Характерен тем, что образы прошлого, его знаки модернизируются – геометризуются, упрощаются, деформируются под влиянием современности.
К такой форме модернизированного историцизма можно отнести:
• Конкурсный проект Технопарка в Невском районе СПб у метро «Улица Дыбенко» (рис.7) – архитектурная мастерская О.С. Романова.
Рис.7 Конкурсный проект Технопарка
в Невском районе СПб у метро «Улица Дыбенко»
Авторский коллектив предложил сформировать у пересечения проспекта Большевиков и улицы Дыбенко «внешнюю» городскую доминанту в виде усеченных стеклянных башен- призм, стоящих вокруг циркульного пруда охваченных полукольцом общественных зданий.
Башни-призмы обладали озелененными уступами – террасами, внутри которых – разноцветные «архитектоны» (скульптурные модели супрематизма – одного из направлений левого искусства СССР 20-30х годов.)
Взметнувшиеся вверх призмы завершались «капителями» – площадками для вертолетов и дирижаблей.
Предлагая принципиально новую форму башни-колонны, авторы стремились придать ей некоторые знаки прошлого. Их много. Как отмечают авторы, эти ссылки и на архетипы сакральной геометрии, мистерии египетских призматических пилонов, менгиров Стоунхенджа, греческих колонн, пластических и цветовых моделей супрематизма. И в тоже время, просматривалась главная привязанность к знаку – колонне, что может свидетельствовать о семантической общности башен-призм и исторического контекста.
• Здание операционного отделения управления Сбербанка России на Фурштадской ул., 5 (архитектурная мастерская «Студия 44», руководитель Н.И. Явейн).
Здесь пространство первого двора охвачено упрощенной гранитной колоннадой – явная ссылка на образы первичных археформ. Первоисточники определяют и композицию мансардных окон – это так называемые трилиты. А вот дворцовый вестибюль – это маленький брутальный причал Набережных Невы.
• Здание Бизнесцентра в 130-м квартале Невского проспекта (архитектурная мастерская М.А.Мамошина)
Спаренные цилиндрические колонны, несущие, как бы, разрушающийся антаблемент, наложены на остекленные плоскости фасада – символ непрерывности архитектурного процесса и его преемственности. В то же время, это явное творческое продолжение модернизированных ордеров И.А.Фомина.
7.4 Парадоксальный [6] контекстуальный историцизм
Характерен парадоксальным расширением смыслового содержания классицистического ордера, переведением его форм, как бы, в двоякофункционирующие элементы.
· Самый яркий пример подобного историцизма – Гостиничный комплекс Park inn (ул. Гончарная д.2, Невский пр., дом 91 (рис.8) – Генеральный проектировщик Архитектурное бюро «Студия 17».
Рис. 8. Гостиничный комплекс Park inn
ул. Гончарная д. 2, Невский пр., дом 91
Новый «ордер»: треугольные «эркеры–колонны», завершенные «фонарями-капителями» – несут небольшое, но существенное дополнение к внутреннему пространству гостиничных номеров, увеличивающее их визуальный комфорт. Такой «ордер» становится многозначным элементом. С одной стороны, это главный выразительный элемент фасадов, с другой – удачное конфигуративное расширение внутреннего пространства, увеличивающее связи «внутреннего» с «внешним».
Безусловно, фасадное решение, предложенное и реализованное «студией 17» – это интересный эксперимент, продолжающий новации выдающегося советского архитектора А.И. Гегелло (проект здания «Аркос» в Москве, 1924г.) и работ западного классициста Рикардо Бофилла (1980 г).
Современная контекстуальная архитектура, как творческое направление, не всегда в почете у некоторых архитекторов-новаторов, которые стремятся к овеществлению абсолютной новизны. Для них, как правило, – имидж архитектора определяется только новизной, изобретательством, движением вперед, а не использованием прошлого. Особенно неприемлем для радикальных новаторов и сам термин «историцизм», связанный с эклектизмом. Еще недавно он был ругательством, а для некоторых «теоретиков» – и сегодня остается ненавистным прошлым.
Между тем, контекстуальный историцизм конца ХХ – начала XXI веков - не повторение прошлого. Это новый уровень сочетания современных функциональных и технологических достижений со ссылками на художественно-обобщенные знаки прошлого. Такая архитектура включающего типа - огромный потенциал для реализации одной из радикальных тенденций современности – плюрализма, творческого разнообразия.
1 Контекстуализм как философия, зародившаяся в начале 1960-х годов в Корнельском университете, опирающаяся на исследования Камилло Зитте и на его идею о непрерывности урбанистического пространства. Контекстуализм был подхвачен и развит в 1970 – 1980 годы в трудах советских ученых А.В. Иконникова, В. Л. Глазычева, А.Э. Гутнова, А. Г. Раппопорта и других.
Контекстуализм требовал рассмотрения отдельных строений как частей единого целого. Для реализации этого лозунга контекстуализм выдвигал главное требование – необходимость соответствия новой формы сложившимуся контексту по размерам, конфигурации, цвету и структуре.
Это требование позднее деликатно уточнил известный идеолог постмодернизма Чарльз Дженке в своей книге «Язык архитектуры постмодернизма». Москва, 1965, (с.137). Он отметил: «Контекстуализм требует максимально чуткого вписывания нового объекта в среду города, рассматриваемую как содержательный текст» (с. 102(.
Это значит включение гового объекта в синтаксис этого текста, то есть в геометрию, а также в его слова, знаки и метафоры – носители «памяти места».
Что касается геометрии новой формы, то она регламентируется нормами, в том числе ПЗЗ. Сегодня это не проблема.
[2] Историцистский – то же самое, что и историзм.
[3] Ю. Курбатов. «Глубокое погружение в прошлое с проектом новой гостиницы на пл. Островского», - Ардис., 4 (28), 2005, с. 31
[4] Ольга Медок «Ностальгия по ренессансу», «Капитель» №5, 2009, с. 98.
[5] Из неопубликованного интервью, данного Михаилом Александровичем Мамошиным автору статьи, 10. VIII. 2005 г.
[6] Термин «парадоксальный» заимствован из монографии А.В. Иконникова «Историзм в архитектуре» М., Стройиздат, 1997, с. 423.
