Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


Ѕалладу о √алопе муссоре-маффике 9 страница




Ч Ѕыть может, Ч говорит он, Ч € обрежу тебе волосы. Ч ”лыбаетс€ √оттфриду. Ч Ѕыть может, его заставлю отрастить.

”нижение мальчику будет полезно каждое утро в казармах, выстроившихс€ в р€д за его батареей у Schußstelle [37] 3, где некогда с громом неслись лошади перед неистовыми, проигрывающими завсегдата€ми скачек прежнего мира, Ч смотров он раз за разом не проходит, однако его капитан прикрывает от армейской дисциплины. ¬место этого между стрельбами, днем ли, ночью, недосыпа€, в самое неурочное врем€ он претерпевает собственную Hexeszüchtigung [38] капитана. Ќо ей-то Ѕликеро обрезал волосы? Ётого она уже не помнит. «нает, что раз или два надевала мундиры √оттфрида (волосы, да, подбирала под его пилотку), при этом легко могла бы сойти за его двойника, такие ночи проводила Ђв клеткеї, поскольку правила устанавливал Ѕликеро, а √оттфриду следовало носить ее шелковые чулки, кружевной передник и колпак, весь ее атлас и органди с лентами. Ќо после он всегда должен возвращатьс€ в клетку. “ак положено. »х капитан не дозвол€ет никаких сомнений, кто из них, брат или сестра, на самом деле горнична€, а кто Ч гусь на откорме.

¬серьез ли она играет? ¬ завоеванной стране, в собственной оккупированной стране лучше, полагает она, вступить в некую формальную, осмысленную разновидность того, что снаружи происходит без вс€кой формы или пристойных ограничений днем и ночью, казни без суда и следстви€, облавы, избиени€, уловки, параной€, стыдЕ они между собой никогда открыто этого не обсуждают, но, похоже,  атье, √оттфрид и капитан Ѕликеро уговорились, что така€ северна€ и древн€€ форма, та, с которой они знакомы и с которой им удобно, Ч заблудившиес€ детишки, лесна€ ведьма в пр€ничном домике, пленение, откорм, ѕечь Ч будет их охранительной практикой, их убежищем от того снаружи, чего никто из них вынести не в силах: ¬ойны, абсолютной власти случа€, их собственных жалких обсто€тельств здесь, посреди всегоЕ

ƒаже внутри, в домике Ч небезопасноЕ почти каждый день ракета дает осечку. ¬ конце окт€бр€ недалеко от этого поместь€ одна рухнула обратно и взорвалась, унес€ жизни 12 человек из бригады наземного обслуживани€, выбив стекла в домах на сотни метров вокруг, включа€ западное окно гостиной, где  атье впервые увидела своего золотого брата по игре. ќфициальные слухи утверждали, что взорвались одно лишь топливо и окислитель. Ќо капитан Ѕликеро с трепетом Ч надо сказать, нигилистического Ч удовольстви€ сообщил, что аматоловый зар€д боеголовки тоже взорвалс€, поэтому дл€ них что пускова€ площадка, что мишень Ч все единоЕ » все они обречены. ƒомик стоит к западу от ипподрома ƒЄйндигт, совсем в другую от Ћондона сторону, только никакой пеленг не спасает Ч ракеты, сбрендив, часто поворачивают произвольно, кошмарно ржут в небесах, разворачиваютс€ в другую сторону и падают по прихоти собственного безуми€, столь недостижимого и, есть опасени€, неизлечимого. ≈сли врем€ есть, хоз€ева их уничтожают Ч по радио, посреди судороги. ћежду ракетными запусками Ч английские налеты.  огда приходит пора ужинать, низко над темным морем с ревом пронос€тс€ Ђспитфайрыї, запина€сь, включаютс€ городские прожекторы, высоко в небе над мокрыми железными скамейками в парках повисает послеплач сирен, оруди€ ѕ¬ќ пыхт€т, шар€т, а бомбы падают в рощи, на польдер, среди низин, где, как считают, расквартированы ракетные войска.

Ётим к игре прибавл€етс€ оттенок, слегка мен€ющий тембр. Ёто она,  атье, в некий неопределенный миг будущего должна впихнуть ¬едьму в ѕечь, уготованную √оттфриду. ѕоэтому капитану не следует исключать возможности того, что  атье Ч взаправду английска€ шпионка или голландска€ подпольщица. Ќесмотр€ на все старани€ немцев, из √олландии пр€мо в  омандование бомбардировочной авиации  оролевских ¬¬— по-прежнему неубывающим потоком текут разведданные, что повествуют о развертывании частей, пут€х снабжени€, о том, в какой темно-зеленой древесной куще может располагатьс€ установка A4: данные мен€ютс€ с каждым часом, настолько мобильны ракеты и их вспомогательное оборудование. Ќо Ђспитфайрамї хватит и электростанции, и склада жидкого кислорода, и квартиры командира батареиЕ вот занимательный вопрос. —очтет ли  атье свои об€зательства недействительными, однажды вызвав английские истребители-бомбардировщики на этот самый домик, свою тюрьму понарошку, хоть это и значит смерть?  апитан Ѕликеро в сем вовсе не уверен. ƒо некоторого предела эта мука восхищает его. —амо собой, послужной список  атье у людей ћуссерта безупречен, у нее на счету минимум три вынюханных криптоеврейских семейства, она преданно ходит на собрани€, работает на курорте люфтваффе под —хевенингеном, где начальство хвалит ее за исполнительность и бодрость духа, от работы не увиливает. ƒа и не пользуетс€, как многие сейчас, партийным рвением, дабы прикрыть нехватку способностей. Ѕыть может, лишь одна тень сомнень€: преданность ее холодна. ѕохоже, у нее кака€-то сво€ причина состо€ть в ѕартии. ∆енщина с математическим образованием Ч и с причинамиЕ Ђ∆ди ѕревращень€, Ч говорил –ильке, Ч ќ, пусть увлечет теб€ ѕлам€!ї[39]Ћавру, соловью, ветру Ч жела€ его, отдатьс€, объ€ть, пасть в плам€, что растет, заполн€€ собою все чувства иЕ не любить, ибо уже невозможно действоватьЕ но беспомощно пребывать в состо€нье любвиЕ

Ќо не  атье Ч тут никакого рывка мотылька. Ѕликеро вынужден заключить, что втайне она страшитс€ ѕревращень€, вместо него предпочита€ лишь банально подправл€ть наималейшие пуст€ки, узоры и покровы, не заход€ далее расчетливого трансвестизма Ч не только в одежде √оттфрида, но и в обычной мазохистской униформе, нар€де французской горничной, столь неподобающем ее высокой, длинноногой походке, ее светлым волосам, ее ищущим плечам, что как крыль€, Ч она в это играет толькоЕ играет в игру.

ќн ничего не может сделать. ѕосреди умирающего –ейха, с приказами, недействительными до бумажного бессиль€, Ч она так ему нужна, нужен √оттфрид, ремни и хлысты из кожи, ощутимые в руках, что еще способны ощущать, ее вскрики, красные рубцы на €годицах мальчика, их рты, его пенис, пальцы на руках и ногах Ч за всю зиму лишь в них уверенность, лишь на них можно рассчитывать: причин он вам не приведет, но в душе верит Ч хоть теперь, наверное, лишь формально Ч в эту, из всех разновидностей Märchen und Sagen [40], верит, что сохранитс€ заколдованный домик в лесу, ни одна бомба не упадет на него случайно, а лишь по предательству, только если  атье и впр€мь наводчица англичан и подманит их, Ч а он знает, что она так не может; что неким волшебством, под костным резонансом любых слов британский налет Ч единственна€ запретна€ разновидность всех возможных толчков сзади, в железное и окончательное лето ѕечи. ќна придет, придет, эта —удьбаЕ не так Ч но придетЕ Und nicht einmal sein Schritt klingt aus dem tonlosen Los [41]Е »з всей поэзии –ильке Ђƒес€тую элегиюї он любит особенно, чувствует, как горькое пиво “омлень€ начинает пощипывать в глазах и носу при воспоминанье о любом отрывке изЕ юный мертвец, обн€вшись со своею ∆алобой, своим последним св€зующим звеном, отринув ныне даже ее условно человеческое касанье навеки, взбираетс€ совершенно один, смертельно один все выше и выше в горы первобытного —традань€, а над головой Ч неистово чуждые созвездь€Е ЂЎаг беззвучен его. » не слышно —удьбыЕї Ёто он, Ѕликеро, взбираетс€ в гору, взбираетс€ уже почти 20 лет, с тех пор когда еще не возжег в себе плам€ –ейха, еще с «юдвестаЕ один.  ака€ бы плоть ни утол€ла ¬едьму, каннибала и колдуна, какие бы цветущие оруди€ —традань€ Ч один, один. ¬едьму он даже не знает, не способен постичь тот голод, который определ€ет его/ее, только в минуты слабости его ошеломл€ет, как голод сей может существовать в том же теле, что и он сам. јтлет и его уменье, отдельные осознань€Е ћолодой –ауандель, по крайней мере, так сказалЕ за столько лет до войныЕ Ѕликеро наблюдал за своим молодым другом (даже тогда уже столь вопиюще, столь жалко обреченным на некую разновидность ¬осточного фронта) в баре, на улице, как бы плохо ни сидел на том узкий костюм, как бы ни разваливались башмаки: он красиво реагировал на футбольный м€ч, который шутники, признав его, вбрасывали откуда ни попад€, Ч бессмертные фортели! импровизированный пинок, так невозможно высоко, такой совершенной параболой, м€ч взмывает на мили, чтобы пролететь в аккурат меж двух высоких фаллических электрических пилонов кинотеатра Ђ”фаї на ‘ридрихштрассеЕ головой он мог держать его кварталами, часами, а ноги красноречивы, словно поэзи€Е ќднако он лишь качал головой, раз спрашивают Ч надо уважить, но не в состо€нии из себ€ выдавитьЕ ЂЁтоЕ так бываетЕ мускулы самиЕ Ч затем припомнив слова старого тренера: Ч Ёто мускульное, Ч очаровательно улыбнувшись и уже самим этим действием мобилизован, уже пушечное м€со, бледный барный свет в дифракционной решетке его бритой головы: Ч –ефлексы, видите лиЕ Ёто не €Е Ёто всего лишь рефлексыї.  огда же среди тех дней дл€ Ѕликеро все стало превращатьс€ из похоти в простое сожаленье, тупое, как изумление –ауандел€ собственному таланту? ќн повидал уже столько этих –ауанделей, особенно после 39-го, они укрывали таких же таинственных гостей, посторонних, часто не диковиннее дара всегда оказыватьс€ там, куда снар€ды неЕ кто-нибудь из них, из этого сырь€, Ђждет ѕревращень€ї? ќни вообще в курсе? ≈му сомнительноЕ ѕользуютс€ лишь их рефлексами, по сотне тыс€ч за раз, другие пользуютс€ Ч королевские мотыльки, увлеченные ѕламенем. ”же много лет назад Ѕликеро утратил вс€кую невинность по этому вопросу. »так, —удьба его Ч ѕечь; а заблудившиес€ детишки, которые так ничего и не пон€ли и ничего не смен€т, кроме униформы и удостоверений личности, будут жить и процветать еще долго после газов его и угольков, после вылета его в трубу. “ак, так. ¬андерфогель[42]в горах —традань€. ƒлитс€ уж очень долго, он выбрал игру, считай, лишь ради того конца, что она ему принесет, nicht wahr? [43] нынче слишком стар, гриппы все больше зат€гиваютс€, желудок слишком часто мучаетс€ дн€ми напролет, глаза слепнут соразмерно каждому медосмотру, он слишком Ђреалистї и вр€д ли предпочтет геройскую смерть или даже солдатскую. ≈му сейчас хочетс€ одного Ч выйти из зимы, оказатьс€ в тепле ѕечи, в ее тьме, в ее стальном укрытии, чтоб дверь за ним Ч сужающимс€ пр€моугольником кухонного света, что л€згает гонгом, закрыва€сь навеки. ƒальнейшее Ч прелюди€ к акту.

ќднако ему не все равно Ч небезразличнее, чем следует, и ему это удивительно, Ч как там с детьми, как с их мотивами. ќни ищут свободы, соображает он, том€сь, как он по ѕечи, Ч и така€ извращенность преследует его и угнетаетЕ он вновь и вновь возвращаетс€ к опустению и бессмысленному образу того, что было домиком в лесу, а ныне обратилось в крошки и потеки сахара, осталась лишь черна€ неукротима€ ѕечь да двое детей, рывок при€тной энергии уже позади, вновь голодно, убредают в зеленую черноту деревЕ  уда пойдут они, где укроют ночи? ƒетска€ недальновидностьЕ и гражданский парадокс этого их ћаленького √осударства, коего основани€ Ч в той же ѕечи, что неизбежно его уничтожитЕ

Ќо вс€кий истинный бог должен быть как устроителем, так и разрушителем. ќн, взращенный в христианской среде, затрудн€лс€ это пон€ть, пока не совершил путешестви€ на «юдвест, Ч до своего африканского завоевань€. —реди наждачных костров  алахари, под широкими листами прибрежного неба, огн€ и воды Ч он училс€. ћальчик гереро, давно истерзанный миссионерами до ужаса пред христианскими грехами, шакальими призраками, могучими европейскими полосатыми гиенами, что преследуют его, стрем€сь отпировать его душою, тем драгоценным черв€ком, что жил в его позвоночнике, нынче пыталс€ заловить своих старых богов в клетку, в силки слов, выдать их Ч диких, парализованных Ч этому ученому белому, который, похоже, так влюблен в €зык. “аскает с собой в вещмешке Ђƒуинские элегииї, только что отпечатанные, когда отправилс€ на «юдвест, материн подарок у трапа, запах свежей типографской краски пь€нил его ночи, пока старый сухогруз вспарывал тропик за тропикомЕ пока созвезди€ Ч новые звезды страны —традань€ Ч не стали уж совсем незнакомыми, а земные времена года не перевернулись вверх тормашкамиЕ и он не высадилс€ на берег из высоконосой дерев€нной лодки, что 20 годами ранее доставл€ла синештанные войска с железного рейда на подавленье великого ¬осстани€ √ереро. ƒабы найти в глубине суши, среди расколотых гор между Ќамибом и  алахари своего верного аборигена, свой ночной цветок.

Ќепроходимые пустоши скал, опал€емые солнцемЕ многие мили каньонов, что вьютс€ в никуда, на дне занесены белым песком, что с удлиненьем дн€ обращаетс€ в холодную королевскую голубизнуЕ ћы теперь сделаем Ќджамби  арунга, omuhona [44] Е Ч шепот из-за гор€щих веток терновника, где немец тонкой своей книжицей разгон€ет энергии, скопившиес€ за кругом огн€ от костра. ќн тревожно поднимает голову. ћальчику хочетс€ ебатьс€, но он называет герерское им€ бога. Ќеобычайна€ дрожь охватывает белого человека. ќн, подобно –ейнскому миссионерскому обществу, что развратило этого мальчика, верит в св€тотатство. ќсобенно здесь, в пустыне, где опасности, кои он не может заставить себ€ поименовать даже в городах, даже при свете дн€, сбираютс€ вокруг, сложив крыль€, €годицами каса€сь холодного песка, ждутЕ —егодн€ вечером он чувствует мощь каждого слова: слова Ч лишь в одном взмахе ресниц от ими обозначаемого. ќпасность отпидарасить мальчика в отзвуках св€того »мени наполн€ет его похотью безумно, похотью пред ликом Ч маской Ч мгновенного талиона из-за круга костраЕ но дл€ мальчика Ќджамби  арунга Ч то, что бывает, когда они совокупл€ютс€, только и всего: бог Ч создатель и разрушитель, солнце и тьма, все пары противоположностей, сведенных воедино, включа€ черное и белое, мужское и женскоеЕ и он в невинности своей становитс€ чадом Ќджамби  арунги (как и все в его недошедшем клане, неумолимо, за пределами их истории) здесь, под европейским потом, ребрами, нутр€ными мускулами, хуем (а у мальчика, по видимости, мускулы остаютс€ €ростно тугими, по многу часов, будто он нацелен убивать, но Ч ни слова, лишь долгие, клонические, толстые ломти ночи, что проход€т над их телами).

„то € вывел из него?  апитан Ѕликеро знает, что африканец в данный момент где-то посреди √ермании, в глубине √арца, и что, случись ѕечи этой зимой за ним захлопнутьс€, они уже сказали auf Wiedersehen [45] в последний раз. ќн сидит, в желудке Ч мурашки, железы нафаршированы недомоганьем, склонилс€ над пультом в забрызганном маскировочной краской автомобиле управлени€ пуском. —ержанты с панелей двигател€ и рулевого управлени€ вышли перекурить Ч он в ѕ”ѕе[46]один. ¬ гр€зном перископе заскорузлый туман снаружи отрываетс€ клочь€ми от €ркой зоны изморози, что бандажом опо€сывает вздыбленную и призрачную ракету там, где перезар€жаетс€ бак с жидким кислородом. “есн€тс€ деревь€ Ч п€тачка неба над головой едва хватит дл€ взлета ракеты. Bodenplatte [47] Ч бетонна€ плита, уложенна€ на стальные полосы, Ч располагаетс€ на участке, обозначенном трем€ деревь€ми, и триангулирована так, чтобы давать точный пеленг, 260∞, на Ћондон. ѕри разметке используетс€ символ Ч груба€ мандала, красный круг с жирным черным крестом внутри Ч в нем узнаетс€ древний коловорот, из которого, как утверждает традици€, первохристиане выломали свастику, дабы замаскировать свой незаконный символ. ¬ дерево, в центр креста вогнаны два гвозд€. –€дом с одним знаком разметки, нарисованным краской, тем, что западнее прочих, кто-то на коре выцарапал острием штыка слова IN Ќќ— SIGNO VINCES [48]. Ќикто на батарее в соде€нном не признаЄтс€. ¬озможно, дело рук ѕодполь€. Ќо убрать надпись никто не приказывал. ¬округ Bodenplatte подмигивают бледно-желтые верхушки пней, свежа€ щепа и опилки мешаютс€ с палыми листь€ми постарше. «апах Ч детский, глубокий Ч перебиваетс€ вонью топлива и спирта. —обираетс€ дождь, а то и снег сегодн€ грозит. –асчеты нервно мельтешат серо-зеленым. Ѕлест€щие черные кабели из каучука уползают в лес, подсоедин€€ наземное оборудование к голландской энергосети на 380 вольт. Erwartung [49] Е

ѕочему-то в эти дни ему труднее вспоминать. Ќечто мутное от гр€зи, в оправе призм, ритуал, каждодневный повтор на этих только что расчищенных треугольниках в лесах, преодолело то, что раньше было бесцельной прогулкой пам€ти, ее невинным сбором образов. ¬ремени, проводимого им не здесь, с  атье и √оттфридом, становитс€ тем меньше, и оно тем драгоценнее, чем энергичнее темп пусков. ’от€ мальчик служит в подразделении Ѕликеро, капитан почти не видит его на службе Ч вспышку золота, что помогает маркшейдерам отмерить километры до передающей станции, угасающа€ €ркость его волос на ветру исчезает в чащеЕ  ака€ странна€ противоположность африканцу Ч цветной негатив, желтый и голубой.  апитан в некоем сентиментальном избытке чувств, в каком-то предзнании дал своему африканскому мальчику им€ ЂЁнцианї Ч в честь горной горечавки нордической расцветки у –ильке, принесенной в долину чистым словом:

 

Bringt doch der Wanderer auch vom Hange des Bergrands

nicht eine Hand voll Erde ins Tal, die Allen unsägliche, sondern

ein erworbenes Wort, reines, den gelben und blaun

Enzian [50].

 

Ч ќмухонаЕ ѕосмотри на мен€. я красный и бурыйЕ черный, омухонаЕ

Ч Liebchen [51], это друга€ половина земли. ¬ √ермании ты был бы желтым и голубым.

«еркальна€ метафизика. «ачаровал себ€ тем, что воображал элегантностью, своими книжными симметричност€миЕ » все же к чему так бесцельно говорить с иссохшими горами, с жаром дн€, с дикарским цветком, из коего он пил Ч столь нескончаемоЕ к чему тер€ть эти слова в мираже, в желтом солнце и леден€щих голубых тен€х ложбин, если это не пророчество Ч за всем предбедственным синдромом, за ужасом созерцани€ его подступающей старости, хоть и сколь угодно мимолетного, сколь ни иллюзорен шанс какого бы то ни было Ђобеспечени€ї, Ч за этим нечто вздымаетс€, шевелитс€, навечно ниже, навечно прежде его слов, нечто, стало быть, способное разгл€деть подступающее ужасное врем€, по меньшей мере столь же ужасное, как эта зима и тот облик, что ныне прин€ла ¬ойна, форму, котора€ неизбежно задает очертани€ последнего куска головоломки: этой игры в ѕечь с желтоволосым и голубоглазым юношей и безмолвным дубль-гангером  атье (кто был ее противной стороной на «юдвесте? кака€ черна€ девушка, им так и не увиденна€, вечно таилась под ослепл€ющим солнцем, в сиплом грохоте извергающих золу поездов по ночам, в темных созвезди€х, коим никто, никакой анти-–ильке не дал именЕ) Ч но в 1944-м уже было слишком поздно, уже не важно. ¬се эти симметричности Ч предвоенна€ роскошь. Ќечего ему уже пророчить.

» менее всего Ч ее внезапный выход из игры. ≈динственную вариацию, которой он не учел, быть может, и впр€мь из-за того, что так и не увидел черную девушку. Ѕыть может, черна€ девушка Ч гений мегарешений: опрокинуть шахматную доску, пристрелить судью. Ќо после ранени€, поломки Ч что станетс€ с маленьким государством ѕечи? Ќельз€ ли его починить? Ѕыть может, нова€ форма, более подобающа€Е лучник и его сын, и выстрел в €блочкоЕ да, и сама ¬ойна Ч как король-тиранЕ игру еще можно спасти, правда? подлатать, переназначить роли, не нужно спешить наружу, гдеЕ

√оттфрид из своей клетки смотрит, как она выскальзывает из пут и уходит. Ѕелокурый и стройный, волоски у него на ногах видны только при солнечном свете, да и то лишь тонкой невесомой сетью золота, веки уже собираютс€ причудливыми юно/старыми отметами морщинок, росчерками, глаза редкой голубизны, что в определенные дни, в пандан погоде Ч чересчур дл€ этого миндального окоема и переполн€етс€, сочитс€, вытекает, освеща€ все лицо мальчика девственной синевой, синевой утопленника, той синевой, что так ненасытимо впитываетс€ в известковые стены средиземноморских улочек, по которым мы спокойно крутили педали полудн€ми старого мираЕ ќн не может ее остановить. ≈сли капитан спросит, он расскажет, что видел. √оттфрид уже замечал, как она ускользала наружу, и ход€т слухи, что она с ѕодпольем, что у них любовь с пилотом Ђштукиї, которого она встретила в —хевенингенеЕ Ќо наверн€ка она и капитана Ѕликеро любит. √оттфрид именует себ€ пассивным наблюдателем. ќн дожидалс€, пока его нагон€т нынешний возраст и призывна€ повестка, с бесстыдным ужасом, будто наблюдал за стремительным налетом поворота, в который намерен впервые вписатьс€ контролируемым юзом, бери мен€, наращива€ скорость до наипоследнейшего возможного мгновень€, бери мен€ Ч вот его единственна€ молитва на добрую ночь. “а опасность, что ему, полагает он, потребна, дл€ него все еще вымышлена: из того, с чем он флиртует и дразнитс€, смерть Ч не реальный выход, герой всегда шагнет из эпицентра взрыва, с копотью на лице, но и с ухмылкой: бабах Ч это просто шум и перемена, пригнись, чтоб не задело. √оттфрид еще не видел жмурика Ч близко, во вс€ком случае. »з дому врем€ от времени пишут, что погибли его друзь€, он наблюдал, как вдали в €довитую серость грузовиков забрасывают длинные в€лые брезентовые мешки и фары прорезают дымкуЕ но когда ракеты подвод€т и пытаютс€ завалитьс€ на теб€, который их пускал, и дюжина вас вжимаетс€, тела сбиты вместе в щели, ждут, сплошь провон€вша€ потом шерсть, и ты напр€жен от сдерживаемого смеха, думаешь только: вот расскажу в столовой, вот напишу Muttr [52] Е Ёти ракеты Ч его домашние зверюшки, едва прирученные, часто с ними хлопотно, всЄ в лес смотр€т. ќн любит их, как любил бы лошадей или Ђтигрыї, выпади ему служить где-нибудь еще.

«десь он чувствует себ€ вз€тым, поистине в своей тарелке. Ќа что бы он наде€лс€ без ¬ойны? Ќо участвовать в такой авантюреЕ Ђ≈сли не можешь петь «игфрида, уж копье таскать ты способенї. Ќа каком горном склоне, от чьего продубленного и обожаемого лица он это слышал? ќн помнит лишь белый подъем, стеганые луга, где толп€тс€ облакаЕ Ќынче он постигает ремесло, ухаживает за ракетами, а когда ¬ойна окончитс€, пойдет учитьс€ на инженера. ќн понимает, что Ѕликеро погибнет или уедет, а он сам выйдет из клетки. Ќо √оттфрид св€зывает это с концом ¬ойны, не с ѕечью. ќн, как и все, знает, что пойманных детей всегда освобождают в миг наивысшей опасности. ≈бл€, солена€ длина капитанского усталого и часто бессильного пениса, что вталкиваетс€ ему в покорный рот, жгучие порки, отраженье его лица при целовании капитанских сапог, чей блеск крапчат, разъеден тавотом от подшипников, смазкой, спиртом, пролитым при заправке, темнит его лицо до неузнаваемости, Ч все это необходимо, из-за этого его плен особ, а иначе едва ли отличалс€ бы от армейского удушень€, армейского подавлень€. ≈му стыдно, что все это ему так нравитс€: от слова бикса, произнесенного особым тоном, у него эрекци€, которую не подавить силой воли, Ч он боитс€, что, даже если на самом деле его не осуд€т и не прокл€нут, он уже сп€тил. ¬с€ батаре€ знает об их уговоре: хоть капитану они и повинуютс€, это видно по лицам, чувствуетс€ в дрожи нат€нутых стальных рулеток, выплескиваетс€ ему на поднос в столовой, локтем толкаетс€ ему в правый рукав на каждом построении взвода. ¬ эти дни ему часто снитс€ очень бледна€ женщина, котора€ хочет его, котора€ никогда ничего не говорит, Ч но абсолютна€ уверенность в ее глазахЕ его жутка€ убежденность, что она, знаменитость, которую все узнают с первого взгл€да, его знает и ей вовсе не нужно с ним заговаривать, хватит и лицом подманить, по ночам подбрасывает его, дрожащего, на койке, а изможденное лицо капитана лишь в нескольких дюймах м€того серебр€ного шелка, слабый взор уставлен в его глаза, щетина, о которую ему вдруг нужно потеретьс€ щекой, всхлипыва€, пыта€сь рассказать, кака€ она была, как она смотрела на негоЕ

 апитан, конечно, видел ее. ƒа и кто ее не видел? ≈го представление об утешении Ч сказать ребенку:

Ч ќна реальна€. — этим ничего не поделаешь. ѕойми, она хочет теб€ заиметь. Ѕез толку просыпатьс€ с вопл€ми и будить тем самым мен€.

Ч Ќо если она вернетс€Е

Ч —дайс€, √оттфрид. ”ступи во всем. ѕосмотри, куда она теб€ заведет. ¬спомни первый раз, когда € теб€ ебал.  акой ты был тугой. ѕока не пон€л, что € намерен кончить внутрь. “вой маленький розовый бутон расцвел. “ебе нечего было тер€ть, к тому времени Ч даже невинности губЕ

Ќо мальчик все плачет. ≈му не поможет  атье. Ќаверное, она спит. — ней никогда не поймешь. ќн хочет быть ей другом, но они почти не разговаривают. ќна холодна, таинственна, он ее иногда ревнует, а иногда Ч обычно если ему хочетс€ ее выебать, а из-за какой-нибудь хитроумной уловки капитана нельз€, Ч тогда ему чудитс€, будто он любит ее до отча€ни€. ¬ отличие от капитана, он не видит в ней верную сестру, котора€ освободит его из клетки. ќн грезит о таком освобожденье Ч но как о темном внешнем ѕроцессе, что случитс€, чего бы кто бы из них ни хотел. ”йдет она или останетс€. ѕоэтому, когда  атье навсегда бросает игру, он молчит.

Ѕликеро ее проклинает. Ўвыр€ет сапожную колодку в драгоценного “ерборха. Ѕомбы падают к западу, в Haagsche Bosch [53]. ƒует ветер, пуска€ р€бь по декоративным прудам. –ычат штабные машины, отъезжа€ по длинной дорожке, обсаженной буками. Ћунный серп си€ет в дымчатых облаках, его темна€ половина Ч цвета заветренного м€са. Ѕликеро приказывает всем спуститьс€ в укрытие Ч подвал с джином в бурых глин€ных бутыл€х, с решетчатыми €щиками, где луковицы анемонов. Ўлюха подвела батарею под перекрестье британского прицела, налет может начатьс€ в любую минуту! ¬се сид€т и пьют oude genever [54], счищают шкурки с сыров. “рав€т байки, по большей части Ч смешные, довоенные.   рассвету все уже напились и сп€т. ѕотеки воска набросаны на пол, как пала€ листва. Ђ—питфайрыї не прилетели. Ќо ближе к полудню Schußstelle 3 передислоцируют и реквизированный домик бросают. ј ее нет. ѕерешла на английские позиции, на том выступе, где велика€ воздушно-десантна€ авантюра зав€зла на всю зиму, в сапогах √оттфрида и старом платье, черный муар, ниже колена, на размер больше, убогонькое. ≈е последний маскарад. ќтныне она будет  атье. ќсталс€ лишь долг капитану јпереткину. ¬се прочие Ч ѕит, ¬им, Ѕарабанщик, »ндеец Ч ее покинули. Ѕросили подыхать. »ли же это ее предостереженье оЕ

Ч ѕрости, но нет Ч пул€ нам нужна, Ч лицо ¬има в тени, которую не пробить ее взгл€ду, с горечью шепчет под пирсом —хевенингена, драна€ поступь толпы по доскам над головой, Ч кажда€, бл€дь, пул€, до единой. Ќам нужна тишина. » мы не можем никого отр€дить, чтоб избавилс€ от тела. я и так потратил на теб€ п€ть минутЕ Ч поэтому он заполнит их последнюю встречу техническими делами, в которых она уже не сможет участвовать.  огда она озираетс€, его нет, исчез партизански бесшумно, и ей никак не удаетс€ примирить это с тем, каково ему некоторое врем€ было в прошлом году под прохладной синелью, в те дни, когда у него еще не было столько мускулов, шрамов на плече и бедре, Ч поздний цветик, неприсоединившийс€, которого в конце концов выманили за порог, но она его любила и раньшеЕ наверн€каЕ

“еперь она дл€ них ничего не стоит. »м нужна была Schußstelle 3. ¬се остальное она им дала, вот только все врем€ находила причины не указывать точно капитанскую ракетную установку, и теперь уже слишком велики сомнень€, хороши ли эти причины были. Ёто правда Ч установка часто перемещалась. Ќо еще ближе к прин€тию решений ее разместить все равно бы не удалось: это ее бесстрастное лицо служанки нависало над их шнапсами и сигарами, картами в кофейных кругах на низких столиках, кремовыми бумагами, проштампованными фиолетом, точно син€ки на теле. ¬им и прочие вложили врем€ и жизни Ч три еврейские семьи угнаны на ¬осток, Ч но погоди, она ведь это больше чем уравновесила, правда же, за те мес€цы в —хевенингене? ќни были детками, невротиками, одинокими, и летчики, и наземные бригады, все любили поговорить, и она переправила через —еверное море кто знает сколько пачек —овершенно —екретных копирок, правда же, номера эскадрилий, пункты дозаправок, противоштопорные методики и радиусы поворота, радиоканалы, секторы, схемы движени€ Ч правда? „его еще им надо? ќна серьезно спрашивает, будто между информацией и жизн€ми существует реальный коэффициент пересчета. “ак вот, как ни странно, он есть. «аписан в –уководстве, хранитс€ в ¬оенном министерстве. Ќе забывай, подлинный смысл ¬ойны Ч купл€-продажа. ”бийство и насилие Ч саморегул€ци€, их можно доверить и непрофессионалам. ћассова€ природа смерти в военное врем€ полезна по-вс€кому. —лужит зрелищем, отвлекает от подлинных движений ¬ойны. ѕредоставл€ет сырье дл€ записи в јнналы, дабы можно было учить детей »стории как секвенци€м насили€, одна битва за другой, Ч так они успешнее подготов€тс€ к взрослой жизни. Ћучше всего: массова€ смерть Ч стимул дл€ обычного народа, дл€ людишек, брать-хватать кусок этого ѕирога, пока они еще живы и могут его слопать. »стинна€ война Ч триумф рынков. ѕовсюду всплывают натуральные рынки, тщательно выделанные профессионалами под Ђчерныеї. ќккупационные деньги, стерлинги, рейхсмарки продолжают обращатьс€ Ч строгие, как классический балет, Ч внутри своих стерильных мраморных хором. ј тут, снаружи, внизу, в народе к жизни вызываютс€ валюты поистиннее. Ќу вот Ч евреи оборотны. ќборотны, как сигарета, пизда или батончики Ђ’ершиї.  роме того, евреи несут в себе элемент вины, будущего шантажа, который работает, ессессно, в пользу профессионалов. » вот  атье вопит во всю глотку в безмолвие, в —еверное море надежд, а ѕират јпереткин, знакомый с нею по торопливым встречам Ч на городских площад€х, что умудр€ютс€ гл€деть казармами и душить клаустрофобией, под сенью темных хвойных запахов лестничных пролетов, крутых, как стрем€нки, на кэте у замасленной набережной, и сверху таращатс€ кошачьи €нтарные глаза, в старом ∆илом квартале, где дождь на дворе и по пыльной комнате разбросан громоздкий древний Ђшварцлозеї, разобранный до коленно-рычажного механизма и масл€ного насоса, Ч он видел ее вс€кий раз как лицо, место которому среди тех, кого он знает лучше, на кромке вс€кого предпри€ти€, теперь же, лицом к этому лицу вне контекста, неохватное небо, все в морских облаках, „то движутс€ походным маршем, высокие и пышные, за ее спиной, подмечает опасность в ее одиночестве, осознает, что никогда не слышал ее имени Ч до самой встречи у мельницы, известной под названием ЂјнгелїЕ





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2016-11-20; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 365 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

Ќе будет большим злом, если студент впадет в заблуждение; если же ошибаютс€ великие умы, мир дорого оплачивает их ошибки. © Ќикола “есла
==> читать все изречени€...

750 - | 590 -


© 2015-2023 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.021 с.