе с отрицанием усиливают, подчеркивают это отрицание. И, напротив, конструкции с дополнением в винительном падеже «приглушают» значение отрицания.
При двух или нескольких управляющих словах общее зависимое слово может употребляться лишь в том случае, если эти главные слова требуют одинакового падежа и предлога, например: читать и конспектировать книгу, выписывать и запоминать цитаты. Неправильно построены словосочетания: организовать и руководить группой (организовать — что? руководить — чем?); проявить заботу и внимание о детях-сиротах (забота — о ком? внимание — к кому?). Исправление таких предложений обычно требует использования местоимения: организовать группу и руководить ею; но иногда приходится еще добавить и другое управляющее слово: обратить внимание на детей-сирот и проявить заботу о них.
Интересно отметить особенности употребления некоторых русских предлогов. Так, предлоги в и на имеют свои антонимы: в — из, на — с. Например: поехал в Крым — вернулся из Крыма, отправился на Кавказ — приехал с Кавказа, вошел в здание — вышел из здания, пошел на вокзал — пришел с вокзала. Не всегда, правда, это положение выдерживается: поехал в Поволжье — вернулся с Поволжья, отправить во все концы страны — получить со всех концов страны.
Как сказать: по получении ответа или по получению ответа? Мы скучаем по вам или по вас? Предлог по в значении «после» управляет предложным падежом, стало быть: по получении ответа, по окончании спектакля, по изучении вопроса
