Гвалт, поднятый во всем мире из-за того, что полуграмотного местечкового еврея лишь заподозрили в «убийстве из побуждений религиозного изуверства», достиг цели: труп есть, а убийц нет. Заключительный акт дела Бейлиса был разыгран, как мы уже упоминали, шесть лет спустя, в одном из подвалов 16-ти киевских чрезвычаек, где убили Веру Чеберяк, на которую защите Бейлиса на процессе не удалось свалить вину за убийство по причине отсутствия даже тени обоснованного подозрения. Останься она в живых — ее трудно было бы обвинить и впоследствии, не возбуждая уголовного преследования, т.е. не назначая нового процесса.
Киевские чекисты не просто лютовали над попавшим в их лапы населением, но выполняли важное задание: они уничтожили все, что могло помешать еврейской пропаганде навязать мировому общественному мнению версию «дела Бейлиса», не имеющую ничего общего с истинным ходом Киевского процесса: судебные акты, сотрудников суда и прокуратуры (до прокурора Виппера добрались лишь в 1921 году, расстреляв его в Калуге), а убийцы, которых не удалось обнаружить на процессе, теперь хорошо известны; конечно же это — «шайка воров, собиравшаяся в доме Веры Чеберяк» и убившая мальчика, знавшего об их похождениях. Бейлис, разумеется, вообще здесь не при чем, он — «лишь жертва антисемитской политики Царского правительства и его пособников, русских черносотенцев.» Все стоит теперь на своем месте, а убитый мальчик превратился из жертвы еврейского изуверства в воровского пособника, жалеть о котором особенно не приходится.
По уничтожении всех препятствий, советский агитпроп принялся за переписывание истории заново. «Дело Бейлиса» поручили некоему А.Тагеру, уже зарекомендовавшему себя соответственными статьями в словаре Граната и в «Красном Архиве» (№ 44), а затем выпустившего книгу «Царская Россия и дело Бейлиса» (Москва, 1933 г.), о которой можно лишь сказать, что каждая из ее трехсот с лишним страниц — подлог и дезинформация. Здесь все, наконец, поставлено на «нужное» место: «Вера Чеберяк — руководительница воровской шайки, убившей Андрея Ющинского» (стр.112), мало того, она еще и «трижды убийца» (Андрюши Ющинского и собственных детей, «чтобы не донесли», стр. 115).
Однако, Тагер метит, разумеется, гораздо выше: «Мы имеем перед собой … союз киевской прокуратуры непосредственно с воровской шайкой, убившей Ющинского» (стр. 184), «союз государственной прокуратуры с содержательницей воровского притона и трижды убийцей» (стр. 187), и более того: «Создание и инсценировка ритуального процесса … было делом и политической задачей всего правительства в целом… все это начинание имело за собою с начала и до конца поддержку и одобрение Царя… Так союз воровской шайки, убившей Ющинского, … с государственной прокуратурой… был возглавлен Царской фигурой (стр.288)».
С тех пор эта «версия» господствует, с незначительными нюансами, во всем мире и на всех языках. Любопытно, что еврейская сторона взяла, фактически, монополию на «дело Бейлиса»: нам не известен ни один, сколько нибудь известный нееврейский писатель или публицист, который рискнул бы заняться этой темой. Причина ясна: писать правду, основываясь, как мы это сделали, на «Стенографическом отчете» о процессе, имеющемся во всех больших библиотеках мира, нельзя: впутаешься в историю, запишут в антисемиты, а тогда прощай и карьера, и профессорская кафедра, и издательские возможности; повторять же заведомую дезинформацию не каждому сподручно, а поэтому лучше «не тронь.., не пахнет». Зато на «заинтересованной стороне» соревнуются между собой, кроме Тагера, и некий Ганс Роггер в Германии, и Моррис Самюэль в Америке (переведенный там же на русский язык «Кровавый навет», Нью-Йорк, 1975 г.), а в Тель-Авиве некий Бен-Цион Кац («Воспоминания», на иврите, 1963 г.), и иже с ними.
После окончания дела Мендель Бейлис навсегда уехал из России в США и никогда более не возвращался.
Русские жертвы «дела Бейлиса»
- И. Г. Щегловитов (расстрелян в Москве в 1918 году)
- Н. А. Маклаков (расстрелян в Москве в 1918 году)
- И. А. Сикорский (убит в ходе красного террора в феврале 1919 года в Киеве)
- О. Ю. Виппер (расстрелян в Москве в 1919 году)
- свидетель Вера Владимировна Чеберяк (расстреляна в пыточном гараже в Киеве 1 сентября 1919 года) и двое её детей из близких друзей Андрея Ющинского (отравлены, не дожив до суда)
- свидетель В. Э. Розмитальский (расстрелян в пыточном гараже в Киеве 1 сентября 1919 года).
Необходимо добавить, что позднее в сентябре 1911 года в том же Киеве убийство премьер-министра Петра Столыпина на самом деле было еврейской местью по делу Ющинского. Это именно премьер Столыпин прислал из Петербурга комиссию, не дал делу заглохнуть и довёл дело Ющинского до суда. То, что Столыпин был вообще не угодный криптоевреям политиком — это само собой, но непосредственной движущей силой была чисто еврейская месть за раскручивание Столыпиным дела Ющинского.
