Этот метод валидизации предполагает установление теоретически интерпретируемых корреляций с родственными конструктами и отсутствие корреляций с неродственными конструктами. Основная проблема связана с правильным выбором показателей: важно избежать использования тривиальных переменных, заведомо связанных или не связанных с валидизируемым конструктом. Нами были определены три группы таких переменных. Первая содержит антропометрические характеристики (рост, вес и индекс массы тела), вторая - шкалы опросника удовлетворённости собственным телом, третья - шкалы опроника пищевых предпочтений.
Для оценки конвергентной и дискриминативной валидности ООСТ согласно дизайну исследования оценивались антропометрические показатели (рост и масса тела с вычислением индекса массы тела ИМТ = вес (кг)/рост (м)2. Респонденты также заполняли Шкалу удовлетворенности собственным телом (ШУСТ) и Опросник пищевых предпочтений (ОПП-26). Опросник удовлетворённости собственным телом оценивает удовлетворенность различными частями своего тела (носом, спиной, животом, бедрами и др.) по семибалльной шкале; показатели суммируются в интегративные оценки удовлетворенности головой, туловищем и нижней частью тела. Опросник пищевых предпочтений представляет собой скрининговый инструмент, эффективный в оценке девиаций пищевого поведения и обладающий хорошими психометрическими характеристиками. Ранее показали, что опросник пищевых предпочтений имеет четырехфакторную структуру; каждый из факторов («Нарушение пищевого поведения», «Самоконтроль пищевого поведения», «Озабоченность образом тела», «Социальное давление в отношении пищевого поведения») может быть использован как изолированно, так и в составе суммарного показателя.
Рост и вес сами по себе не должны коррелировать с ООСТ. Индекс массы тела отражает комплекцию человека, то есть пропорцию веса и роста. Поскольку отклонение от «нормы» веса не всегда связано с переживаниями по поводу тела, следует ожидать слабой положительной корреляции ИМТ с ООСТ. Показатели неудовлетворенности телом, оцениваемые по опроснику ШУСТ, и ОТ связаны по смыслу. Однако первый опросник дает частные оценки отдельных частей тела, а второй обобщенные оценки, опосредованные социальным сравнением. Поэтому можно ожидать умеренно сильной корреляции между двумя инструментами. Кроме того, разумно предположить, что социальное влияние на неудовлетворенность телом будет возрастать по направлении к средней части тела: стандарты женской красоты чувствительны к областям жировых отложений. Поэтому ООСТ должен слабее коррелировать с неудовлетворенностью головой, сильнее с неудовлетворенностью туловищем и особенно сильно с неудовлетворенностью нижней частью тела (ягодицами и бедрами). Эта специфическая гипотеза о паттерне корреляций позволяет оценить как конвергентную, так и дискриминантную валидность ООСТ. Наконец, ожидаемы средние и сильные статистические связи между ООСТ и шкалами опросника ОПП-26. Особенно тесной должна быть связь между ООСТ и шкалой «Озабоченность образом тела», умеренной с «Нарушениями пищевого поведения» и «Самоконтролем пищевого поведения», слабой со шкалой «Социальное давление в отношении пищевого поведения».
Практически все предложенные гипотезы подтвердились. Единственным заметным исключением является слабая (вместо нулевой) корреляция ООСТ с весом. Особенно важно, что реальный паттерн корреляций ООСТ с опросниками неудовлетворенности собственным телом (ШУСТ) и ОПП-26 совпадает с теоретическими ожиданиями. Максимальная статистическая связь получена для шкалы «Озабоченность образом тела». Это означает, что опросник образа собственного тела измеряет именно то, для измерения чего он предназначен, и не нагружен другими неспецифическими конструктами.
