Но желание "учиться и собирать материалы", а также систематизировать их возникало у деятелей русской науки задолго до работ проф. А.П. Богданова, и задолго до того, как были выработаны специальные методы антропологических исследований. В этой связи вспомним о приведенной ранее цитате про "покляповатые" носы и "широкие" плечи. Это фрагмент из анкеты, составленной В.Н. Татищевым в 1737 г. Его знаменитое "Предложение о сочинении истории и географии российской" содержит в себе первую (и не только в России) систематизированную программу описания Земли, содержащее около 200 вопросов по различным разделам географии, истории и, конечно, этнографии. В том числе указывается, что "при описании каждого народа состояние телес обсчественное нуждно описать", и говорится, как это сделать.
Существенным этапом на этом пути было начало исследования Сибири, Дальнего Востока и Северных территорий России. Следуя за В.Н. Татищевым, участник Великой Северной Экспедиции 1733-1743 гг. историк Г.Ф. Миллер разработал первую подробную анкету (фактически - антропологический бланк), содержавшую десятки вопросов: рост, телосложение, форма и цвет волос, цвет глаз, размеры и форма лица, носа, рта, подбородка, ушей, величина, посадка и цвет зубов и так далее. Большинство из этих признаков входит и в современные антропологические бланки, правда, в унифицированной форме.
Антропологические характеристики различных народов Российской империи продолжают поступать на протяжении XVIII-XIX вв. Среди них описания антропологического типа камчадалов, коряков и курильцев, разбросанные в этнографической монографии С.П. Крашенинникова ("Описание земли Камчатки", 1755 г.). Автор отмечает, например, что камчадалы "ростом низки, телом смуглы, не мохнаты, черноволосы, малобороды, лицом калмыковаты, с покляпыми носами...", курильцы "в телесном виде" резко от них отличны: "Сей народ ростом средней, волосом черен, лицем кругловат и смугол, но гораздо пригоже других народов. Бороды у них большие, окладистые, тело мохнатое...". Огромный материал был собран участниками академической экспедиции 1768-1774 гг. под руководством П.П. Палласа. В значительной степени сводкой накопленных этнографических и антропологических материалов явилось вышедшее в 1776-1777 гг. сочинение Георги "Описание всех в Российском государстве обитающих народов". Сведения эти не упорядочены, не приведены ещё в систему, а иногда и просто забавны, но представляют несомненный интерес и для современной науки.
В последние десятилетия XVIII в. были проведены русские экспедиции на Алеутские острова, Аляску, основаны русские поселения на Тихоокеанском побережье Северной Америки. Начиная с первого кругосветного плавания И.Ф. Крузенштерна и Ю.Ф. Лисянского (1803-1806 гг.), русские моряки совершили более 30 кругосветных путешествий, ознаменовавшихся не только важнейшими географическими открытиями, но и доставивших первые сведения о населении тихоокеанских островов. В трудах Ю.Ф. Лисянского, О.Е. Коцебу, В.М. Головнина, Ф.П. Литке и других русских мореплавателей заключены ценнейшие этнографические материалы и наряду с ними первые в науке описания физического типа многих народов.
В то время как накопление данных о физическом типе народов России и зарубежных стран шло параллельно с этнографическими исследованиями, другая область антропологии, трактующая вопросы происхождения человека и его места в системе животного мира, развивалась в связи с "натуральной историей".
Работы А.П. Протасова, С.Г. Забелина, А.М. Шумлянского, Д.И. Иванова и других русских анатомов еще в XVIII в. заложили прочные основы для развития отечественной анатомии. Представителем анатомии начала XIX в. был выдающийся анатом и физиолог П.А. Загорский - автор ряда тератологических исследований.
На русский язык переводились наиболее крупные произведения мировой естественноисторической литературы, например знаменитая "Естественная история" Ж. Бюффона, опубликованная в России в период с 1749 по 1804 гг. Ж. Бюффон, не отрицая возможности превращения одного вида в другой у животных, категорически отвергал мысль о связи человека с животным царством. Он подчеркивает огромную пропасть между человеком с его сложным душевным миром и прочими, лишенными разума, существами. Несмотря на авторитетность этого мнения, русский ученый А. Каверзнев в сочинения "О перерождении животных" (1775 г.) пытается доказать идею о родстве человека и приматов. Впервые такая мысль была полноправно оформлена в таксономических трудах К. Линнея (1707-1778) и работах Ж.Б. Ламарка (1774-1829).
Близкой идеи придерживался русский писатель и философ А.Н. Радищев, написавший в 1792-1796 гг. трактат "О человеке, о его смертности и бессмертии". "Паче всего сходственность человека примечательна с животными… Все органы, коими одарен человек, имеют и животные, разумея в назначенной их постепенности". Отмечая сходство с животными и указывая, что "нет в человеке, может быть, ни единый склонности, ни единый добродетели, коих бы сходственность в животных не находилося", А.Н. Радищев подчеркивает и отличия человека. Это, в первую очередь, прямохождение - "паче всего человека отличающее качество". "Широкая его ступня, большой у ноги палец и положение других с движущими ступню мышцами суть явное доказательство, что человек не пресмыкаться должен по земле, а смотреть за ее пределы". Важнейшей особенностью человека является лишь одному ему свойственная речь, " …ее пособию одолжен человек всеми своими изобретениями и своим совершенствованием…".
