Вышеописанные формы социализации печали, как правило, не применяются «в чистом виде»; реальный процесс социализации часто сочетает в себе разные методы, и комбинации этих методов могут быть самыми разнообразными. Так, в разные периоды жизни ребенка родители могут использовать различные приемы, например, в младенческом возрасте применять поощряющий метод, а в более старшем – перейти к карательному. Смешанный тип социализации может заключаться в использовании отцом и матерью разных методов социализации печали. По мнению Томкинса, результатом смешанных форм социализации печали являются замедление процесса личностной интеграции, социальная неудовлетворенность, повышенная заинтересованность в поддержании межличностных отношений и боязнь конфликтов. Кроме того, человек, прошедший в детстве подобную школу социализации печали, не обнаруживает сколько-нибудь выраженных личностных реакций на различные факторы окружения; его реакция на конкретную ситуацию обусловлена той формой социализации печали, которая применялась к нему в детстве. Наглядный пример тому – применение поощряющего метода социализации печали при интимном общении и касательного – при публичном общении.
Для эффективного взаимодействия с печалью ребенка родители должны уметь использовать разные методы. Сначала они могут просто посочувствовать ребенку с тем, чтобы он знал, что мама и папа разделяют его горе. Затем они должны успокоить его и по возможности устранить причину его печали; в идеале эти усилия, направленные на устранение причины печали, должны быть совместными. И, наконец, родители должны ободрить ребенка, оказать ему поддержку, сделать все необходимое для того, чтобы он мог самостоятельно справиться с трудной ситуацией. Только в этом случае ребенок научится эффективным стратегиям преодоления печали.
Взаимодействие печали с другими эмоциями, когнитивными процессами и поведением
Взаимодействие печали и гнева
Из всех возможных интеракций, в которые вступают друг с другом эмоции, самой распространенной является интеракция «печаль-гнев». Наблюдения за новорожденными детьми показали, что уже в 4-месячном возрасте младенцы реагируют на причиняемую им уколом боль мимическим выражением, в котором одновременно обнаруживаются признаки гнева и печали (Izard, Hembree, Huebner, 1987).
Томкинс (Tomkins, 1963) предположил, что печаль является врожденным активатором гнева. Все, кому знакомо чувство уныния, хандры, знают, что оно сопровождается переживанием гнева, – человек сердится на себя или ругает других за свои несчастья. Гневная реакция отца на печаль ребенка также может быть обусловлена интеракцией «печаль-гнев». В данном случае отец сердится не на ребенка, а на источник его печали. Эмоция гнева может также служить противодействием страху, что позволяет нам предположить возможность существования связи между печалью, гневом и страхом. Источником этой сложной аффективной ориентации может стать, например, следующая ситуация. Мальчик сидит один в машине, где его оставил отец, зашедший в магазин, чтобы сделать покупки. Уже поздний вечер, вокруг темно и этот район города незнаком мальчику. Ему одиноко, он плачет. Время идет, но отец не возвращается, и мальчик начинает сердиться. Вскоре ему становится страшно. Оставленный один в незнакомом месте, он боится одиночества, темноты. Страх усугубляет печаль, и мальчик плачет еще горше, еще жалобнее. Если же он как следует рассердится на отца, то гнев ослабит и страх, и печаль. Регулярное повторение такой ситуации может привести к тому, что ребенок, оказываясь в ситуации, вызывающей страх или печаль, будет всякий раз испытывать гнев.
