В семейном окружении, в общении, в диалоге разных поколений происходит реальное становление психики детей и одновременно существенно изменяется психическая жизнь родителей. В современном мире семья часто оказывается на перекрестье социальных и экономических проблем общества; она – главный защитник личности, убежище и фундамент, хотя сама при этом испытывает внутренние болезненные противоречия. Связи «родитель–ребенок» имеют важнейшее значение для понимания сложившейся структуры семьи, ее актуального состояния и направлений будущего развития[6].
Влияние родителей на психическое развитие ребенка пристально изучается, начиная с 20–х гг. XX в. Родительская любовь имеет врожденные биологические компоненты, но в целом родительское отношение к ребенку представляет собой культурно–исторический феномен, исторически изменчивое явление, которое находится под влиянием общественных норм и ценностей.
Эрих Фромм указывает на то, что любовь – это не вещь, а процесс, действие, акт. Можно говорить о любящем человеке, о любви человека и нельзя говорить о человеке любви, он сравнивает две противоположные формы любви: любовь по принципу бытия или плодотворную любовь, и любовь по принципу обладания или неплодотворную любовь. Если первая «предполагает проявление интереса и заботы, познание, душевный отклик, изъявление чувств, наслаждение и может быть направлена на человека, дерево, картину, идею. Она возбуждает и усиливает ощущение полноты жизни. Он также говорит о глубоком отличии зрелой любви от её незрелых форм и всесторонне исследует предмет любви[11].
Эмоциональное отношение родителя к ребенку квалифицируется как феномен родительской любви, причем в современной психологии четко разделяют эмоциональное отношение к ребенку матери и отца, выступающее как материнская или отцовская любовь.
Родительская любовь определенным образом мотивирована. У каждого родителя выделяется доминирующий мотив любви к своему ребенку, который обусловливает ее смысл: от решения личностных проблем за счет ребенка и компенсации собственных недостатков до принятия ответственности за ребенка, продолжения себя в нем и самореализации.
Смысл родительской любви, с одной стороны, коренится в типах отношений, существующих между определенными фрагментами мира (родитель, ребенок), обладающими специфическими функциями и свойствами, а с другой стороны, коренится в субъекте, который сам испытывает потребность в таких взаимоотношениях с миром. Это отношение аффективно–интеллектуальное, отношение между тем, что человек делает и определенной формой осознанной или неосознанной потребности, намеренья, цели или чувства. Как феномен, обладающий определенным смыслом, родительская любовь имеет характеристики:
Контекстуальность – родительская любовь проявляется и развивается в определенном социальном контексте, с одной стороны, влияет на эту ситуацию, с другой стороны, сама подвержена изменениям и трансформациям в ней.
Интенциональность – целевая направленность родительской любви, то есть родительская любовь имеет свое направление – на ребенка. Родительская любовь не является стабильным состоянием. На протяжении жизни родителя любовь может изменяться, преображаться, переходить из одного состояния в другое. Родительская любовь имеет свою динамику, перемены, присущие родительской любви, неизбежны, так как в процессе жизни родителя изменяются его физиологические процессы и психологические переживания.
Становление – возникновение и рост родительской любви, переход от одного состояния к другому. Это единство уже осуществленного и потенциально возможного. Формирование – оформление, совершенствование родительской любви. Это процесс ее изменения в ходе взаимодействия родителя с реальной действительностью с ребенком, появлениесоциально–психологических новообразований и стереотипов в структуре родительской любви.
Преобразование – саморазвитие родительской любви. Преображение – кардинальное преодоление сложившегося режима родительской любви в соответствии с иерархией ценностей и смысла бытия родителя; акт творчества и импровизации[9].
3. Особенности материнской и отцовской любви (Эрих Фромм. «Искусство любви»)
Известный философ Эрих Фромм. В книге “Искусство любви” утверждал, что способность любить – важнейшая черта человеческой личности и что любовь – критерий подлинности человеческого бытия, ответ на проблему человеческого существования. Любовь – не сентиментальное чувство, испытать которое может всякий человек независимо от уровня достигнутой им зрелости[12].
В своей работе Фромм выделяет пять компонентов, присущих каждому виду любви[12]. Это давание, забота, ответственность, уважение и знание. Способность любви давать предполагает достижение высокого уровня продуктивной ориентации, в которой человек преодолевает нарциссистское желание эксплуатировать других и накоплять и приобретает веру в свои собственные человеческие силы, отвагу полагаться на самого себя в достижении своих целей. То, что любовь означает заботу, наиболее очевидно в любви матери к своему ребенку. Никакое ее заверение в любви не убедит нас, если мы увидим отсутствие у нее заботы о ребенке, если она пренебрегает кормлением, не купает его, не старается полностью его обиходить, но когда мы видим ее заботу о ребенке, мы всецело верим в ее любовь. Другой аспект любви – ответственность есть ответ на выраженные или невыраженные потребности человеческого существа. Быть “ответственным” значит быть в состоянии и готовности “отвечать”. Любящий человек чувствует ответственность за своих ближних, как он чувствует ответственность за самого себя. В любви между взрослыми людьми ответственность касается, главным образом, психических потребностей другого человека. Ответственность могла бы легко вырождаться в желание превосходства и господства, если бы не было уважения в любви. Таким образом, уважение предполагает отсутствие эксплуатации. Уважать человека невозможно, не зная его.
Фромм рассматривал любовь как один из путей познания “тайны человека”, а знание – как аспект любви, являющийся инструментом этого познания, позволяющий проникнуть в самую суть.
Фромм считал любовь ядром человеческого существования. Любовь рассматривалась им как способ противодействия обезличиванию, отчуждению человека от природы и других людей, острому чувству одиночества, потере гармонии с миром. Из возможных путей преодоления одиночества – конформизма и соглашательства, труда и развлечений, плодотворной творческой активности в сотрудничестве с другими людьми и любви – психологически оправданными являются лишь два последних. Однако в рыночном обществе потребления, где человек оказывается отчужден от продуктов своего труда, активная творческая деятельность и сотрудничество оказываются невозможными. Второй путь обретения гармонии человека с природой и миром, путь любви, признается единственно возможным и универсальным.
Фромм выделяет различные виды любви: эротическую – любовь между мужчиной и женщиной; братскую, выступающую как идеал отношений между людьми, основанных на уважении, равноправии и сотрудничестве; материнскую, пронизанную заботой и ответственностью; это любовь безусловная, иррациональная, любовь к слабому, где всегда преобладает стремление отдать; любовь к себе как действенное утверждение бытия и продуктивности своего существования; ее отсутствие не позволяет человеку строить отношения любви с другими людьми, поскольку не способный любить себя не может дать любви и другому; любовь к Богу, воплощающую в себе утверждение жизни во всех формах ее проявления. Фромм считает, что способность человека любить не дана от природы. Это искусство, которым надо овладеть. Любовь формируется прижизненно, и то, какой она будет, определяется свободным выбором каждого. Общество предлагает для выбора два модуса жизнедеятельности – иметь или быть.
Первый модус – любовь как обладание характерен для общества потребления, где действует принцип «все на продажу». Любовь выступает своеобразным денежным эквивалентом обмена услугами и товарами, становится предметом купли и продажи. Происходит обмен: мужчины предлагают статус, деньги, власть; женщины – красоту, хозяйственность, плодовитость. При создании семьи акцент переносится на фазу поиска брачного партнера, тут можно видеть особый накал страстей и настоящий азарт игрока – получить больше, отдать меньше. Начинается торг, где все взвешивается и оценивается, где продавцы и покупатели пытаются обмануть, совершить выгодную сделку. «Несчастная любовь» у сторонников модуса обладания также интерпретируется в терминах куплипродажи: либо вы «переплатили», либо вам «недодали». Второй модус – любовь как бытие творческая, активная любовь, обеспечивающая условия для личностного роста обоих партнеров. Это зрелая, гармоничная форма любви. Важнейшими характеристиками существования бытийной любви, согласно Фромму, являются сохранение целостной индивидуальности партнеров и продуктивная личностная направленность. В отношениях бытийной любви каждый из партнеров сохраняет целостность и автономность личности. Парадокс ее состоит в том, что два человека являются единым целым и в то же время каждый остается самим собой[12].
Широкое признание получила точка зрения Э.Фромма на роль матери и отца в воспитании детей, на особенности материнской и отцовской любви.
Материнская любовь безусловна: ребенок любим просто за то, что он есть. Это пассивное переживание, материнской любви не нужно добиваться. Сама мать должна иметь веру в жизнь, не быть тревожной, только тогда она сможет передать ребенку ощущение безопасности. В идеальном случае материнская любовь не пытается помешать ребенку взрослеть, не пытается назначить награду за беспомощность. Отцовская любовь по большей части – это обусловленная любовь, ее нужно и, что важно, можно заслужить достижениями, выполнением обязанностей, порядком в делах, соответствием ожиданиям, дисциплиной.Родительская любовь, в отличие от братской, предполагает определенное "распределение ролей". Ребенок любит родителей иначе, чем они его. Лет до 8–10 для ребенка проблема состоит почти исключительно в том, чтобы быть любимым, а не любить самому. Лишь позже начинает появляться стремление что–то дать родителям, т.е. любить их, а не только быть любимым ими. Между родителями тоже имеется некоторое "распределение ролей". Материнской любви к ребенку чаще свойственна безусловност ь, независимость от того, как к ней относится ребенок. Отцовская же любовь обычно – обусловленна я, т.е. отличается большей требовательностью; любовь отца ребенок должен "заслужить". Сочетание безусловной материнской и обусловленной отцовской любви наиболее благоприятно для гармоничного развития ребенка. Зрелость материнской любви состоит в ее способности желать для ребенка не усиления его зависимости от матери а, напротив, отделения от матери, основанного на росте самостоятельности ребенка. Отец, согласно Э. Фромму, выполняет функцию социального контроля и является носителем требований, дисциплины, санкций. Исследования показывают, что подростки скорее согласны принимать наказания со стороны отца, а не матери. Если наказывает мать, это воспринимается как эмоциональное отвержение, проявление нелюбви и враждебности. По Фромму родитель должен контролировать в первую очередь собственное поведение; воспитывать ребенка, не подавляя его личность; стремиться понять причину поведения ребенка; передать ребенку убеждение, что мы его любим и готовы помочь. Ключевыми понятиями его модели воспитания являются уважение; близость с родителями; проявления любви[11].
Фромм подчеркивает важность воспитания в первые годы жизни, он убежден, что любовь необходима не только по отношению к ребенку, но и между другими членами семьи.
Отцу он отводит в воспитании особую роль – быть образцом мужчины, формировать у мальчиков мужское отношение к жизни, но при этом не выдвигать чрезмерных требований.
Особое внимание родителей автор обращает на необходимость физического контакта с детьми – обнять, поцеловать, похлопать по плечу; на непрерывность в передаче ребенку ощущения любви, симпатии, что требует уменьшения раздражительности по пустякам; на искреннюю готовность делиться с детьми временем, знаниями, опытом, а не «идти на жертвы» [11].
