— Геронда, что такое божественное утешение?
— Что такое божественное утешение? Чтобы вы лучше поняли это, приведу один пример. Скажем, ребенок портит недорогую вещь, к примеру, ломает какой-нибудь инструмент отца, а потом расстраивается и плачет, потому что нанесенный им вред считает очень большим. Однако, чем безутешней он плачет, сознавая, что он причинил вред, и страдает, тем больше отец ласкает и утешает его: "Ничего страшного, детонька моя, не расстраивайся; невелика беда — мы купим новый инструмент". Однако ребенок, видя нежную отцовскую любовь, от любочестия плачет еще безутешней. "Я не могу не расстраиваться, — говорит он сквозь слезы. — Как раз сейчас нам понадобился этот инструмент, а я его сломал". "Детонька моя, — снова утешает его отец, — ничего страшного, этот инструмент был старым". Однако ребенок продолжает расстраиваться. И чем больше он расстраивается, тем больше отец сжимает его в своих объятиях, целует и ласкает его. Таким же образом, чем больше страдает и печалится человек за свою греховность или за свою неблагодарность Богу, любочестно плача о том, что своими грехами он огорчил Бога — Своего Отца, тем большим божественным радованием воздает ему Бог и тем больше услаждает его внутренне. Хотя в печали такого человека присутствует боль, однако в ней есть надежда и утешение.
Однако тот, кто хочет получить божественное утешение, об утешении просить не должен. Такой человек должен прочувствовать свой грех, покаяться в нем, и тогда божественное утешение придет само собой. Как-то на Святой Горе возник один соблазн и некоторые монахи подмочили свою репутацию. Один из них, случайно встретив меня, стал говорить: "Ах, как же я хотел тебя увидеть, чтобы ты меня утешил". Он хотел, чтобы я утешил его, потому что ему задали хорошую трепку! И надо признать, что тот, кто задал ему эту трепку, правильно сделал! Я слушал этого монаха с большим удивлением. Быть виноватым и при этом просить утешения! Если бы, не прося утешения, он смирялся и говорил: "Я согрешил, Боже мой", то божественное утешение появилось бы у него внутри. Однако, будучи виноватым, он хотел, чтобы я сказал ему что-нибудь вроде: "Ничего страшного, не волнуйся, ведь твоя вина не так уж велика. К тому же виноват не ты один, виноваты и другие". Ну, скажите, пожалуйста, что это за утешение? Это не утешение, а насмешка. Божественное утешение приходит от покаяния.
— Геронда, а когда после греховного падения человек пребывает в покаянии, однако одновременно чувствует душевный и телесный надлом, это значит, что его покаяние неправильное?
— В первый день душевный и телесный надлом оправдан. Однако если у этого человека есть настоящее покаяние, то он, переживая внутреннюю скорбь и боль, при этом испытывает и божественное утешение.
— Да, но ведь и греха своего он тоже не забывает?
— Да, греха своего он не забывает. Такой человек скорбит и утешается, скорбит и утешается. Он наносит себе удар за совершенный грех, и Бог его ласково гладит, он опять бьет себя, и Бог опять гладит его... Это и есть покаяние, которое приносит человеку божественное утешение.
