Лекции.Орг


Поиск:




Плохое самочувствие — это чувство вины.




Но иногда человек с абсолютной уверенностью чувствует, что он виноват. Не знает, а именно чувствует. Знание — это мозг (голова), а чувства — это сердце, душа, наш центр. Если человек чувствует с абсолютной уверенностью, что он виноват, тогда у него все с головы до ног может быть плохо. Человек не находит себе места, здорового места в теле не чувствует. Он может исследоваться самыми хорошими врачами, наблюдаться в лучших клиниках с самой современной аппаратурой, сдать абсолютно все анализы, но никакого заболевания не находят. Человек от этого плохого уже устал, он хочет просто полежать, хотя бы выспаться, но ему даже диагноза не ставят. Отчаяние от того, что я только плохой и нет ничего другого, может человека свести в могилу без диагноза. Только от того, что он с абсолютной уверенностью чувствует, что виноват.

Другой пример. У человека смертельное заболевание — некий очаг, скажем рак. Человек в очень хорошем состоянии, самочувствие отличное, у него сил много, работоспособность высокая, говорит, что счастлив. При каком-то обязательном обследовании случайно находят очаг. Скажем, у женщины в груди или яичниках, и тогда больную посылают к специалисту. Что это означает?

Это означает, что человек с абсолютной уверенностью чувствует, что виноват другой.

Значит, если мы чувствуем себя виноватыми, то это плохо, но еще полбеды. Если хотя бы задумываемся над этим в какой-то момент, еще не умерли, тогда помочь себе можно быстро. А вот когда мы с абсолютной уверенностью чувствуем, что другой виноват (ну, другой всегда в чем-то виноват), тогда получаем определенный очаг заболевания, который от отсутствия чувства, что я виноват, не создает никакого плохого самочувствия.

И вот это очень хитро. Поэтому если вы негативно оцениваете другого, то скажите себе сразу: я ведь вижу в нем самого себя. Если бы во мне не было этого плохого, я не видел бы этого в других. Я сейчас освобождаю свое плохое. Было как было, я понял это и, не обвиняя себя, занимаюсь собой.

А когда у нас чувство, что я виноват, но он тоже виноват, что тогда?

Это самая хорошая возможность, потому что есть и плохое самочувствие, и очаг заболевания. Врачи поставили диагноз. Я имею право теперь лежать и задуматься, конечно, если задумаюсь. Но появляется возможность хотя бы немножко отдохнуть.

К сожалению, в нашем мире, чем выше уровень развития, тем меньше люди имеют право быть людьми. Никто нам не дает такого права. И насколько мы сами не даем себе этого права, настолько мы требуем человеческих прав. И нам дадут. Ширится движение за права человека, принимаются законы. А там не написано, что имеешь право быть человеком и отдыхать, когда необходимо.

Чем выше материальный уровень развития, тем более стыдным считается уставать. Смотрите, все с утра до вечера бегают, что-то делают. Почему ты не можешь так же, почему ты такой ленивый?

И человеку стыдно. Опять сжимает, опять мобилизует себя, и так продолжает делать дальше. Единственное, что может прийти на помощь, — это заболевание. И кто получил заболевание и благодарен ему за то, что оно есть, тот может отдыхать и может вылечиться. Потому что относится к заболеванию как к другу, как к помощнику, а не как к врагу. Плохие люди не стыдят нас, если мы устали и хотим спать трое суток подряд. Они сами спят.

Вот хорошие люди не допускают этого. Понаблюдайте дома за своими детьми. Чем больше вы их стыдите, чем больше укоряете, чем больше осуждаете, чем больше унижаете, — что они хотят тогда все больше и больше? Они хотят спать. Особенно мальчики.

Хорошие мамы не могут понять, почему мальчики, подростки-мальчики, молодые мужчины спят как мертвые. Совести нет, думают они. На самом деле — это единственная возможность жить. Это единственная нормальная возможность защищать себя. Ведь когда этот молодой человек спит, он ничего не слышит. Тогда все плохие слова, драки, недовольства, все обвинения, что есть кругом, мимо пройдут.

Значит, с чего начинать? С самого себя. Если вы хотите чего-то, спрашивайте себя, детей, семью, нужно ли это? И ответ на этот вопрос придет не из головы. Мозг у нас такой: чем умнее — тем глупее.

Спросите из души, из сердца (из центра вашего) и почувствуйте: нужно вам это или не нужно? Это и будет настоящий ответ.

Подумайте, кто учит вас? Лучше всего учат нас дети. Какие? Чем меньше, тем лучше. Лучше всего учит маму и папу еще не родившееся дитя. Когда ребенок родился, подрос, то хотя и не имеет права учить, по утверждению взрослых людей, все равно учит.

Смотрите, что творится с маленькими детьми и мамами. Мама идет на улице с ребенком, ребенок кричит. Почему? Почему малыш кричит?

(Голоса: внимания хочет.)

Знаете, никакого внимания ребенок не хочет. Ребенок — духовный учитель родителей. И учит одному: мама, не спеши. Ребенок своим протестом говорит: мама, если у тебя нет времени, то нет любви. Тогда то, что ты делаешь, ты делаешь без любви. Это счастья тебе не принесет, а может принести несчастье.

 

Важно помнить следующее.

Ребенок выбирает своих родителей с их хорошими и плохими качествами, а не наоборот. Винить некого.

Ребенок — по сути своей чистый дух, является безусловно и навсегда любить своих родителей. Цели же родителей, напротив, зачастую бывают эгоистичными.

Любящие мать или отец даже в плохом настроении никогда не скажут ребенку: «Ты меня не любишь, и ты плохой». Только та мать, которая сердцем чувствует, что ее не любят, и которая знает, как это больно, говорит в ожесточении это ребенку для того, чтобы сделать ему очень больно. Мать объясняет это логически: «Почему мне нельзя, а ему можно?» Долг матери — научить ребенка, для этого нужно самой учиться. Если при воспитании самой матери ее родители совершили ошибку, то ошибку нужно простить, а не сеять далее зерна плохого.

 

А что мы делаем, когда ребенок капризничает? Ругаемся, бьем малыша. А мимо хорошие люди проходят и говорят: «Господи! Какая мама! Какие невоспитанные люди! Как из леса выскочили. Никакой интеллигентности нет, как не стыдно!»

И маме стыдно. Эти хорошие интеллигентные люди убивают своим отношением мамины хорошие чувства: стыд убивает чувства. Мама становится бесчувственной, а еще хуже — равнодушной.

И на следующий день она уже не шлепает ребенка, не ругает его, она поступает так, как с ней поступали. Она говорит малышу: «Как это стыдно!» Так мать сама убивает чувства ребенка.

На следующий день она уже может не произносить слов. Она только смотрит на ребенка, а ее взгляд уже стыдит, уже убивает.

Еще через день и этого не надо. Молодец ребенок: уже дома так всему выучился, что знает, если сделаешь что-то позорное, то нет тебе места ни в семье, ни в коллективе, ни в обществе, ни в человечестве: ты — пустое место. И ему страшно. Вы задумывались когда-нибудь, почему у нас в груди порой возникает ощущение щемящей пустоты?

Почему я не гожусь ни на что? Именно от этого: от спешки, которая ничего не видит, ничего не слышит, но при этом хочет душевного покоя. Дайте мне покой!

Представьте себе, в следующий момент вы здесь все будете покойны. Как вы думаете, у меня на душе будет спокойно? Нет. Потому что своим желанием получить покой мы и станем в один прекрасный момент покойниками.

Ушли из этой жизни грешными, по-человечески не умели общаться с энергиями, которые святые. Думали, что искупили свой грех ценой этих ужасных страданий, новое имя которым — карма. Но придем в новую жизнь и родимся точно с такими же стрессами, с которыми в этой жизни скончались.

 

Закон кармы

 

Каждый человек имеет возможность выбора. Человек страдает в той мере, в какой у него нарушен контакт с гармонией мира. Человек в Боге освящен во всех своих желаниях, даже когда желает зла. Он только должен знать, что за причиной следует следствие, как за преступлением следует наказание.

Эти наказания можно сравнить с параграфами земных законов в том смысле, что чем серьезнее преступление, тем длительнее наказание, — например, в будущей или в последующей жизнях.

 

Нам нужно освободить из себя догмы. В первую очередь религию. Потому что религия сама не знает, что делает. Там ведь тоже люди, тоже не понимающие самих себя, тоже люди, которые хотят добра; а что есть добро — не знают. Насколько они думают, что знают, настолько они считают себя лучше, чем они есть на самом деле. И они уверены, что имеют право поставить других на место.

Бог говорит: человек, ты сделал ошибку — исправляй. Тебе простили. Когда человек не может простить себе, что он делает? Он идет в церковь. А что там происходит? Только войдет в дверь, уже знает: он вовеки веков грешный и должен искупить свой грех через страдание.

Человек, который думает, что он имеет право вести себя как Бог, не простит. Поэтому ни одного человека никогда не обожествляйте, не обожайте. Никогда и никого!

Как часто я слышу от мужчин: я обожаю свою жену! Молодую, красивую, очаровательную, чистенькую и т. п. Господи, ну что они говорят? Прочитать восемь книг или еще больше ему некогда. А говорить коротко — не понимают. Думают, что я говорю им назло. И поэтому нужно, чтобы люди испытывали на своей шкуре свои ошибки.

Нам всем нужно проходить свои уроки жизни. А кто уже вырос, созрел и готов хотя бы немножко измениться, тому придет такая возможность. И когда вы здесь кое-чему научитесь и пойдете к другим людям, что вы думаете, это облегчит вашу жизнь? Нет. Пока нет. Потому что чем больше вы знаете, тем больше вы видите, тем больше вначале вы хотите помогать другим. Вы ведь знаете то, что другие не знают, и от этого уже растет ваша обязательность. И вам уже плохо. У вас возникает чувство вины, если сразу не броситесь помогать другим. Я в этом уверена.

Но когда вы уясняете для себя, что прежде, чем помогать другим, нужно помочь себе, чтобы был собственный опыт, чтобы я действительно чувствовал и понимал, что это означает. Готов ли другой человек принять мою помощь? Может ли? Нужно ли ему это? Тогда я, конечно, предлагаю свою помощь не как хороший человек, который подобно бульдозеру наезжает своим добром. А я иду как человек, который умеет дать зернышко — только одно, для аппетита, чтобы человек задумался. И потом тихонько исчезнет, чтобы этот человек почувствовал необходимость находить помощника, уже самому проявляя активность. Но это вы почувствуете, только когда работаете с собой. Потому что если мы что-то делаем из чувства вины, то мы совершаем ужасные ошибки.

 

...Если вы начинаете что-то делать, всегда нужно спрашивать себя: занимаюсь я этим сейчас из любви, из страха, из чувства вины или желания доказывать, что я умный, что я хороший, я могу, я справлюсь.

Научитесь общаться с собой.

 

Диалог с залом

 

Уважаемая доктор Лууле, мой ребенок все свое время проводит перед компьютером. Что это означает?

 

Существуют разные возможности идти в свой мир, и число их растет. Все, что слишком, — это уже отклонение от уравновешенности. И все, что происходит с детьми, — это проблема семьи. И чтобы не было смертельного исхода, нужно каждый день следить, что творится дома. Это — женская роль. Чем больше женщины стремятся обеспечить семью, содержать мужа, детей, выращивать из членов семьи что-то получше, тем больше все в такой семье становится хуже и хуже.

 

Что делать, если ребенок кусается?

 

Если ребенок кусается, он таким образом в зеркальном отражении показывает то, что делается дома. Это говорит: не кусайте друг друга... своим умом.

 

Наркомания — это проблема семьи?

 

Обязательно. Это проблема семьи. Завтра мы пройдем эту проблему. Это проблема большая.

 

Алкоголизм — тоже проблема семьи?

 

Обязательно. Вообще все, о чем мы говорим, начинается с корней. Человек как дерево. То есть нервная система человека выглядит как дерево. Корни этого дерева — его родители. Ствол — это наш позвоночник, это уже наши принципы, то, как мы держимся в смысле понимания жизни. Крона — голова — это уже я сам, мои мысли, и если я дам другим людям менять свое мировоззрение, то эта крона просто уничтожается.

Все равно, какая у вас проблема, вы можете идти в прошлое, к родителям. Там обязательно беспорядок, там обязательно родители страдают от своих страхов, от недостатка любви. Это, конечно, родительская проблема, которая идет в их прошлое, в их родителей. Мы можем идти вглубь сколько угодно. Но эта проблема из корней, из прошлой жизни, которой я сейчас много уже не занимаюсь, потому что это бесполезно. Мы все можем справиться с пониманием этой жизни. Но у меня был опыт, когда я шла сквозь десять — пятнадцать жизней.

Для себя у меня столько времени не было. Но были такие пациенты, которым нужно было исследовать заболевание какое-то, вот и шли на глубину десяти — пятнадцати предыдущих жизней.

Проблема у всех одна и та же: люди не умеют быть людьми. Страдают от своих страхов. И первый страх — это страх, что меня не любят. Из-за этого непонимание друг друга, обязательно требуют доказательств любви, а любовь доказывать невозможно. Особенно женщины хотят, чтобы мужчины доказывали любовь.

Когда мы говорим про доказывание любви, тогда мы говорим про секс. Но это лишь секс, это уже не любовь. Доказывать любовь невозможно.

Если ваш партнер, муж или жена, один раз в жизни сказал: люблю тебя, то, если мы умеем быть человеком, нам этого достаточно.

Если он умрет и до этого не сказал «не люблю», значит, он любит и продолжает любить и там, дальше. Поверьте этому.

А как только вы начинаете от своих страхов, от кучи своих стрессов желать, чтобы он говорил, доказывал, то вы сами не понимаете, что требуете невозможного. Сколько людей на Земле, столько и занимаются доказыванием любви. Но это все не любовь, если ее доказывают. И если вы даете себя обманывать, поскольку этого требуете, то вас обманывают. Счастья от этого не будет. Подумайте об этом.

 

Скажите, а что является критерием освобождения от стресса?

 

Душевный покой. У каждого это личный критерий. И конца этой работе, между прочим, нет.

Если вы сейчас освобождаете то чувство, что вас раздражает, и в результате ощутите душевный покой, то вы делаете шаг в развитии дальше.

Мы развиваемся по спирали. Вот я, к примеру, моя первая книга (виток спирали), вторая книга (следующий виток спирали), третья книга (виток спирали)... Один и тот же стресс в разных книгах исследуется на разных уровнях — все более глубоко и всесторонне. Подавление страха, раздражительность, напряженность, упрямство, жесткость. Это все новые густоты стрессов.

Есть люди, которые при помощи первой книги- вылечили себя от разных тяжелых заболеваний. Это прямо невероятно, но это так. Есть люди, которые прочитали не одну книгу, стараются, но никак не могут вылечиться, не получается у них. Когда дошли до последней книги, то вдруг в конце для них открывается новый мир. То есть этот человек развивается как бы по вектору, направленному сверху вниз (дойдя до вершины, понимает, как все устроено «внизу»), а другой человек развивается, идя снизу вверх.

В Таллине у меня есть подруга, мы с ней единомышленники. Она не занимается лечением никого, но у нее собирается группа, и, бывая в столице Эстонии, я изредка ее навещаю.

Когда мы встречаемся, то по-разному шутим. Она говорит: «Если бы я была такая же умная, как ты, вот было здорово!»

Я отвечаю: «Я как муравей, у которого живот болит, и я ползаю по земной поверхности. А ты как орел под облаками, смотришь на все сверху. Будь довольна тем, что у тебя есть. Тебе дано это».

Этот человек много работает, но очень тяжело идет снизу вверх. Ей нужно читать книги в обратном порядке.

Когда люди говорят мне: «Я не могу читать ваши книги, начиная с первой», я отвечаю: «Пожалуйста, начните с последней». Нет никакой разницы, с какой книги начать. Главное — узнать себя, найти где-то.

Стою себе на улице, все равно где. Смотрю на кого-то: кто-то поднимает свою руку, делает жест какой-то. Ба! В этот момент что-то происходит. Этот жест открывает во мне что-то такое, чего я вообще никогда не подозревала.

Так что, если я спокойно занимаюсь собой и не требую понять все немедленно, не спешу, тогда на каждом шагу находится то, что учит. Я не пойду рассказывать, что тот жест мне открыл. Это никому, кроме меня, не нужно. И даже говорить другим людям вещи, которые мои личные, нет смысла, это мой опыт. Я справляюсь с этим сама.

 

Как вы относитесь к разным религиям?

 

Я разными религиями не интересуюсь. Я говорю о церкви как о месте, где называют людей грешными и требуют искупить грех через страдание. Неважно, где и как. Важно понимать, что каждая религия — это или догма, или церковь, или политика, которые называют себя лучше других, — это уже ошибка. И сделать эту ошибку — значит причинить себе страдание. Никто не лучше другого. Все религии — все войны — от догматического понимания жизни. Обязательно доказывают, что кто-то лучше, кто-то хуже.

Я была в Италии, в Ватикане, и была в одной семье, где мужчина раньше работал в университете, но недавно его освободили от должности (хотя он не настолько стар, чтобы его освобождать). Он рассказал такую историю: «Один кардинал в Ватикане написал книгу, которую в рукописи показал этому человеку. Там было сказано, что христианам грехи прощаются, а вот остальные — все прокляты». Мой знакомый не выдержал этого и написал письмо кардиналу. Ответа он не получил. Ответом был запрет на преподавательскую деятельность, ему сказали, что он не может учить студентов.

Нам не нужно отрицать религию. Нам не нужно уничтожать религию, как это делается. Нам нужно освобождать религию. Тогда религия становится верой. И тогда мы начинаем понимать, что Бог — един. Какие только имена не давали Богу. Сущность Бога — Любовь.

Но видите, хорошие люди в мире не могут договориться. Я говорила о западных людях. Восточные люди ведут себя не умнее в этом деле.

 

О сне и бессоннице

 

Вы все знаете, как дети хорошо спят. А как спят старые люди, особенно старые женщины? Они даже жалуются, что вообще не спят. Вы наблюдаете со стороны и думаете: ну почему она так говорит? Это ведь неправда! Без перерыва спит. А говорит всем — вообще не спит. Никто не может вообще не спать.

Если же сон действительно нарушен, это уже тяжелое заболевание. Есть такие редкие случаи, когда человек вообще не спит годами. И все ищут лекарства, вплоть до наркоза, чтобы хоть как-то усыпить этого человека. Что это означает?

Все равно, что у вас нехорошо — что-то со здоровьем или в семье. Еще раз подчеркиваю то, что уже говорила. Спросите себя как друга, который может ответить, потому что точно знает, в чем дело, что это означает.

Задав этот вопрос себе, вы сразу почувствуете, что успокаиваетесь. Потому что этот чудо-вопрос помогает работать вашей нервной системе нормально.

Свою нервную систему мы вывели из состояния уравновешенности всякими разными знаниями. А свои нервы мы портим своим эгоизмом. Мы притягиваем эгоизм других, а эгоизм — это абсолютно уверенные знания, что что-то хорошо или что-то плохо. Или кто-то хороший, а кто-то плохой.

И чем больше вы зацепитесь за любое знание, тем больше у вас нарушение сна. Даже если вы устали, как старые бабушки, которые говорят, что они вообще не спят. Они ничего не могут поделать со своей усталостью. Они могут спать двадцать четыре часа в сутки, проснуться, и первое, что они произносят: «Господи, была бы моложе, спала бы, как когда-то в молодости. Хоть бы разок выспаться!» Эта усталость может быть смертельной. Настолько, что от усталости человек хочет умереть. Но смерть, как вы знаете, по приглашению не приходит. Но приходит часто тогда, когда никто не ожидает и никто не хочет.

И все это — лишь энергия чувства вины, о которой я постараюсь рассказать, чтобы вы действительно поняли, что это. Когда я разыскиваю корни и последствия какого-то стресса, то вижу, что каждый следующий стресс сложнее предыдущего. И когда я уже многое понимаю об этом стрессе, какой-то общий скелет для меня ясен, тогда я каждый раз спрашиваю себя: ну а если этот стресс еще больше усугубится, что тогда?

И вот такой действительно необходимый ответ у меня был, когда я изучала стресс стыда. Стыд — это смерть. Прошлый год (2000 год - Примеч. науч. ред.) был годом стыда. В прошлом году много было разных неожиданных смертей и таких, которые были связаны с позором. У нас в Эстонии умирали молодые люди. Хорошие, порядочные, достигшие определенного положения в обществе, умирали за рабочим столом, они на службе нашли свой конец.

И вот тогда я спросила: а что может быть еще хуже? Я ведь знаю, что не будет конца света, все должно продолжаться. Это наши уроки — мы идем, как по лестнице, вверх. Представьте себе, что основание лестницы находится на воде. Представьте, что вы смотрите на воду и как в зеркале видите, что чем выше лестница, тем глубже другой конец. Правильно?

Итак, мы учимся, развиваемся. Но, находясь наверху, нужно понимать и противоположную сторону. Когда мы понимаем, тогда освобождаем... Тогда достигается уравновешенность, которая не дергает меня, не заставляет двигаться в энергетической волне с большой амплитудой, не вызывает шторма в моей душе.

Я признаю, что, когда изучала стыд, о котором пишу в своей последней книге («Прощение подлинное и мнимое»), у меня действительно был пару дней такой страх, когда я не то чтобы боялась конца света, о котором многие секты сообщали, но было что-то еще. Сможем мы это выдержать, если будет еще хуже, или как?

Но постепенно я начинала понимать, что это. И то, что знала, я начинала чувствовать. Я знала, что физическая смерть — это не проблема. Ведь мы вечные духовно. Естественно, что физически мы умрем. Кто из этого делает проблему, тот не умеет жить. Как же он сумеет умереть? И ужасно то, что человек, который не умел жить, не умел умереть, этот человек не умеет в следующей жизни родиться нормально. И вот это уже пугало меня.

 

Я акушер-гинеколог. Сколько я в своей жизни видела, ведь я была практикующим врачом двадцать шесть лет. Ну, хорошо, последние годы я уже перестала работать акушером-гинекологом. Но все-таки, сколько я видела нормальных родов? Пять? Да. Пять раз я наслаждалась родами, при которых женщина не страдала. Они протекали безболезненно.

Как это можно? Можно. Дева Мария тоже родила так. Почему? Она не сократила свои родовые пути — ребенку легко было проходить эти священные ворота. Почему она не сократила родовые пути? Чем сокращаются родовые пути? Страхами. А Дева Мария не боялась. Чего она не боялась? Она не боялась того, чего у нее в душе нет. Если у нас в душе страха нет, то у нас нет страха, что произойдет что-то ужасное. Правильно? У нее не было страха, она не боялась вины, она не стыдилась, она не боялась стыда. Потому что то, что мы называем грехом, который есть стыд, — этого не было, нечего было бояться. Она легко родила ребенка — это святое дело.

Кто из вас легко родил ребенка, кто относился к родам как к святому событию, как к празднику? Вы? Ну слава богу, одна женщина есть в этой аудитории. А кто из вас еще до родов считал роды тяжелой работой? Большинство. И роды из-за этого, только из-за этого, были адом. Правильно. Все зависит только от отношения.

 

Пример из жизни - Хочу рассказать об одной женщине, которая пришла ко мне рожать во второй раз. Она была фельдшером в нашей больнице, совсем ненормальный человек для медицинского работника, т. к. относилась к жизни естественно. Не искала в жизни патологию во всем, не ставила сразу всему, что существует, медицинского диагноза.

Она пришла на прием потому, что почувствовала, что приближаются роды. Спрашиваю: «Почему же вы так рано пришли, раз у вас даже болей нет?» — «А потому, что в прошлый раз у меня тоже все было без болей». И через 15 минут после этого разговора она стала рожать.

Я потом просто разговаривала с этой женщиной. Несмотря на то, что это было давно, я запомнила все, что она говорила. Но только теперь, когда я стала понимать так, как понимаю сейчас, мне стало ясно, как точно эта женщина высказала истину жизни. Она сказала: «Моя мама говорила, а у нее было 10 родов, что это нормальное святое дело. И не надо бояться. Не должно быть болей». И эта дочка верила маме. Потому что она не боялась маму. Эта мама никогда не употребляла во зло доверчивость ребенка, потому что у нее самой не было страхов. Если нет причины, то нет и следствия.

Если кому-то из ваших близких или просто знакомых предстоит скоро рожать, расскажите ей это.

 

Недавно ко мне подошла одна женщина (я уже пятый год читаю курс в Таллинском университете) и рассказала, что случилось с ней, вернее, с ее сыном.

Молодые люди зачали ребенка. И вот осталось всего две недели до родов, а мама даже и не знала, что у сына есть невеста и что она беременна. Что теперь делать? Сейчас нужно делать только самое важное. Девочка была сиротой, она не знала свою маму. Никто не учил ее быть женщиной. Никто ее не учил, как стать мамой. «Вот ваше святое дело сейчас — только этим заниматься», — сказала я женщине.

«Эта девочка боится, всего боится. Как только появятся первые признаки родов, она еще сильнее испугается, потому что она ничего не знает, она абсолютно беспомощна. У вас есть не два дня, не два часа, а две недели, сколько еще нужно? Будьте ей мамой. Освободите свою обиду, что сын вам ничего не сказал. Это все потом, если захочется. А сейчас будьте мамой. Если вы не смогли сыну быть мамой, будьте этой девушке мамой.

И вы можете сейчас ее научить, как освободить стресс. Она еще молодая, она настолько чиста, что, когда вы внушаете ей то, что нужно, это помогает. Молодым еще можно что-то внушать, в душе место пока есть. А когда уже старые и наполненные стрессами, то внушать уже не стоит».

И я говорю: внушайте невестке, что роды — святое дело. Объясняйте ей: «Представь, ты станешь мамой. Разве есть другое более святое счастье — нет. Ты можешь отдавать из себя самое святое, что может существовать в мире, — это материнская любовь. Ты сможешь отдавать это своему малышу, когда он будет на твоих руках. А сейчас дай эту любовь ребенку, там, где он есть, в утробе».

Женщина пошла с невесткой в родильный дом. Сын не пришел. Плохо, стыдно ему было. Это влияет на ребенка, но это мало влияет, если бабушка ребенка, мама отца, которая душа отца, рядом и думает как нужно. Остальное все помаленьку нормализуется.

За два часа девушка родила ребенка весом четыре с половиной килограмма и в родовых путях ни царапинки не было. Видите, что может делать слово, которое высказано из любви. И эта женщина счастлива, потому что первый раз в жизни она смогла быть настоящей мамой и настоящей бабушкой одновременно. А что для счастья еще нужно?

 

Эта женщина исправляла очень много всяких ошибок, своих и чужих. Она исправила целую кучу своих ошибок. Она исправляла ошибки внука, который умер в прошлой жизни. Как это произошло, никто сейчас не скажет. Да и не важно, как это было. Нужно сейчас, если это возможно, начинать исправление этих ошибок. И все получится. И душа будет легкая, потому что сделано то, что только человек может сделать.

Человек может освободить очень много разновидностей чувства вины. И насколько мы этого не умеем, настолько мы создаем себе проблемы, которые хуже, чем физическая смерть.

Все эти качества, у которых есть свои имена, новые качества чувства вины, — это все наши личные стрессы, их нужно все по порядку освободить. Возьмите все разновидности чувства вины, как одного заключенного, и освобождайте. Или возьмите по отдельности — это как вам удобнее, как больше нравится. Каждый чувствует по-своему.

Какое ощущение вызывает у нас чувство вины? Плохое самочувствие? Чем больше вы с абсолютной уверенностью чувствуете, что вы виноваты, тем больше у вас всегда и везде ужасно плохое самочувствие.

Стыдно быть плохим, если кругом так много хороших людей. А стыд убивает чувства. И вы не чувствуете уже, что вы плохие. Из-за плохого самочувствия мы не можем идти туда, куда нужно, делать то, что нужно. Из-за того, что не можем выполнить какое-то обязательство, попадаем в стыд. Стыд убивает чувства и плохое самочувствие.

Страх попасть в этот стыд подавляет сжатую энергию, и у вас прекрасное самочувствие, вы уже идете что-то делать. И ваше плохое самочувствие становится новым качеством под названием усталость.

Чем больше усталость, тем больше это говорит: человек, освободи свое чувство вины. Если не помнишь, что усталость — это чувство вины, освободи усталость. Иди отдыхай. Вспоминай, что в жизни каждый седьмой день — день свободный, день отдыха. Когда вы последний раз отдыхали? Помните? Когда последний раз отдыхали целый день? Не помните. Я верю вам. Такие уж развитые люди настоящего времени. Они лишают себя возможности отдыхать. И усталость увеличивается, увеличивается. Они подгоняют себя как кнутом.

Самый хороший кнут для человека — это страх оказаться виноватым. Стоит только о нем подумать, уже побежите, и усталость тут как тут. Бегаете, делаете... А когда бегаете, вам в голову не приходит вопрос: нужно ли это? Нужно ли так, нужно ли столько, вообще нужно ли?

 

Девять дел из десяти мы делаем зря. Делать их вообще не нужно. Но мы делаем это, чтобы понимать через это самого себя. Чтобы научиться наконец-то спрашивать себя: нужно ли? Видите, сколько мы тратим самого ценного, что существует на материальном уровне, — времени. И поскольку у нас нет времени, постольку нет любви. И насколько мы скорбим по любви, настолько страдаем от того, что нас не любят. Сами ведь жертвуем собой. А кому хорошо, когда жертвуешь собой?

Знаете ли вы какого-нибудь человека, которому хорошо от самопожертвования? Я потом расскажу, есть такие люди.

 

Усталость переходит в нарушение сна.

Если вы ляжете в постель, а у вас нет сна, стыд как бы говорит: «Что ты спишь? Иди бегай, вот посмотри, мир не спасен еще, а ты спишь! Не стыдно ли тебе?» И уже от этого стыда боитесь засыпать. Потому что стыд убивает. Может, от такого стыда это последним словом становится. А жить-то хочется, так много несделанного.

А если вы знаете, что отсутствие сна — это ваше чувство вины, которое взывает к вам: «Друг, ну освободи меня. Я ведь только твой учитель. Ты взял меня в себя, чтобы научиться понимать и себя, и меня. Но не освободил пока». И я начинаю освобождать свое чувство вины. Попробуйте. Скажем, вам не спится. Спокойно целую ночь занимайтесь освобождением своего чувства вины. Даете отдыхать своему, телу. А утром просыпаетесь и чувствуете, что такого хорошего сна давным-давно не было. Ведь вы физически не устали. Вы духовно устали. От чувства вины устали. И теперь вы целую ночь делали настоящее доброе дело — освобождали чувство вины.

И назавтра у вас работа кипит. И вы понимаете, что то, что вы делаете, вы делаете мудро. Не умно, а мудро. Не тратите себя зря.

Пока человек этого не умеет, человек стыдится уставать. Чем больше кругом трудоголиков, которые, как машины, бегают, занимаются, демонстрируют свое превосходство, работоспособность, доказывают себя, тем больше нам стыдно уставать.

И нам в голову не приходит, что эти люди такие же, как я. Только их цель — доказывать, что они лучше, чем я. А теперь меня уже это не раздражает. Я не начинаю бегать так, как они. И перестану доказывать себя миру. То есть перестаю жертвовать собой, чтобы доказывать миру, что я лучше, чем они обо мне думают. Я занимаюсь своими делами. И никому этим зла не причиняю. И какой счастливой от этого становится моя семья!

Ведь чем больше мы бегаем, чтобы демонстрировать свое преимущество всему миру, тем больше мы забываем семью, для которой мы что-то значим.

Отношения с миром у нас всегда поверхностные. Чем больше людей там, в мире, тем меньше времени на них останется и тем поверхностнее чувства. А семья — это то, что по-настоящему близко. И если я стараюсь что-то делать ради них, то столько же, сколько я трачу себя ради мира, я отбираю у семьи, оставляя свою семью без себя. А чья тогда семья? Моя? Нет, это чужая семья.

Если супруга убегает от этого, кто виноват? Он? Нет. Это не вина, это невыученный урок, то есть ошибка. И чтобы такого не случилось, нужно начинать сейчас, не вечером, не завтра, а сейчас.

И кто этого раньше не умел, тот потерял семью. И тому нужно вернуться в то время, пока семья была, и просить в чувствах своих прощения у семьи за то, что не умел или не умела делать.

Когда мы стыдимся своей усталости, то усталость становится ленивостъю. Стыдная вещь. Правильно. Чем больше кругом неустающих людей, которые демонстрируют свое преимущество, тем больше ленивый человек — бесстыдный человек.

Каждое следующее поколение видит, как ленивы дети. Правильно? Какая беда у вас с детьми! А поставьте себя на место этих детей. И подумайте: вы вели бы себя по-другому или как?

 

Женщины, посмотрите на свое поведение. Вы выходите замуж, и что начинаете делать? Доказывать свое преимущество! Правильно? Сразу же хотите продемонстрировать мужу, какая вы хорошая и как вы любите. А любовь ни хорошая, ни плохая. Любовь — любовь, неоценимая.

И если вы через свою доброту хотите доказывать свою любовь, чтобы он навсегда остался при вас, что тогда делаете?

Скажем, вы с мужем возвращаетесь домой вечером, входите вдвоем в дверь. Куда муж идет с вами? На кухню? Правильно? А что вы делаете? Скажите, кто из вас дал мужу возможность остаться с вами на кухне?

Если вам 50—60—70 лет и вы живете с одним супругом все это время, то я верю, что вы не выгоняли мужа из кухни.

А если вы говорите, что мужчине не место на кухне, это значит, что женщина не сумела создать атмосферу в доме. Мужчина не чувствовал себя в кухне нужным. Женщина властвует в кухне. Не надо властвовать, нужно быть хозяйкой.

 

Женщина творит духовный мир. Мужчина — творец материального мира. В кухне вы хозяйка, а он — хозяин. В кухне всякие орудия. Раньше были ножи, топоры, а сейчас всякие приспособления электрические. Это мужское дело. Если вы думаете от образованности своей, что можете сами нажать на кнопочку, то этим доказываете, что муж не нужен. Вы сами умеете и сами справитесь.

Но у мужа нет другого дела по дому. Если нет у вас собственного дома и земли, где можно заниматься мужскими делами, то не нажимайте на эту кнопку сами, особенно в начале супружеской жизни. Проявите уважение к мужу тем, что даете ему такую важную работу. И у вас потом вдвоем будет достаточно времени, чтобы отдыхать, быть друг с другом, любить друг друга.

А если вы хотите доказывать свое преимущество, то вы одна все в кухне сделаете и предлагаете готовый ужин господину как рабыня — как красиво!

А если вам все это осточертело, даже если вы молодая, поскольку у ваших родителей так было, — тогда все «перевернется». И вы будете госпожой, а ваш муж будет рабом, который в кухне должен все готовить, а жена вечно недовольна.

Так что нужно уметь предоставлять каждому свою роль. Нельзя брать на себя слишком много, уставать до смерти, а потом ждать, чтоб муж любил (бездыханное тело любил!). Я сплю, а он должен меня любить. Он может стараться, а я спать хочу.

 

С детьми продолжается то же самое. Чем больше вы делаете, тем больше у вас опыта, такие вы умелые, что у вас получается все хорошо и быстро. Вы не хотите, чтобы кто-то путался под ногами, тратил ваше время. Дети пока так не умеют, не научились еще. Но в один прекрасный день, когда вы уже настолько устали от хороших дел, от того, что вы такая грешная, должны все сделать, заслужить имя хорошей хозяйки, хорошей жены, хорошей мамы, у вас уже нет ни сил, ни времени. А что говорить о любви? Этого нет... Человека уже нет, есть только тело, состоящее из мышц и костей, которое, как машина, трудится, трудится, трудится... И мы ждем, чтобы нас любили. Это то же самое, как заставлять детей, мужчин любить скот на мясокомбинате. Поверьте мне, это точно так же.

Это можно употреблять, но не любить. Потому что труп не воспринимает любовь мужа и детей. И когда вы сверх всякой меры перегружены, то ждете, что хоть кто-нибудь вам поможет: Господи, мне помощь нужна! То есть ожидаете, чтобы они прожили вашу жизнь. Ведь вы не ожидаете, чтобы они сделали в первую очередь какую-то работу. Нет! Вы ожидаете, чтобы они осчастливили вас. Работу-то они могут сделать, да сделать вас счастливой не могут.

И когда вы от бесплодного ожидания приходите в отчаяние, тогда вы открываете рот и начинаете кричать. Вы не скажете из любви: пожалуйста, придите мне на помощь. Вы начинаете ругать: никто не помогает, никому ничего не надо, все ленивые, я все должна за всех делать и т. п. Начинаете протестовать, но протестовать можно бесконечно. И какая будет реакция? Придут они на помощь? Не придут, потому что тем, что вы до этого делали, вы поставили их перед выбором. Они должны теперь признать, что они или ленивые, или дураки. Если перед вами возникнет такой выбор, что вы выберете?

Признаете, что вы ленивый, или признаете, что вы дурак? Что вы выберете, то и они выбирают. Ленью ведь можно гордиться. Пойду в свою компанию и смеюсь: вон баба моя дома бегает. Или дети: вон мама там орет, сама не знает, чего хочет.

Этот муж, или сын, или дочь не пойдут в свою компанию, чтобы гордо сообщить: посмотрите, я дурак! Самое унизительное для человека, тем более для образованного — признать свою глупость. Потому что мы все-таки пришли в этот мир учиться. Это святое дело.

Если вы хотите иметь хорошие отношения с семьей, никогда не называйте никого дураком, болваном или подобным образом. Ни членов семьи, никого другого в мире. И если человек делает что-то не так, спрашивайте его: что он думает, почему он так делает? Но никого не называйте дураком. Вы не знаете, какой может быть стресс у человека в душе. Вы не знаете своего супруга или детей в прошлой жизни, кого и сколько называли дураком. Может быть, он всю жизнь только это и слышал. Достаточно один раз сказать это, все, — наши отношения уже не восстановить.

Мы остаемся вместе просто потому, что после первичного выбора родителей мы уже новых родителей выбирать не можем. Но открываться друг другу уже тоже не можем. Наши отношения после одного грубого слова на всю жизнь прекратились.

 

...Даже в шутку по голове стукнуть никогда нельзя, потому что здесь находится ум. Дергать за волосы, ударить по лицу также. Голова — святое место.

А я знаю, как часто у родителей просто так рука поднимается, чтобы дать затрещину по голове. Если действительно нужно шлепнуть, то вот оно, это мягкое место. И когда с этого уровня, который символизирует материальные энергии, энергия поднимается вверх, проходит через сердце в голову (ум), тогда можно немножко помогать, иногда. Но если делаете это, то делайте только из любви.

Кто из вас бил ребенка по попе из любви? Обычно это делается из злости. Мамы могут так ужасно кричать, а папы так злобно смотреть, что ребенок задыхается. До астмы, появляется спазм в груди. Простудное заболевание? Какая там простуда? Вы сами как сквозняк, так воздействуете на ребенка своим поведением, а не природный сквозняк. Вы можете тепло одевать себя и своих детей, но, несмотря на это, ребенок болеет простудными заболеваниями.

Значит, освободите из себя энергию сквозняка с пониманием: я сам такой сквозняк. Мои страхи такие бурные, туда-сюда меня дергают. А страх — это холод.

Другой конец страха — это злоба. И так все это начинается.

Чем больше мы стыдим за ленивость, тем больше мы эту ленивость убиваем. Но, убивая ленивость других, мы прежде всего убиваем ленивость собственную. Чем больше вы говорите или себе, или в семье, или в коллективе: «Господи, какие люди ленивые, ну как им не стыдно? Сколько кругом грязи, сколько несделанных дел, сколько беспорядка!» — тем больше люди устают от ваших обвинений. Они еще больше ленятся, а у вас ленивость умрет. С каждым словом вы как топором убиваете ленивость, убиваете, убиваете. Как же не умереть. И ленивость становится комфортностью.

Как хорошо быть комфортным, когда богат! Правильно? Богатые люди гордятся комфортностью. А кто не богат — тому стыдно. Стыдно и оттого, что знаешь, сколько в мире людей умирают от голода.

Если вы стыдитесь, то, что думаете, в мире станет меньше умирающих от голода? Нет. Еще один добавится. Это — вы.

Поможете себе — поможете миру. Поможете себе — сможете стать примером еще кому-нибудь. Может быть, этот человек тоже пошевелит своими мозгами, руками и ногами, И беды в мире станет меньше. Стыд быть комфортным — хитрый стыд. Он проявляется в том, что мы не заканчиваем дела, не доводим их до конца. Посмотрите кругом. Мы, жители Советского Союза, проявления этого стресса на своей шкуре каждый день испытывали. Это выражается в том, что везде что-то недоделано: висит, торчит. Даже если есть возможность доделать все до конца, то мы стыдимся, когда все в порядке. Но жизнь развивается... Нормальная комфортность, которая сберегает время, нужна. Зачем тратить время на то, что можно не делать? Мы ведь развитые люди, мы не рабы, чтобы работать по двадцать часов в сутки.

 

Современный человек является рабом своей работы в современном значении слова. Более всего против этого протестуют женщины, ибо если муж — раб своей работы, то жена, помимо всего прочего, является рабыней мужа. То есть рабыней вдвойне. Почему?

В своем развитии мы уже давно преодолели рабовладельческий строй, однако не сумели отрешиться от прошлого. Мы носим его в душе, чувствуем его, пытаемся от него отделаться, но поскольку оно является чувством, то и определяет нашу жизнь. Мы знаем, что мы не рабы, однако ощущаем себя рабами. Поэтому ведем себя как рабы, покуда не лопается терпение. Тогда мы начинаем бороться против собственного порабощения и требовать равноправия. Ведь раб не ощущает себя равноправным с другими. В итоге этой борьбы достигается полный ноль, ибо материальная борьба не может дать духовной свободы.

Характерным признаком раба является желание доказать, что он лучше, чем есть. Раб — это машина, которая желает доказать, что она — человек, однако это не удается, поскольку машина сильнее человека. В услужении у хозяина раб является хорошим орудием труда — лопатой, в услужении у барина еще более хорошим орудием — машиной, в услужении у господина прекрасным орудием — компьютером. Для работы на компьютере и для зарабатывания бешеных денег не требуется иного, нежели наличия у человека мозгов и умения нажимать пальцем на клавиши. Работа на компьютере — замечательное дело, но если компьютерщик попадает в зависимость от компьютера, это уже бегство от действительности. Это означает, что человек ощущает в себе отсутствие прочих человеческих навыков. Он умеет использовать компьютер, но не умеет делать что-либо своими руками и этот стыд скрывает от окружающих.

С триумфальным шествием компьютеров растет число людей, разбирающихся в компьютере, но не желающих на нем работать. Если они вынуждены пользоваться компьютером по роду работы, у них через какое-то время возникает аллергия на компьютер. Почему? Это протест человека против окончательного превращения в машину. Человек обнаруживает, что люди перестали быть людьми, впадает в панику и начинает протестовать против превращения себя в машину. У него возникает аллергия на компьютер, поскольку протест остается нереализованным.

Компьютерный фанат способен выдумывать чудеса, однако вскоре выяснится, что кто-то изобрел античудо — компьютерный вирус, уничтоживший его работу. Почему возникает подобная целенаправленная недоброжелательность, она же злоба? Потому что кому-то осточертело быть машиной, и он принялся уничтожать машину, которая превращала его в раба. Ему же угодно быть человеком. Как и большинство людей с материальными воззрениями, он стремится изничтожить то, что губит его самого. Он желает свободы. Истребляя материальное, человек надеется обрести духовную свободу. Разрушая семью, он надеется освободиться от собственных проблем, в том числе от своего порабощения.

 

Раб на своем низком уровне развития должен делать определенное количество работы для развития. Работа ведь развивает человека. А чем выше уровень развития, тем больше нужно заботиться, чтобы было время. А если у вас возможность есть, а кругом все кое-как висит и торчит, и вы каждый день идете мимо, вы выращиваете свой стресс. Каждый раз вы, проходя мимо, раздражаетесь, сердитесь из-за того, что видите — везде что-то не в порядке. Стресс убивает комфорт. И нет комфорта. И когда плачем, возможности есть, но ума нет.

Все эти стрессы, что я называла, у нас у всех есть. Они всё от сжатия и подавления суммируются в следующую тяжелую ступень чувства вины, которая называется депрессия.

У кого из вас нет депрессии? Я не спрашивала, кто в депрессии? Запомните: если вы видите, слышите, ощущаете, читаете, узнаете, все равно из какой информации, о чем-то, что в мире есть, значит, это у всех у вас есть. И нам нужно заботиться, чтобы то, что у кого-то есть, у меня не выросло больше. Вот это и есть каждодневная работа с собой. Заботиться, чтобы стрессы были маленькими.

 

Если вы осознали и признали наличие у себя основных стрессов, значит, возникла потребность их высвобождения, и вы не ощутили, что кто-то вас к этому принуждает. Поэтому все более усложняющиеся знания о стрессах, содержащиеся в моих книгах, воспринимались вами как нечто совершенно естественное, и вы стали эти стрессы высвобождать, ибо поняли, насколько тем самым облегчается жизненная ноша. Возможно, вы и сами пришли к мысли, что у стрессов свой язык. Ведь язык является средством самовыражения, а выражение — это вывод вовне, или высвобождение, скопившейся энергии.

Разговаривая с другим человеком, я даю ему необходимую информацию о том, что нужно мне, и в итоге он дает то, что мне нужно, будь то материальное либо нематериальное. Осознанно или неосознанно, я это принимаю. Разговаривая со стрессом, я даю ему свободу, а он дает свободу мне, то есть то, без чего невозможно обойтись. Теперь я с благодарностью принимаю то, что мне дают. Тем временем я отдала уже все и со своей стороны и потому с благодарностью принимаю то, что дают мне. Я доставила радость ему, он осчастливил меня, и у меня не возникает вопроса: «Почему я первой должна начать?» — т. к. твердо знаю, что моя жизнь начинается с меня самой, и поэтому естественно, что я сама должна браться за то, что мне предстоит сделать в жизни.

 

Знание языка стрессов важнее знания любого иностранного языка, ибо НА ЯЗЫКЕ СТРЕССОВ С ЧЕЛОВЕКОМ ГОВОРИТ ЕГО СОБСТВЕННАЯ ЖИЗНЬ.

Многие спрашивают: «Действительно ли такое мышление помогает всем людям?» — «Помогает, — отвечаю я, — если они люди. Но если они — хорошие люди, которые желают лишь добра и не отказываются от своего мнения, то не помогает». Труднее всего для человека — отказаться от устаревших, отживших свой век представлений, однако такой отказ является ключом к счастью.

 

Ведь стрессы — как волна, всякая энергия — это волна. Волна с маленькой амплитудой поместится в коридор нормы. Тогда это — нормальная жизнь. Все везде есть. А если мы не заботимся о себе, а бегаем переживать за других, то незаметно все больше и больше увеличиваем амплитуду волны, и она уже не поместится в коридор нормы, не поместится во мне, в моей (как у мяча) оболочке. Не поместится стресс внутри, а выскочит, как игла ежа. Такие энергии, которые больше меня, не помещаются во мне, называются чертами характера, которые командуют мной. Пока я забочусь о себе и все эти стрессы помещаются во мне, я руковожу ими. А если я не заботилась о себе и они выросли уже в черту характера, то эти черты характера — это большие стрессы, они командуют мной, имеют власть надо мною.

Мы привыкли говорить: такова судьба. Простите, это оправдание. Жизнь от нас оправданий не ждет. Жизнь говорит: «Если ты в прошлой жизни делал то, что делал, и не исправил, хотя бы за две минуты до смерти, свои ошибки (не признал их и этим не исправил), тогда пришел в эту жизнь с тобою же созданной судьбой. Это определенная куча стрессов, которые нужно прожить, чтобы выучить, чтобы исправлять свою ошибку, которая говорит: человек, когда ты собираешь энергию в себе, ты ведь не ведешь себя по-человечески».

И есть такое понятие, как характер. Этим мы тоже оправдываемся: у меня такой характер. А у меня другой характер. Что вы будете делать, воевать? То есть наши характеры должны уничтожать друг друга? А кто тогда мы? Мы люди, смотрим со стороны и даем возможность заключенным в нас энергиям убивать друг друга. Разве это по-человечески? Разве мы счастливы, когда другой убит? Нет, мы радостные, оттого что доказали, что мы лучше. На самом деле мы не лучше, мы сильнее.

 

Властвующие стрессы

 

Человек является рабом привычек, но не осознает этого. Ему и в голову не приходит усомниться в своих убеждениях, покуда не случается нечто катастрофическое. Люди бывают настолько косными, что готовы умереть, но не признаются в устарелости своих воззрений. Они считают, что правда на их стороне. Их нисколько не интересует то, что жизнь шагнула вперед, а вместе с ней расширился и смысл их собственных убеждений. Поэтому душе такого человека не остается ничего иного, как подчиниться разуму и удалиться из тела с тем, чтобы ознакомиться с новым уровнем тех же самых воззрений, но только в следующей жизни.

Будучи материалистами, мы привыкли оценивать достигнутое в соответствии с затраченными усилиями, временем либо деньгами. Деньги и время измеряются цифрами, а сила — нет. Поэтому нам и в голову не приходит, что все, что делается нами с силой, делается насильно. Вы можете возразить: тот, кто действует согласно потребности, тоже применяет силу. Да, но это — сила свободной воли, она же жизненная сила, она же любовь. Различие между ними заключается в ощущении и последствии. Когда что-то делается по собственной воле, на душе легко, и эта легкость ощущается сразу, а удовлетворительный результат будет виден позже. А человек, собирающий в кулак всю свою силу воли, движется подобно бульдозеру, и результаты его работы выглядят, как и положено месту, по которому прошелся бульдозер.

Сила воли и чувство долга сопутствуют друг другу, ибо оба они порождены страхом.

Когда я говорю о том, что чувство долга является негативной энергией, то, оправившись от первого испуга, люди соглашаются со мной, поскольку они устали жить по приказам и запретам. Люди стали осознавать, насколько тяжело пребывать в принудительном положении — в этом смысле ума нашим людям хватает. Когда же я мимоходом замечаю, что и сила воли является негативной энергией, это производит эффект разорвавшейся бомбы. Человек на миг теряет способность мыслить, после чего раздается решительное: «Нет! Это невозможно!» Сообразно с уровнем интеллигентности реакция бывает либо бурной, либо скрытной. К чему скрывать, уважение ко мне у части моих пациентов пропадает напрочь.

 

Наша сила — это сумма стрессов, которые властвуют над нами. Чем больше я накопила внутри стрессов, тем больше я сердита и могу быть очень агрессивной от этого. У меня единственная цель — победить кого-то, чтобы доказывать другим, что я лучше. А счастья-то все-таки нет.

Посмотрите на семьи людей, которые были героями для большого народа. У них семейная жизнь не в порядке. Или, если семья еще не распалась, посмотрите, здоровы ли они? Это покажет истину. У таких людей никогда семья не бывает здоровой.

Все можно изменить. Можно изменить судьбу, можно изменить характер. Человека нельзя изменить. А вот если человек отпускает из себя накопленные стрессы, тогда он изменит себя сам.

И вы можете так изменить свою судьбу, что пойдете к очень хорошему астрологу, который умеет делать точные гороскопы, и вдруг окажется, что он не сможет сделать вам гороскоп. Почему? Потому что вы изменили судьбу.

Люди делают это все больше и больше, сами часто не понимая этого, потому что кризис человечества уже так велик, что если хочешь жить, то сделаешь.

Наш уровень развития очень низок, хотя говорим, что мы такие развитые, и гордимся этим. Поэтому мы и не стремимся меняться до тех пор, пока не попадем в такую глубокую яму, что выбраться из нее невозможно иначе, как принявшись за работу по изменению своего характера и судьбы.

И для этого нам даны все эти страдания, что у нас есть, причем есть еще возможность их роста. События в мире это показывают. Может стать еще хуже.

А если мы понимаем, что никто не может прожить мою жизнь, то мне нет необходимости умирать вместе с какой-то толпой, народом, нацией какого-то государства. Я могу находить сам себя. Ведь это человеческая необходимость.

 

Теперь ответ на мой вопрос: в каждом есть депрессия. Но не все в депрессии. В каждом есть стрессы, но не все в стрессе. Понимаете? И если мы заботимся о стрессах, то мы выйдем из депрессии и будем снова сами собой.

Депрессия — такое состояние, когда человеку жизнь стала безразличной. Это безразличие ко всему неживому. Почему к неживому? Потому что мы, желая иметь все то хорошее, что есть в материальном мире, хотим доказывать свое превосходство. Мы хотим хорошего. Представьте себе жизненные весы. У весов всегда есть два конца. Жизнь устроена так, что если один конец опустился — стал тяжелее, то освободи это. Если теперь другой стал тяжелее — освободи другое. И так один за другим мы освобождаем стрессы, и тогда траектория этого движения выглядит как зигзаг, направленный вверх. Это есть развитие

Когда мы этого не умеем, получится то, что ведет нас в депрессию. Хотели хорошее — получили. Или не получили, потому что не нужно. В обоих случаях мы получили плохое.

Прочитайте четвертую книгу «Боль в моем сердце». Там я пишу про желания. Чем больше у нас хороших желаний, тем больше у нас плохих последствий. Желания, они всегда, как все, относящееся к материальной жизни, имеют две стороны: хорошую и плохую.

 

Желая проявить себя с положительной стороны, человек стремится делать добро другим, чтобы было хорошо самому. Хочет делать добро, чтобы добро получать. В основном так и происходит. Но только вместе с хорошим является его оборотная сторона — плохое, которое вызывает болезни. Болезнь учит, что человек, сознательно делающий хорошее другим, сознательно делает себе плохо. Налицо злонамеренность. Эта энергия делает из человека преступника.

Если другие не позволяют делать себе хорошее, отказываются от хорошего, то желание остается нереализованным. Несделанное дело, которое хотелось бы сделать, является пожеланием. Нереализованная доброжелательность становится недоброжелательностью, если к ней не относятся положительно. Чем больше число нереализованных благих пожеланий, тем сильнее обиженность и тем скорее возникает раковая болезнь.

 

Итак, желания имеют два полюса: благонамеренность и злонамеренность. Пожелания также имеют два полюса: доброжелательность и недоброжелательность. По мере роста одного из них растет и другой. Попавший в беду человек даже при всем своем желании не может понять, почему при всей его положительности ему выпадают столь суровые испытания.

 

Когда мы хотим хорошего, то, если нужно, получим, если не нужно, не получим. Но обиду получаем обязательно. Если другого плохого не будет, то через накопление обиды обязательно будет заболевание. Как мы обижаемся? Я получаю хорошее, откуда же обида будет?

Болезнь начинается с конкретного стресса, но никогда не состоит только из стресса. Если человек признал бы свои стрессы, то быстро излечился бы. К сожалению, у большинства больных одновременно наблюдается два взаимоисключающих стресса. Например, желание выздороветь и нежелание признать свои ошибки, что иной раз приводит к желанию установить первопричину недомогания. Чем болезнь сложнее, тем глубже ее корни.

 

Людям в целом нравится, когда на свет дня извлекаются проблемы, уходящие корнями в далекое прошлое, потому что ошибки прежних жизней можно свободно отрицать, а заблуждения родителей можно вменить им в вину. Да и от грехов юности можно отмахнуться со словами: кто старое помянет, тому глаз вон. Многие буквально стервенеют от злости: почему я должен расплачиваться за грехи прежних жизней или за грехи родителей? По их мнению, жизнь несправедлива.

Живя одним умом, мы все не способны понять, что предыдущая жизнь — это как бы вчерашний день, в который мы совершили ошибку и не исправили ее. Именно эти родители, а не какие-то иные выбраны нами добровольно, и злиться на них — значит злиться на себя. Желание казаться хорошим, он же страх оказаться виноватым, заставляет отрицать свои ошибки — не важно, перед врачом ли, экстрасенсом, следователем или прокурором. Человек подсознательно стремится обелить себя с внешней стороны, не сознавая того, что нутро-то остается запачканным. Если и удается это скрыть от чужих глаз, то от сердец не скроешь. От собственного суда никому не спастись.

 

Обращаться за помощью вынуждает желание выжить, а желание сохранить репутацию хорошего человека вынуждает гордо вскидывать голову и покидать кабинет с оскорбленным видом, как только я начинаю разъяснять причины болезни. Большинство людей продолжают считать, что болезни вызываются негативными внешними факторами. Страх услышать из моих уст про недоброжелательные мысли в отношении своих близких парализует человека духовно и физически, и он теряет способность соображать.

Когда я честно говорю правду, меня считают плохой. Когда я говорю более общо и призываю в общем улавливать частное и высвобождать его, считается, что я трачу чужое время и деньги. Когда я говорю человеку, что он не готов к нашей встрече, то он непременно истолковывает это по-своему. Например, думает либо говорит, что ему не хотят помочь и злонамеренно посылают в лапы смерти. Иной заявляет, что его еще никто так сильно не оскорблял. Якобы ему было заявлено, что он самый плохой человек на свете, хотя я старалась говорить не о нем, а о его ошибках. Читатель может представить, с какой скоростью здоровье такого человека покатится под гору. И конечно, критиканы решат, что человека вогнал в могилу не кто иной, как автор этих строк. Не пошел бы к ней на прием, наверняка остался бы жив. Особенно абсурдно звучат эти слова из уст онкологов, когда они говорят это самому больному и его родственникам. Ведь им должно быть известно, что такое запущенная стадия рака. Подобные высказывания спровоцированы засевшей во враче недоброжелательной злобой.

Всем целителям так или иначе довелось испытать на себе недоброжелательность врачей. Запомните — не врачи, а гордыня заставляет их стричь всех под одну гребенку. Тогда вам будет легче прощать их. Может, сами врачи находятся в лучшем положении? Нет. Их точно так же поливают грязью экстрасенсы. Кто страдает больше всего? Пациент. Кто является центральной фигурой, науськивающей врачей на целителей и целителей на врачей? Все тот же пациент. Вернее, его оскорбленность из-за того, что ему не дали моментально того, что он хотел.

Итак, из-за своих желаний человек заболел. Пожелал выздороветь, но врач не вылечил. Тогда он обратился к целителю за здоровьем. Выплеснул там все свое ожесточение против врачей с целью их унизить и тем самым возвысить целителя, чтобы тот его поскорее вылечил. Целитель попался на удочку, ибо он тоже человек, чей взгляд первым делом подмечает то, что заляпано грязью, и видит, что оно черное. Целитель целеустремленно принялся за работу, побуждаемый желанием быть лучше врача. Желая понравиться пациенту, целитель принялся ему потакать. И если целителю удалось потрафить всем желаниям пациента, то, возможно, пациент вскоре и на самом деле выздоровеет. Но только на этот раз и только от этой болезни. Об этом никто не задумывается. Все надеются на чудо.

В следующий раз ситуация может измениться не в пользу больного. В порыве злобы пациент разворачивается и бежит назад к врачам. Костерит своего целителя на радость врачам, злорадно высмеивает мистические, немедицинские выражения экстрасенсов, смысл которых до него так и не дошел. Разносит в пух и прах своего недавнего помощника, и если у врача отсутствует чувство собственного достоинства, то врач становится на сторону рассерженного пациента. Не так уж и трудно убедить пациента в том, что, дескать, мы делаем все возможное, но, к сожалению, вред, нанесенный знахарем, невосполним. Так желание непременно выйти чистым из чужого болота может потопить человека в его собственной луже. Вот и получается, что хороший человек, помогающий другим, вынужден больше всех страдать сам.

 

Видите ли, если человек живет по-человечески, то этот человек чувствует, что ему нужно. И то, что мне нужно, это мне приходит. Само приходит. Я только воспринимаю это.

Нам кажется, что мы сами все сделаем! Да, сделаем. Если духовно дали этому возможность реализоваться.

Если будем следить за собой, за своими чувствами, мыслями, за своими словами и поведением, то будем это видеть. Без этого не заметим. Если хотим что-то, то это же самое: оттого, что нужно, приходит, потому что нужно. Но приходит так тяжело! Представьте себе, что я хочу какого-то Сергея. Сергей — хороший, умный мужчина, красивый, Добрый. Но если я хочу его, то я уже зацепилась за него пятой чакрой (это чакра общения). Теперь наша коммуникация на уровне желаний: я хочу, потому что он хороший. Он мне нужен. Да, у него много хороших черт. Все это хочу, И что он делает, если я его захочу? Он молодой мужчина, о не выдумал себе греха, у него чувства настолько чистые, что такое желание он сразу чувствует. Он может не подать виду но он уже защищает себя, потому что я своей длинной рукой желания — холодной, как рука трупа, — хочу дотянуться до его шеи. И он уже убегает. Если хочет вежливым быть, тогда физически не убегает, не показывает мне этого, не показывает зубы, но стена уже воздвигнута между нами. И когда у меня цель получить то, что хочу, потому что он такой хороший, то я получаю. Только счастья от этого нет.

Господи! Сколько напряжения, сколько усилий, времени, денег! А это ведь обидно. Другому все приходит легко. А мне? Так медленно, так тяжело! Так много он стоил меня! Как же не обижаться?

Неважно, кого или чего это касается. Замечаем порой как легко другому человеку что-то приходит. Просто придут и предложат ему. А я? Я бегаю как дура за этим.

Итак, если хотели что-то — получили. От того плохого что получили, весы уже отклонились от уравновешенности. Теперь нужно освободить это. Хорошо, я сделала ошибку. Ну, я прошу прощения у Сергея, что я его так захотела. Может ведь так быть: увидела мужчину — такого хорош го, вежливого, каких я никогда раньше не встречала. Теперь прошу прощения, что получилось так, как получилось

Наши отношения опять в порядке. Не на уровне желаний, а на уровне необходимости общаться по-человечески! Здесь речь о выгоде уже не идет. Это друг другу необходимо. Мне от него нужно что-то, ему от меня нужно что-то. Мы не одиноки, мы вместе, мы одно целое.

Когда освобождаем, тогда весы поднимаются в точку равновесия. А если мы, получив плохое, хотим теперь получить что-то гораздо лучше, то наши жизненные весы всё больше и больше отклоняются от состояния уравновешенности.

Но если жизненные весы отклонились на 45°, это свидетельствует о том, что человек перешел в категорию «спасителей мира».

Кто видит духовное состояние мира, теми овладевает идея спасения мира. Они убеждаются в том, что мир услышит их, если они станут знаменитостями, то есть именитыми личностями. Реализация этой идеи сводится к тому, что человек начинает исправлять личный земной мир либо то же самое делает для бли





Поделиться с друзьями:


Дата добавления: 2016-12-05; Мы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 286 | Нарушение авторских прав


Поиск на сайте:

Лучшие изречения:

Настоящая ответственность бывает только личной. © Фазиль Искандер
==> читать все изречения...

620 - | 535 -


© 2015-2024 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.011 с.