Это поразило меня настолько, что я пошатнулась. С моих волос лилась вода, одежда промокла, но солнце приятно прогревало спину. Я взглянула на Эвана, словно на призрака. И выглядел он именно так: глаза потемнели, в них было столько вины и боли, лицо было совсем бледным и выглядел он измученно. Я скользнула по его телу, заметила что рубашка помята, а в правой, словно безвольно свисающей руке, находится то самое моё письмо…Моё сердце ухнуло и, казалось, перестало биться. Я прикрыла рот рукой и снова взглянула на него.
Где-то в глубине сознания, я поняла, что эта ситуация напоминает мне поцелуй с Эдвардом Келтасом, а вернее, его последствия.
– Эван!
– Энн!
Мы назвали наши имена одновременно. В тот момент каждый был готов высказаться, но это эхо снова остановило нас. В голове у меня прокручивались тысячи слов извинения, признаний в любви, но я попусту не могла их произнести. И тогда я сделала нечто странное, я повернулась к парню спиной и присела на траву, убрав мокрые волосы со лба. После пары минут, я боковым зрением увидела, как Эван присел возле меня, но соблюдая дистанцию.
– Как ты нашёл меня? – ели слышно спросила я.
– Муж твоей тёти сказал, что по твоим словам. Ты едешь в то место, где решилась твоя судьба. Отчего-то мя решил, что это именно оно, – голос его звучал пронизывающе. Воцарилась тишина.
– Здесь красиво, – прохрипела я. – Я понимаю, почему ты выбрал именно это место, – я огляделась вокруг и в нерешительности взглянула на Эвана. Он не сводил с меня печальных глаз.
– Ты, правда, всё видела? – его голос звучал просто убито. И я подумала над ответом. Отвернувшись, я взглянула в голубое небо и прилегла на траву, ощущая как бешено колотится сердце и как мне хочется взять его за руку, как хочется поцеловать. Но мы должны поговорить, я откладывала этот разговор в альтернативном прошлом ещё до смерти. В теле Роксаны я так и не смогла найти в себе силы признаться, но сейчас мы должны всё выяснить…
– Эван, я не видела всё, – прошептала я, – Я видела многое и…как я говорила, это меня просто поразило, – я повернулась к нему, парень тут же прилёг рядом со мной и я протянула ему руку, неуверенно, он сжал её и я почувствовала электрический разряд, оставляющей на коже тепло.
– И? – тихо, ели-ели слышно прошептал он один единственный звук. Я снова задумалась, переплетая свои пальцы с его.
– И я хочу, чтобы ты мне всё рассказал. Сам. Я знаю, ты представлял этот момент, то как ты скажешь мне это…И мне для этого не нужно читать твои мысли. Но я хочу знать это от тебя…Пожалуйста, – я ободряющее сжала его руку и придвинулась ближе, чтобы нас разделяло меньшее расстояние. Он глубоко вздохнул и прикрыл глаза.
– Начни с самого начала, – подсказала я, чтобы он не тратил сил на лишние слова, – Так, словно я не о чём не знаю…
– Мой отец был пожирателем, фанатиком своего дела, – наконец, начал он, и я почувствовала странное облегчение. Мы вот-вот должны сломать последние барьеры на пути к друг другу. – Эндорсон, Элизара и я были полукровками, но он не всегда знал о том, что мама была собирателем. Она всегда верила в его порядочность и… – он замер, а затем, открыв глаза, взглянул на меня. – Этим вы с ней схожи. – он снова отвернулся и снова прикрыл глаза, углубляясь в воспоминания словно в транс.
– Эндорсону повезло, так как он был старше, ему удалось скрыться, его нашли собиратели. Мы же росли в атмосфере ненависти. Куртис не мог простить нам нашего происхождения, поэтому он стремился воспитать в нас жестокость. Он отчаянно желал, чтобы мы пожрали столько способностей, скольких было бы более чем достаточно для восстановления нашего "доброго имени". Именно этим мы с Элизарой и занимались с самого рождения. – он вздохнул, так тяжело, что моё сердце сжалось. – Этим занимался я. В силу нашей не полной принадлежности к клану, мы не могли убивать людей, когда пожирали из способности…Но Энн, – и снова его прекрасные грустные синие глаза распахнулись и встретились с моими глазами. – Они больше не были прежними, они оставались калеками на всю жизнь, и я до сих пор жалею что не могу исправить всё то, что когда-то натворил…
Он замолчал на пару минут, а затем перевёл взгляд на небо, которое удивительным образом отражалось у него в глазах, разбавляя их тёмную синеву ярким светом.
– Однажды его доверенный искатель способностей сообщил о том, что нашёл потенциального обладателя даром. Незамедлительно начались наши сборы, близился учебный год. Мы узнали где живёт этот обладатель и поселились рядом. О тебе я знал лишь возраст и имя…Энн, – моё имя в его губах прозвучало так нежно, что я чуть не расплакалась от мысли о том, что могла, что собиралась его покинуть. – А потом, по приказу Куртиса, я должен был сблизиться с тобой…Мы знали что на тот момент ты не обладала даром. И я не должен был упустить момент, чтобы знать точно когда твоя сила будет в зените. Ждать пришлось недолго, потому что мы попали в аварию…Я и ты, вместе с… – он замешкался, глядя на мою реакцию. Но с ним я была спокойна. – Риком. В тот момент страх и отчаянье бушевали во мне. Но не только потому что я боялся потерять обладательницу даром, потому что я боялся, что именно ты исчезнешь из этого мира…И каждый день, приходя к тебе в больницу, я убеждал себя в том, что делаю это только из-за того, что стремлюсь подобраться ближе, чтобы было проще отобрать твою силу. Но это было бесполезно и вскоре я понял, что влюбился в тебя…И я пытался бороться с этим, но быть с тобой рядом и не иметь возможности обнять, ощутить твой поцелуй у себя на губах была просто убивающей. – он лихорадочно провёл рукой по волосам, а я пододвинулась чуть ближе, подложив под голову руку. Ему было так тяжело всё это мне рассказывать, но я верила каждому его слову, и с каждым словом я чувствовала, как мои чувства возрастают, как они укрепляются. Назад дороги не было. Он был моей судьбой.
– И я не выдержал. Однажды, мы встретились в кинотеатре. Я знал, что ты идёшь с Риком…знал какие места вы взяли. И на меня нашло наваждение, я никогда ещё не чувствовал такого пожара, сжигающего меня изнутри, – уголки его губ слезка дрогнули в улыбке, и он посмотрел на меня. – Ревность, это была всепоглощающая ревность. Именно поэтому в тот вечер я пригласил ту девушку, кажется, Бритни… И тот вечер изменил всё. Мы были вместе и ты ответила мне взаимностью. Но тогда я не знал, что ты вскоре раскрыла мой секрет, что Эндорсон раскрыл тебе его. Я изучал все правила пожирателей и нашёл лазейку…Чтобы спасти тебя, я должен был жениться. Конечно, тогда я не осознавал всего значения слова брак, но это был способ быть вместе. И всё было хорошо, но я совершил ошибку…Одну, кроме того, что не открылся тебе. Я рассказал Элизаре. А она, преданная Куртису, не могла не поведать ему о моих планах и моём предательстве… – он вздрогнул, вспоминая тот ужасный вечер.
– И в тот вечер, когда ты по праву принадлежала мне, а я тебе, я и потерял тебя. У Куртиса был очень полезный дар – он умел принуждать людей. Он нашёл тогда во мне слабое место и я не мог не исполнить его волю, пусть и понимал…И это было ужасно, видеть тебя…такой. На минуту я прозрел, но было поздно. Кто-то вонзил в тебя нож. Лишь после, пройдя с Роксаной, тобой по воспоминаниям, я понял, что это сделала моя сестра, – он приостановился, словно обдумывая, что сказать дальше.
– А потом появилась она…Боже! Я и подумать не мог, что в этой Снежной Королеве обитает твоя нежная душа, твоя душа, Энн! Но ты была сломлена, ты думала я убил тебя и ты хотела мстить. Теперь я понимаю то притяжение, которое ощущал к Роксане! Это же ведь была ты! Как я мог не догадаться? – было видно, как он корил себя за это. – Ты была так близка, а я упустил…И когда Роксана, ты, ушла, я чувствовал пустоту. Но именно тогда я нашёл лазейку в заговоре, запрещающем прямые перемещения во времени. Я отыскал заклинание, способное перемещать разум, оно было схоже с тем, что применяли, когда оживили Эдварда. Тогда, перед тем как закончить ритуал, я думал о том, почему лицо Роксаны, твоё лицо, сияет. Именно в тот момент ты поняла, что я любил тебя. Но не сумела остановить…И я всё изменил, – он приподнялся и придвинулся ко мне ближе. Я чуть привстала и положила голову ему на колени.
– И теперь я здесь, с тобой, всё той же Энн, которую я встретил впервые. Я избегал встреч с тобой, но тем не менее старался отвести от тебя пожирателей…Куртис вскоре отвернулся от меня из-за того, что я больше не пожирал чужих способностей, но я по сути, остался в клане. Именно тогда, со своими знаниями о будущем, о тех злодеяниях, которые затевали подлецы, я и решил, что смогу хоть как-то искупить свою вину. С большим трудом я уговорил Эндорсона дать мне шанс, и вскоре в кругах собирателей мне поверили. Мне удалось раскрыть клану глаза на Брайана. И это слегка усмирило во мне то ужасное чувство твоей потери. Я знал, что ты живёшь, что ты здорова. Но я не мог предположить, что ты потеряла, – пролепетал он, его руки замерли на моих волосах. – Я уберёг тебя от смерти, но не смог уберечь от боли. В вечер твоего выпускного бала я всё же позволил себе увидеть тебя, клянясь в том, что это будет в первый и последний раз. И ты была так прекрасна… – он упоительно вздохнул, прикрыв глаза, словно вспоминая тот момент, те ощущения. – И я был слеп, я не увидел горечи в твоих прекрасных глазах.
– Я помню, – решилась перебить я его охрипшим голосом. – Я видела сон, в котором сижу за столом на выпускной бал, а позади стоишь ты…
– Поразительно, – прошептал он, качая головой так, словно не веря в происходящее. – Я столько раз боролся с собой, убеждал себя в том, что у тебя своя жизнь, что ты счастлива без меня, что будет слишком эгоистично ворваться в твою жизнь, тем более когда ты не имеешь дара…Но вот однажды в кругах пожирателей одна хвастливая девчонка рассказала, что напала на след обладателя дара чтения мыслей. Я и подумать не мог, что это будешь ты! – его глаза подтверждающее расширились. – Я сумел выяснить местоположение девушки, узнал где она работает и хотел устроиться туда же, даже привлек сестру! И когда я увидел тебя в том магазине…это был просто шок, ты не представляешь, как мне хотелось обнять тебя, притянуть к себе и больше никогда не отпускать! Но в твоих глаза не было узнавания, хотя, теперь мне кажется, что где-то внутри оно всё же скользнуло…Отойдя от шока, я понял, что это ты та самая обладательница. Я уговаривал себя покинуть город, но в итоге, я снова наврал себе. Я остался для того, чтобы защитить тебя. И это было отчасти правдой. Но я снова хотел быть рядом! И в тот вечер в клубе…я снова увидел тебя и когда осознал, что ты знакома с Эндорсоном и Грейс, то понял что во мне просто нет необходимости. Как оказалось, они понятия не имели о твоём даре, брат назвал лишь личные причины. Теперь я их понимаю. Я сообщил ему о твоей способности и он дал слово защищать тебя. И я должен был уйти прочь, оставить тебя, потому что рядом со мной и с тобой постоянно случаются несчастья….Я словно твоё лично несчастье, – он горько улыбнулся.
– Но ты не ушёл, – прошептала я.
– Да, я остался, не в силах больше жить в мире без тебя…Ты мне не принадлежала и я пытался тебя оттолкнуть, но безуспешно. Я пытался заверить себя, что ошибался, видя в твоих глазах привязанность…Но время показало, что…
– Что я в самом деле люблю тебя, – помогла я ему закончить фразу. Его глаза засияли, а потом снова потухли.
– Я старался не вмешиваться в твою жизнь, не совершать ошибок. Энн, я понимаю что ты сметена тем, что я натворил…Я сам проклинаю себя за все те действия! Ты была рядом, стоило только взглянуть получше и поверить своим чувствам! Но я так привык думать, что тебя нет, что просто не мог поверить в то, что ты могла быть совсем рядом! И я, ослеплённый чувствами, изменил прошлое…И теперь ты всё знаешь. Я хочу сказать тебе только одно…Прогонишь ли ты меня или нет, знай, что всё, что я делал, было лишь из любви к тебе, я никогда не желал тебе ничего плохого. Энн, я люблю тебя больше жизни, больше всего вместе взятого в этом мире.
Неожиданно, слова Эвана слились в моей голове ещё с другими словами, которые говорила одна давно умершая мудрая женщина.
"Прощай, дитя… – говорила мне Анна, возлюбленная Эдварда, исчезая. Новый дар помог мне чётко вспомнить её слова, – Многое ждёт тебя впереди, но помни одно – многие поступки дорогих нам людей, которые покажутся тебе неправильными и даже злыми, чаще всего делались нам во благо, ибо эти люди любят нас. Запомни это."
Она каким-то образом знала о том, что сделал Эван, или же просто чувствовала…От этого по моей спине пробежали мурашки, но она говорила верно. И теперь я это понимала как никогда, особенно после объяснений Эвана.
– Ты… – прохрипела я. – Эван, ты необыкновенный глупец, – вздохнула я, а он непонимающе взглянул на меня. – Я верила в возможность оставить тебя не более секунды, как ты мог поверить в это, зная как я люблю тебя? – нахмурилась я, а потом искренне и с любовью улыбнулась. – Тем более сейчас, когда ты знаешь, что я всегда буду любить тебя, сколько бы раз меня не убивали и сколько бы раз ты не менял прошлого. Моя любовь это навсегда. Я люблю тебя, – прошептала я, поднимаясь. А он всё не мог оторвать от моего лица своих чудесных глаз, которые загорались синим пламенем с каждой секундой. И внутри меня разгорался тот же пожар счастья, который точно никогда не угаснет пока я рядом с ним.
– Поверить не могу, – он обхватил потеплевшими ладонями моё лицо. – Ты… – он больше ничего не говорил. Его губы едва коснулись моих, совсем робко, словно это был наш самый первый поцелуй. Оказавшись в его объятьях, я тут же почувствовала, что горю, не смотря на мокрые одежду и волосы.
– Эван, – я на секунду оторвалась от него.
– Да? – на его губах была полуулыбка, которая просто сводила с ума. Неужели моё сердце теперь всегда будет замирать, при виде его прекрасного лица, такого родного и потрясающего лица? Неужели я всегда буду чувствовать огонь на коже от его прикосновений? Сердце ёкнуло. Я хотела, чтобы всегда было так.
– Я хочу увидеть кое-что, – прошептала я, – Хочу увидеть одно твоё воспоминание. Перед тем, как мы расстанемся со своими способностями, – при этой моей фразе его лицо озарила широкая улыбка и мне пришлось приложить палец к его губам. – Да, я согласна. И…
– Что ты хочешь увидеть? – прошептал он, поцеловав мой указательный палец. Я нервно хохотнула.
– Покажи мне наш первый поцелуй, самый настоящий первый поцелуй нашего первого знакомства, – это прозвучало более чем странно. Именно в этот момент я поняла, что даже если мы с Эваном откажемся от своих способностей, мы никогда не станем нормальными. И это было просто потрясающе. Конечно, мой дар стал частью меня, но ради Эвана я была согласна отказаться от него, ради нашего общего будущего.
– Конечно, любимая, – он взял меня за обе руки, мы сидели друг перед другом на коленях на зелёной трава возле озера, которое сияло в солнечных лучах. Он коснулся губами моего лба. И неожиданно мы оба оказались в гостиной Алисии.
Эван раздосадованный сидел у меня на диване, а я ошарашенная и нервная стояла в паре шагов от него. Эван с ностальгией во взгляде смотрел на происходящее и крепко сжимал мою руку.
– Это воспоминания, Эван, – прошептала я. – Она – это я. Помни это, – он кивнул и обнял меня за плечи и мы вместе стали следить за развитием событий.
– Энни, – мучительно растянул он моё имя, протягивая ко мне руки.
– Нет! – заорала я, Эваны вздрогнули и я в том числе. – Я не могу причинить тебе боль!
– Сейчас я себя контролирую, иди ко мне, – мягко и теперь без боли в голосе, сказал он. Я не понимала причин своего неуравновешенного поведения и пообещала себе спросить обо всём у Эвана, разумеется, после того как до смерти зацелую его и тысячу раз попрошу прощение за своё глупое поведение.
Растрёпанная черноволосая девушка нерешительно стала приближаться. Эван продвинулся к краю дивана. Она быстро села к нему на колени, он положил свою руку ей на затылок и стал наклонять голову так, чтобы опустить её на плечо. Но девушке, мне, этого явно было мало, поэтому она правой рукой медленно убрала его руку со своей головы и положила её на талию. Левую руку она обвила вокруг его шеи, правой прикоснулась к его лицу. Так они и устроились, крепко обнявшись. Они выглядели…обескураженными этой близостью. Смотря, как они пожирают друг друга глазами. Я тихо рассеялась. Мой настоящий Эван вздёрнул чёрные брови вверх:
– Что? – прошептал он, мол я нарушаю романтичность момента.
– Я подумала о том, жаль, что я тогда не знала каков ты в… – я прикусила губу, а Эван заинтересованно взглянул на меня, почти требовательно. – В близости. Мне в этом плане повезло больше, ведь так?
– Так, – улыбнулся Эван и крепко обнял меня за талию. Я буквально начала таять в его объятьях и лишь краем глаза заметила как парочка на диване слилась в поцелуе. Я с трудом оторвала взгляд от любимого и перевела его на наше альтернативное прошлое, которое явно увлеклось поцелуем. Они прижались к друг другу ещё теснее и девушка прилегла на диван. Но вдруг Эван поскользнулся на пролитом на полу чае и рухнул вниз. Мы с моим любимым обменялись улыбками и продолжили следить за происходящим.
– Эван! – закричала Энн, – Что с тобой? – девушка была явно напугана.
– Я просто поскользнулся! – хохоча, ответил парень.
– Ты меня так напугал! С тобой всё в порядке?
– Да, только вот моя дорогая, в следующий раз, ставь чашку чая аккуратно, иначе такими темпами я что-нибудь себе сломаю! – всё смеялся он, когда уже встал.
– Обязательно… – прошептала девушка и потянулась за продолжением поцелуя. В этот момент сеанс путешествия в прошлое закончился. Мы с Эваном снова очнулись в том же положении, стоя друг перед другом на коленях.
– Это было так… – я задумалась над тем, что чувствую. Во всем теле была такая лёгкость, я словно парила.
– Как? – улыбнулся Эван, отбрасывая назад мои всё ещё мокрые после купания волосы. Моя майка была насквозь мокрая, как и джинсы. Но я особо не обращала на это внимания. Эван пробежался пальцами по моей ключице и я задрожала всем телом.
– Странно, – прошептала я, стараясь собраться с мыслями. – Почему они так странно вели себя? Что было до этого? – глаза Эвана на секунду потемнели после моего вопроса.
– Это всё…проклятье Анны. Каждый из кланов встретит любимую, которая будет причинять ему боль. Каждое прикосновение к тебе тогда причиняло мне боль… – он внимательно следил за моей реакцией. А я была просто в шоке.
– И сейчас? – ахнула я.
– Нет, как только мы поженились всё прошло. Я доказал свою любовь. И это не изменилось даже не смотря на то, что я изменил время. Проклятье, как и любовь, не знает понятие время. – после этого пояснения Эвана, я почувствовала облегчение.
– Ну раз так, – улыбнулась я, в горле застрял ком из-за его близости. Я всё ещё чувствовала какую-то преграду после случившегося. – Так, быть может, продолжим? – я лукаво улыбнулась, разглаживая рубашку парня по мускулистой груди.
– Но прежде, – он закусил губу и его глаза странно заблестели. – Мы посетили воспоминание, которое хотела увидеть ты, так?
– Именно, – кивнула я, расстегнув первую пуговицу на рубашке Эвана. – И?
– Давай, на последок, посетим то воспоминание, которое хочу увидеть я… – и снова этот затаившийся блеск в его глазах. Он был настолько манящим, что я незамедлительно согласилась.
– Хорошо, – кивнула я. – Но прежде я хотела бы спросить…Как мы сможем избавиться от своих способностей?
– Мы поместим их в предметы, как моя мама когда-то, – прошептал он. Поместим в предметы…Это вызывало надежду на то, что я почувствую большой утраты, если этот предмет будет находиться где-то неподалёку. Но я не собиралась жульничать, я правда хотела прожить остаток жизни спокойно, без сверхъестественных способностей.
– Куда же ты меня заведёшь? – улыбнулась я, пора было начинать последнее путешествие.
Я чувствовала рядом с ним душевный подъём. Это было самое настоящее счастье. И почему ещё 24 часа назад я по своей глупости стремилась сбежать от него? Наверное, в этом суть людей – бежать от того, что делает их счастливыми. Кому-то нравится ощущение вечной погони за этим счастьем….Я же мечтала догнать его всю жизнь. И это мне удалось, это синеглазое счастье по имени Эван сейчас стояло передо мной на коленях. И, казалось, наши сердца бьются одинаково, дышим мы одновременно…
Он снова взял меня за руки, и я прикрыла глаза. Внутри что-то сжалось от того, что происходящее было моим последним путешествием по воспоминаниям. В них была своя прелесть…можно было прокручивать самые дорогие моменты, словно фильм. Хотя, ценность провождения времени с близкими как раз и состоит в том, что это время можно забыть, что оно имеет свойство заканчиваться, именно поэтому эти воспоминания настолько ценны. Эван прижался ко мне совсем тесно так, что наши корпуса соприкасались. Я была заинтригована. Куда же приведёт нас это последнее путешествие?
Этот момент я, казалось, уже видела. Но я не стала об этом размышлять, я лишь смотрела на тех двоих, что открылись моему взору. Девушка Энн сидела на кровати и вдруг в окно влез Эван. Я скептически взглянула на парня, стоящего рядом со мной, но его лицо было задумчивым, он словно ждал чего-то, крепко сжав мою руку.
Энн быстро зажгла ночник, и в комнате воцарил полусвет. Я улыбнулась, когда увидела, что в зубах у лезущего в окно Эвана находится белая роза, выглядел он просто потрясающе: рубашка наполовину расстегнута, чуть более короткие волосы чем у оригинала стоящего рядом со мной, развивали порывы ветра.
– Ох, милый, ты, наверное, замёрз, – побеспокоилась девушка. Парень закрыл за собой окно и стал медленно двигаться навстречу к ней.
– Немного, – отозвался он, присев перед девушкой, сидящей на кровати,
– Так лучше? – руки Энн легли Эвану на плечи. А по моему сердцу разливалось тепло, когда я наблюдала за этой потрясающей картиной. Я посмотрела на любимого, он ещё по-прежнему сосредоточенно наблюдал за происходящем, складывалось такое впечатление, что он считал про себя. Но я не стала отвлекать его от этого занятия.
– Да, продолжай, – сказа парень, а она поцеловала его в лоб, вкладывая всю нежность в это прикосновение.
– А так? – с улыбкой спросила девушка, а затем с ещё более широкой улыбкой выслушала невнятный ответ.
– Подожди, – Эван встряхнул головой, как будто бы что-то вспоминая, – Ты меня отвлекла.
– Прости, – виновато сказала Энн. Глаза Эвана тут же переменились. И теперь, я, кажется, поняла, что это было за воспоминание. Моё сердце ухнуло и замерло, наблюдая за этим зрелищем…
– Энн, – его голос сорвался. – Энн, – своим бархатистым голосом начал он снова, – Только не перебивай! – сразу предупредил он, улыбаясь, но улыбка вышла какая-то нервная.
– Я слушаю, – сказала девушка, подтолкнув его. Эван на секунду закрыл глаза. И в эту самую секунду, мой настоящий и любимый Эван быстро повернулся ко мне, не отпуская руки, и встал передо мной на одно колено. У меня всё внутри замерло. И тогда они, оба Эвана заговорили вслух…Альтернативное прошлое и счастливейшее настоящее слилось в потрясающий коктейль. Конечно, я не могла видеть, каким одинаковым счастьем сияют наши лица с той девушкой Энн. Я утопала в словах, у которых было эхо прошлого…Это был самый счастливый момент в моей жизни.
– Энн, ты самое прекрасное, что есть где бы то не было. Я помню нашу первую встречу, я сразу тогда понял, что ты есть она – моя единственная, это говорили твои прекрасные зелёные глаза, похожие на россыпь сверкающих изумрудов! Милая, ты осветила мою жизнь своей улыбкой, подарила мне веру в себя и надежду на лучшее будущие без тьмы. Ты самое дорогое, что у меня, было, есть и будет, ты такая одна. Ты должна знать, что я готов на всё ради тебя. Я готов быть возле тебя всю жизнь, в любом качестве, каком бы ты не пожелала. Ты понимаешь, насколько сильно я тебя люблю, я без тебя не могу и не буду. Анна Сотнер, любимая, пусть, это покажется тебе глупой шуткой или сумасшествием, но я должен тебе это сказать. Анна Сотнер, – сказал альтернативный Эван и вытащил что-то из кармана. Мой же любимый, повторив все это до единого слова, задал тот же вопрос, что и другой парень, – Ты выйдешь за меня замуж? – уверенно, но не без дрожи в голосе спросил Эван.
И в этот самый момент нас выбросило из воспоминания. Внутри меня всё вдруг взорвалось, это было самое настоящее счастье, я ещё никогда подобного не испытывала. В глазах заблестели слёзы, всё вокруг заискрилось. Нас вытолкнуло из воспоминаний о прошлом, но и в настоящем Эван тут же сел на одно колено и выжидающе взглянул мне в глаза. А его глаза…Боже, они так сияли, я не могла оторваться от их сияния, во рту пересохло. Я никак не ожидала, что это путешествие закончиться предложением…Но мне хотелось прыгают от счастья как маленькой девочке.
Я глубоко вздохнула и попыталась собраться, на губах засияла широчайшая улыбка, пара слезинок всё же упрямо скатилось по щеке, словно омывая дорожку к предстоящему ещё большему счастью.
– Эван, – мой голос тоже сорвался, но прикосновение его руки помогло мне. Он тут же привстал и мы встали к друг другу совсем близко. Его дыхание ласкало мою кожу, его взгляд воспламенял меня…Мне нужно было сказать всего одно слово, которое отделяло меня от него, от нашего полного воссоединения, – Да, я согласна выйти за тебя заму… – последнее слово утонуло в глубочайшем поцелуе. Мы тут же упали на траву, и я, неожиданно, расхохоталась от переполняющего меня счастья…
– Боже! Как же я тебя люблю! – прошептала я, нависая над парнем, в его чёрных волосах запутались мелкие травинки, что придавало его виду романтизм. Я пробежалась пальцами по его щеке.
– Я тебя люблю, – его губы оставили на моей ладони горячий след. – И так будет всегда, не смотря ни на что, – он приподнялся, и его рука легла мне на затылок, притягивая к себе. Я утонула в его гипнотическом взгляде.
– Не смотря ни на что, – прошептала я. – Навсегда.
Он притянул меня ещё ближе, его губы слились с моими, наши тела слились воедино в тот момент, чтобы больше никогда не расставаться. Именно ради этого мы позже расстались со своими сверхъестественными способностями. Потому что любовь важнее всего. Важнее прошлого, настоящего и будущего. Важнее ссор и упрёков. Важнее испытаний и проверок.
Любовь это то настоящее постоянное, которое человек приобретя однажды, уже никогда не потеряет. Я всегда в это верила. Судьба…она может преподнести различные испытания, разъединить, стереть из памяти и довести до разлуки, но если чувство настоящее, ему никогда ничто не помешает, как ни что не помешало нашему воссоединению, моему, Энн Сотнер (а позднее миссис Митчелл) и Эвану Митчеллу.
На этом и заканчивается дневник, раскрывающий все секреты хитросплетения нашей с Эваном истории, который вело само прошлое, так многократно влияющее на настоящее и будущее. Как бы оно не старалось нас разъединить, мы всё равно остались и останемся вместе, потому что для нас существует лишь настоящее, в котором мы безгранично счастливы…
Вместо эпилога
Пятнадцатилетняя Карин Митчелл отрыла небольшую потрёпанную временем коробку, в которой лежала такая же потрёпанная тетрадь с темно-бордовой обложкой. Нахмурившись, девушка аккуратно взяла в руки находку. В этот момент из неё выпало непочатое письмо, на котором не было данных адресата.
Девушка аккуратно, не без угрызения совести, распечатала письмо и прочла:
"Любимая Энн!
Хочу сказать тебе о том прежде начну писать это письмо, что его ты никогда не прочтёшь, не смотря на то, что ждёт нас в будущем. Я пишу его тебе, хоть ты меня совсем не знаешь, зато я знаю и помню тебя, помню то, что не помнит не кто, испытываю то, что не испытывал ещё никто!
Когда-то мы с тобой были вместе. Нет, ты меня не знаешь, но это ничего не меняет, потому что я люблю тебя…люблю уже вторую жизнь, которую я начал заново, но без тебя. И я рад, что ты этого никогда не прочтёшь, потому что ты не поймёшь того, что я сделал. И я не хочу говорить об этом…
Хочу лишь сказать: будь это необходимым, я сделал бы это снова тысячу раз, не смотря на все запреты…Потому что ты навсегда останешься моей единственной! Ты то, что всё ещё заставляет меня жить в этом мире, по настоящему жить помогают мысли о тебе, что где-то ты есть, что ты жива и здорова, счастлива…не важно с кем, со своим любимым или со счастливой Алисией. Главное, что ты есть. И я готов терпеть, держаться от тебя подальше, помнить все, что было взамен на твоё счастливой забвение.
Я люблю тебя, милая Энн.
Знай, что я всегда хочу быть только с тобой.
Эван."
В ней перемешалось множество эмоций, от негодования до шока. Это письмо явно написал отец для матери. Но что за бред в нём написан? Как она могла его не знать, но вместе с тем он её любил и они когда-то были вместе? Неужели у неё была амнезия?
Девушка нахмурила тёмные брови ещё больше и медленно раскрыла тетрадь. Надпись на обратной стороне обложки гласила: "Дневник прошлого Энн Сотнер". Это уже начало злить девушку, она быстро перелистала тетрадь, не читая. Она была полностью исписана кривоватым подчерком её матери. Конечно, ей хотелось спросить у родителей об этих находках. Но может ей просто взять и перечитать этот дневник? Внутри что-то запротестовало, но Карин убедила себя в том, что ничего страшного в этом нет. Поэтому, прижав тетрадь теснее к груди, девушка, встряхнув густыми иссиня-чёрными волосами, состриженными в каре, поднялась с колен.
– Карин! Ну, ты здесь уже с утра торчишь! Ты идёшь? – девушка вздрогнула, не заметив, что в дверях чердака стоит её младший брат Тим. Она натянуто улыбнулась зеленоглазому сорванцу. – Дядя Эндорсон и тётя Грейс уже давно пришли и ждут тебя!
– Эндорсон и Грейс… – пролепетала девушка.
– Да-да, именно они, – десятилетний мальчик упёр руки в бока и нахмурился. – Опять ты вся в мечтах!
– Ох, Тим, вот будет тебе пятнадцать, – пробормотала девушка и с загадочной улыбкой покинула чердак, держа в руках толстую тетрадь, которая обещала поведать ей много тайн о её собственных родителях, которые мирно принимали родственников у себя в гостиной и пили чай.
– Она вела дневник, – не веря, лепетала девушка, заходя в свою комнату. – Только мама могла бросить столь важную вещь на чердаке, – пролепетала Карин, садясь перед зеркалом, в руке она держала маленький медальон в форме сердца, найденный ранее, который, как оказалось в последствии, скрывает куда больше, чем старую свадебную фотографию её родителей….
Конец.
Благодарности.
Что ж, честно сказать, мне даже не верится в то, что на этом история Энн и Эвана закончилась. Нет, разумеется, они продолжают жить, только вот уже самостоятельно, в ваших головах, сердцах и душах, мои дорогие читатели. Для каждого из вас их жизнь будет особенной, со своей историей и своими событиями. Я лишь привела вас к этому, к логическому счастливому завершению не смотря на все трудности и невзгоды, которые стояли на пути наших героев.
Конечно, мне хотелось бы раскрыть все загадки трёх кланов, углубиться в историю различных способностей и второстепенных героев…Но это ведь история простой девушки Энн Сотнер, волей случая оказавшейся втянутой в мир сверхъестественных способностей.
Спасибо всем тем, кто прошел со мной этот путь из трёх книг до конца. Спасибо тем, кто сейчас читает это обращение, я знаю, без вас бы эта история не приобрела бы масштаба трёх романов. Я надеюсь, что вам понравилось существовать на страницах "Дневников" вместе с Энн, а во второй книге и с Эваном. Я надеюсь, вы счастливы за них настолько же, насколько счастлива я.
Отдельное огромнейшее спасибо трём девушкам: Яночке Кожуховской за неизменный веселейший характер и бесконечное количество идей по поводу вариаций сюжета, а так же Полиночке Кулёминой, которая создала для меня настоящую опору – официальную группу в контакте. И Катюшке Колупаевой, в настоящий момент являющейся админом этой официальной группы. Спасибо девочкам, создавшим так же ещё две группы в контакте, мне безумно приятно, что вы обо мне знаете и цените мой творческий труд.
Начиная историю Энн, я и не думала о том, что она приобретёт своих, не побоюсь этого слова, поклонников. Я рада, что вы на протяжении двух лет написания этих трёх романов были со мной.
Так же спасибо всем интернет-источникам, размещавшим моё творчество, пусть и не всегда с моего согласия, вы всё же, помогли донести эту историю до большего количества людей, нежели я могла мечтать.
Хочу пожелать вам всем огромнейшей удачи от себя и от имени Энн! Будьте счастливы и верьте в настоящую любовь, ведь именно вера в светлое будущее и помогает нам пережить невзгоды настоящего.
С любовью, Кира Фэй.
Р.S.: Книга дописана 25 декабря 2010 года, поэтому поздравляю всех с Наступающим Новым Годом! Желаю вам того, что вы сами себе пожелаете, ведь ваши желания это именно то, что вам нужно. Будьте счастливы, мои дорогие!
Лю вас, К.
