- Думаю, это вот отчего: тогда у людей восприятие мира было более цельным, во всей совокупности. Я сторонник взрывной теории возникновения языка. Не было никакой эволюции в тысячи лет, язык возник быстро, в течение нескольких поколений. Я уже говорил о сходстве слов с элементарными частицами... Похоже, сначала доминировала волна, то есть общее расплывчатое восприятие понятий и предметов, со всем набором эмоций и переливом чувств. Со временем начинала доминировать частица. И единство восприятия было утеряно. Потом культура становилась все более и более технологичной. - Пошла фрагментация. Мы встали на технологический путь развития. А сейчас вон клиповое мышление. Не надо полагаться на интуицию. Зачем думать, если можно позвонить и узнать? Все есть в базе данных... В общем, это отдельная и очень увлекательная история.
А еще я занимался языком лао, причем я его быстро освоил, там же грамматика нехитрая. Я даже сочинил несколько стихов на языке лао, которые в посольстве Лаоса были вывешены на почетной доске
Да... Зачем запоминать, что ты рассказываешь? Вон послушаю после запись на диктофоне, и порядок...
- Странно, почему науку это не интересует?
Поди знай...
СИНХРОН. БОЛТАЯ С ПРЕЗИДЕНТАМИ
Нам, непрофессионалам, со стороны кажется, что самое страшное - это синхронный перевод.
- Ну в общем да. Есть великолепные переводчики, которые никогда не сядут в синхронную кабину. Это особое искусство. Тут нужно знание нюансов языка, таких, чтоб можно было играть словами. И еще требуется умение войти в некое особенное состояние...
Типа в транс?
- Не в транс. А в эмоциональное равновесие. И нужны такие качества как несклонность к панике, умение выкрутиться, быстро вникнуть в новую тему. Сегодня ты переводишь конференцию Центробанка о финансовых инструментах, завтра - симпозиум по информационным технологиям, послезавтра - что-то про политику. На подготовку дается вечер, и надо быстро понять «мантру», - мы так называем это. То есть надо напрячься и постараться осознать: зачем люди собрались тут, чего хотят, в чем смысл этой встречи? Если обсуждаются технологии, то надо понять, чем одна лучше другой.
А как это понять?
- Навык плюс интуиция. Плюс, конечно, умение работать с материалом. Ночью посмотреть присланную тебе презентацию темы, а утром переводить. Надо просто въехать... Ну вот как ты читаешь речь какого-то политика и между строк выискиваешь какой-то интересный тебе нюанс, спрятанный в воде. Вот и мы ищем эту крупицу, мы с нее кормимся. Кроме владения языком и психологической уравновешенности, очень важна и манера речи. Практика показывает, что 90 процентов недовольства переводом - это претензии не к содержанию, но к манере речи. Например, человек мычит. Или заикается. Или голос противный. Или коряво по-русски говорит. Поэтому, условно говоря, если ты хорошо владеешь языком, на который переводишь, тебе простят массу грехов перевода.
Вот какой у тебя самый высокий уровень работы? Ты переводил Горбачеву...
- Да, устный и синхронный перевод. И несколько телемостов. В частности, после ГКЧП, когда он вернулся из Фороса. Ельцину переводил синхронно, Путину - устно, то есть в ходе переговоров. Был смешной случай. Я с кем-то поспорил, что заставлю Ельцина кивать головой. А там схема такая, что он меня слышит, а я его не слышу. И вот я говорю в микрофон: «Борис Николаевич, это синхронный переводчик. Если слышимость нормальная, пожалуйста, качните два раза головой». Он качнул! Я выспорил ящик пива. Или мне как-то звонят из Атланты, из логова CNN, и просят сделать перевод на английский с армянского. Ладно, говорю, присылайте. Что, мало в Москве армян? Переведем как-нибудь. В последний раз спрашиваю: «А какая тема?» Ну, беженцы. Карабахские? Нет, косовские. Они давали интервью на армянском. Может, на албанском? Ну да, говорят, албанский, армянский, это разве не одно и то же?
