Сама по себе вера ничего не решает, главное – какова личность, эту веру выбирающая. В одних несомненная религиозность сочетается с выраженным духовным поиском, в других – с полным его отсутствием. Человеку, склонному расширять свои горизонты и брать на себя ответственность, вера помогает найти опору для этого; человеку, склонному искать простые ответы и скидывать с себя ответственность, помогает тоже. Есть некоторые данные психологических исследований, говорящие о том, что верующим людям легче обрести смысл, счастье и нравственные устои, чем неверующим*, но другие данные уточняют, что такой же эффект дает и образованность, так что развивать религиозное образование и воспитание в ущерб светскому – что менять шило на мыло.
Больше ста лет назад выдающийся американский философ и психолог Уильям Джеймс (William James) отметил: смысл веры в том, что она может изменять наше поведение независимо от того, обоснованна она или нет. То, что нам дает любая вера (не только религиозная), – это отнюдь не истина, хотя в некотором смысле это больше, чем истина. Это возможность жить и действовать в отсутствие точного знания, сохраняя внутреннюю опору и устойчивость – важнейшее достояние любого взрослого человека. Религия не единственный источник такой внутренней устойчивости, хотя наиболее популярный и популяризированный. Но искать ли такую опору, и если да, то где – это каждый решает для себя. Определение по отношению к вопросам веры, выбор религии или отказ от нее – один из главных выборов в жизни человека. Причем выбор индивидуальный и глубоко личный, крайне интимный. Если же вера перестает быть личным делом и начинает становиться чем-то вроде императива, адресуемого другим, она из веры превращается в идеологию, а это мы уже проходили. От газеты «Правда» – к телеканалу «Истина»…
Ключ же к ответу на главный вопрос обнаруживается в психологии личности, а не в психологии масс. «Один человек спросил господина К., есть ли Бог. Господин К. сказал: «Советую тебе подумать, изменится ли твое поведение в зависимости от ответа на этот вопрос. Если оно останется таким же, то мы можем этот вопрос больше себе не задавать. Если же оно изменится, то я смогу помочь тебе хотя бы тем, что скажу: ты уже решил – Бог тебе нужен»** Б. Брехт «Истории господина Койнера», Текст, 2007.
Доверие в социологии и психологии — открытые, положительные взаимоотношения между людьми, содержащие уверенность в порядочности и доброжелательности другого человека, с которым доверяющий находится в тех или иных отношениях. Доверие может иметь финансовый или личный характер. Финансовое доверие может выражаться в одалживании средств или возложении полномочий по управлению имуществом. Признаком личного доверия служит откровенность, готовность делиться интимной, секретной информацией.
Интересный труд по данной тематике представил Фрэнсис Фукуяма. В его книге «Доверие: социальные добродетели и путь к процветанию» взяты отдельные экономические, политические и социальные модели реальных стран, с разным уровнем доверия (Россия, США, Англия, Франция, Германия, Япония, КНР, КНДР и пр.). Автор рассматривает различные модели управления, введенные в этих странах, «линию» правительства, роль внутрисемейных отношений и воспитания, открытых религиозных организаций и закрытых сект и пр. Все аспекты сплетаются в единую систему, основанную на цифрах и логике, при помощи этой системы автор с легкостью показывает важность доверия в пост -индустриальную эпоху.
Доверие считается основой всех социальных институтов. В таком качестве исследовалось в этнометодологии.[1]
Фактически в политологических и этнометодологических рассуждениях доверие выступает в двух ролях. Во-первых, как вера в уверенность в порядочность, доброжелательность другого человека или, в критических ситуациях как вера обоих агентов принадлежность к одному и тому же сообществу (нации), требующая от них той или иной степени солидарности. Во-вторых, доверие понимается как готовность следовать правилам игры (институтам) (культура города J ОВ), принятым в обществе, например, отдавать долги, выполнять должностные обязанности, следовать принятым обычаям. Эти две роли связаны между собой, но не пропорциональны друг другу. Уровни требований к выполнению правил в разных обществах существенно отличаются друг от друга. Согласно [2] по устойчивости институтов общества делятся на теплые и холодные. Холодные общества — это те общества, где люди договорились о правилах игры (неважно, как они называются — законы, обычаи, традиции, сакральные заповеди и т. д.) и более не нуждаются в налаживании личных отношений для разрешения стандартных ситуаций (наиболее близки к этой дефиниции западные страны и страны Юго-Восточной Азии). В таких обществах основное разнообразие институтов сосредоточено на верхних уровнях их иерархии и предназначено для разрешения сложных ситуаций. Теплые общества — это те, где люди, наоборот, не сумели договориться об общих правилах, и вынуждены компенсировать их отсутствие (иначе говоря, одновременное существование различных правил) личными взаимоотношениями (в том числе коррупционного характера) или временными драконовскими правилами и виртуальной мистической связью каждого с вождем. Отсутствие действенного права вынуждает перманентно обращаться к его первоисточникам, в том числе представлениям о справедливости, поэтому справедливость, часто понимаемая как всеобщее равенство доходов и даже равное бесправие, занимает высокое место в шкале ценностей. И в то же время отсутствие регулятора справедливости (права, обычая и т. д.) очень часто ведет к большей несправедливости и большему имущественному расслоению, чем в холодных обществах. В настоящее время можно даже указать формальный экономический критерий выделения теплых обществ — значение коэффициента Джини ≥ 0,4-0,5. Нетрудно заметить, что к теплым культурам прежде всего относится Россия и ее западные соседи, а также Латинская Америка. Также на доверии основано социальное влияние. [3]
Литература
1. Доверие // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.) — СПб., 1890—1907.
2. Jack R. Gibb (1978), Trust: A New View of Personal and Organizational Development, Guild of Tutors Press.
Ссылки
1↑ Гарфинкель Г. Концепция и экспериментальные исследования «доверия» как условия стабильных согласованных действий / Пер. с англ. А. М. Корбута — Социологическое обозрение, 2009. — Т. 8. — № 1. — С. 3-25.
1. ↑ Цирель С. Пути к государственности и демократии: исторический анализ
- ↑ А.Дуварова Доверяете друзьям? Дружба по расчету
