Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


‘илософи€ €зыка “рактата: логика €зыка versus логика мышлени€




Ћогико-философский трактат создавалс€ с 1914 по 1918 год. ≈го созданию сопутствовали обсто€тельства, о которых нельз€ не упом€нуть, поскольку они, веро€тно, сказались на содержании. Ћетом 1914 года началась ѕерва€ мирова€ война, и ¬итгенштейн добровольцем вступил в австро-венгерскую армию. Ѕольшую часть времени он провел на ¬осточном фронте. ¬ 1918 году его перебросили на ёжный фронт, где после развала австро-венгерской армии он был вз€т в плен италь€нцами. ѕочти год ¬итгенштейн провел в плену, большую часть времени в лагере в ћонте- асино (ёжна€ »тали€). «десь он и закончил Ћ‘“. Ќа прот€жении всего пребывани€ на фронте, несмотр€ на экстремальные услови€, ¬итгенштейн вел философский дневник. јфоризмы Ћ‘“ представл€ют собой выборку из этих дневниковых записей. „асть дневниковых записей, не вошедших в основное произведение, сохранилась и может использоватьс€ дл€ интерпретации Ћ‘“ нар€ду с основным текстом. ƒобавим, что первое издание Ћ‘“ относитс€ к 1921 году[96].

ƒл€ общей оценки основного произведени€ раннего ¬итгенштейна воспользуемс€ расхожим мнением, что если бы философска€ де€тельность ¬итгенштейна ограничилась Ћ‘“, эта книга все равно составила бы мировую славу ее автору. Ёто предположение невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть. ћожно лишь констатировать, что по степени вли€ни€ редкое философское произведение, написанное в XX веке, может составить конкуренцию этой книге. ¬ ней ¬итгенштейн рассматривает практически все вопросы, относимые к компетенции философии, и дает им оригинальное решение, во многом определившее специфику современной философии. ћожно сказать, что именно в этом произведении был выражен лингвистический поворот, у ‘реге и –ассела лишь намеченный, в рамках которого действуют философыЦаналитики. Ќо у самого ¬итгенштейна этот поворот мотивирован не просто потребност€ми логического анализа. ќн укоренен в стремлении выразить мистическое чувство жизни, превосход€щее возможности €зыка.

 огда-то √егель говорил, что предислови€ пишутс€ после того, как автору окончательно €сным стал замысел, воплощенный в главной части. ѕоэтому основной текст должен, в свою очередь, рассматриватьс€ как введение к введению. ≈сли исходить из этого принципа, то единство понимани€ зависит от взаимных импликаций задач, сформулированных в предисловии, и их реализации в основном тексте. ”тверждение √егел€ в полной мере относитс€ к Ћ‘“ [97], где лишь в предисловии единственный раз во всей книге ¬итгенштейн дает общую формулировку замысла, но сам этот замысел вне контекста реализации во многом остаетс€ непон€тным. ќднако предисловие дает хорошую возможность оценить, в каком направлении движетс€ автор. ÷ентральна€ часть предислови€ в четырех предложени€х фактически содержит весь замысел книги:

Ђ нига излагает философские проблемы и показывает, как € полагаю, что постановка этих проблем основываетс€ на неправильном понимании логики нашего €зыка. ¬есь смысл книги можно сформулировать приблизительно в следующих словах: то, что вообще может быть сказано, может быть сказано €сно, а о чем невозможно говорить, о том следует молчать.

—тало быть, книга хочет провести границу мышлению, или скорее не мышлению, а выражению мыслей, ибо, чтобы провести границу мышлению, мы должны были бы мыслить по обе стороны этой границы (следовательно, мы должны были бы быть способными мыслить то, что не может быть мыслимо).

ѕоэтому эту границу можно провести только в €зыке, и все, что лежит по ту сторону границы, будет просто бессмыслицейї.

¬ этих фразах без труда улавливаетс€ лежащий на поверхности кантианский смысл. ƒействительно, со времен  анта любой вопрос о возможности чего-то рассматриваетс€ как реализаци€ критической установки. ѕроблема подобного рода всегда результируетс€ в представлении о некоторой границе, отдел€ющей возможное от невозможного. ѕоэтому критическую философию с полным правом можно было бы назвать философией, устанавливающей границы. ¬ этом смысле позицию ¬итгенштейна, который, указыва€ задачу Ћ‘“, говорит: Ђ нига хочет провести границу мышлениюї, вполне можно охарактеризовать как критическую. Ѕолее того, данный тезис вполне вписываетс€ в установки  анта, определ€ющего главную проблему теоретической философии как вопрос о том, Ђ„то € могу знать?ї. Ќетрудно, впрочем, заметить, что эта проблема имеет специфическое преломление. ¬итгенштейна интересует скорее не вопрос о наличии границы, а вопрос о том, где такую границу можно провести. ѕоследнее затрагивает проблему критери€ демаркации возможного-невозможного. ƒл€  анта эта проблема решаетс€ с точки зрени€ познавательных способностей, невозможность выйти за рамки которых определ€ет границу между познаваемым и непознаваемым. ¬ этом отношении исследование возможности познани€ ставитс€ в догматическую зависимость от того, какими способност€ми мы надел€ем субъекта, вынос€ в область непознаваемого все то, что эти способности превосходит.

 ак видно из предислови€, такой ход не удовлетвор€ет ¬итгенштейна, поскольку в этом случае немыслимое в некотором смысле становитс€ мыслимым, выразимым, пусть даже оно и вводитс€ с помощью постулата в качестве вещи самой по себе. ћожно, конечно, поставить вопрос о возможности самих способностей, радикализиру€ критическую установку  анта, но подобный подход грозит перспективой ухода в дурную бесконечность.  ритика критического подхода в свою очередь сама может потребовать критики и т.д. ѕоэтому вопрос о действительном установлении границы требует изменени€ перспективы, что св€зано уже не с исследованием познавательных способностей, а с исследованием тех средств, в которых эти способности могут быть выражены. ¬ этом заключаетс€ лингвистический поворот, который, учитыва€ классическую критическую позицию, можно было бы назвать критической установкой второй степени, ориентированной на Ђустановление границ выражени€ мыслиї. јдаптиру€ подход  анта, ¬итгенштейну можно было бы приписать вопрос: Ђ„то € могу выразить из того, что € знаю?ї Ётот вопрос, однако, не следует понимать в том смысле, что € нечто знаю, а потом пытаюсь это нечто выразить. ¬опросы Ђ„то € могу знать?ї и Ђ„то € могу выразить?ї фактически слиты здесь до неразличимости, поскольку € могу выразить только то, что знаю, а могу знать только то, что способен выразить. “аким образом, задача Ћ‘“ очерчиваетс€ стремлением вы€снить услови€ априорной возможности €зыка. ¬ подготовительных материалах так и говоритс€: Ђ¬с€ мо€ задача заключаетс€ в объ€снении сущности предложени€ї[98]. ¬опрос о возможности предложени€ образует фон всех тем, затрагиваемых ¬итгенштейном[99]. «десь уже непосредственно просматриваетс€ св€зь с  антом, который главной темой  ритики чистого разума сделал вопрос об услови€х возможности суждени€[100]. ќднако этим сходство и ограничиваетс€. јналоги€ между тем, как трансцендентальна€ логика, опира€сь на трансцендентальный анализ опыта, решает проблему функционировани€ априорно-синтетических суждений, и тем, как формальна€ логика, опира€сь на логический анализ €зыка, решает проблему функционировани€ предложений, представл€етс€ спорной[101]. «десь не должно вводить в заблуждение то, что ¬итгенштейн иногда пользуетс€ кантианской терминологией. ≈го цель и метод не имеют ничего общего с традиционной критической философией.

ƒл€ установлени€ различий прежде всего необходимо вы€снить, какое место в Ћ‘“ отводитс€ формальной логике. Ћучше всего охарактеризовать соотношение логической теории и €зыка позволит сравнение позиции Ћ‘“ с позицией –ассела, который был первым, а, суд€ по мнению ¬итгенштейна, возможно, и единственным компетентным читателем. ѕо просьбе автора он написал введение к первому изданию его работы, где нар€ду с разъ€снением р€да технических деталей содержитс€ обща€ оценка задачи. ¬итгенштейн отрицательно отнесс€ к тексту своего английского друга, счита€ его поверхностным и неправильно трактующим задачу книги[102].

ƒл€ –ассела основную роль играет оппозици€ естественного и идеального, логического €зыка, с точки зрени€ которой он и рассматривает задачу Ћ‘“. ¬ частности, он пишет: Ђ„тобы пон€ть книгу м-ра ¬итгенштейна, необходимо осознать проблему котора€ его занимаетЕ ћ-р ¬итгенштейн исследует услови€, необходимые дл€ логически совершенного €зыка, Ц речь идет не о том, что какой-либо €зык €вл€етс€ логически совершенным или что мы считаем возможным здесь и сейчас построить логически совершенный €зык, но о том, что вс€ функци€ €зыка сводитс€ к тому, чтобы иметь смысл, и он выполн€ет эту функцию лишь постольку, поскольку приближаетс€ к постулируемому нами идеальному €зыкуї[103]. “акое понимание задачи книги вполне укладываетс€ в рамки того, что делает сам –ассел. ƒл€ чего служит логический анализ €зыка? ќн предназначен дл€ того, чтобы вскрыть имплицитные противоречи€, содержащиес€ в некритически принимаемых способах выражени€. Ћюба€ теори€, претендующа€ на описание реальности, не может гарантировать свободу от противоречи€. ќднако дело зачастую вовсе не в том, что неправильно задана предметна€ область исследовани€. ≈сли такое и случаетс€, то это внутреннее дело самой теории, котора€ допускает корректировку задачи и методов исследовани€.  огда теори€ выполн€ет эвристическую функцию, ее существование вполне допустимо. ќднако нар€ду с позитивными утверждени€ми в совокупность выводов, полученных из постулатов теории, могут вкрастьс€ такие следстви€, которые св€занны не столько со спецификой исследовани€, сколько с некритически усвоенными средствами, предоставл€емыми используемым €зыком. ƒл€ –ассела типичным примером здесь служит парадокс, установленный им самим в фрегеанской теории функции. ѕарадоксы подобного рода устранимы надлежащим логическим анализом и созданием более адекватных средств выражени€. –амки, в которых действует –ассел, укладываютс€ в две крайние точки. Ёто естественный €зык с его двусмысленными, самореферентными выражени€ми, с одной стороны, и идеал €зыка, полностью свободного от эквивокаций с другой. Ћогический анализ, по существу, рассматриваетс€ как средство перехода от первого ко второму. ќн оправдан лишь тогда, когда результируетс€ в соответствующей логической теории, более или менее близкой к постулируемому идеалу[104]. ѕричем степень приемлемости такой теории зависит от совокупности проблем, касающихс€ средств выражени€, на которые она может дать удовлетворительный ответ. Ќапример, логическа€ теори€ Principia Mathematica ближе к идеалу, чем фрегеанский Begriffschrift, поскольку перва€ свободна от содержащегос€ в последнем противоречи€.

–ассел рассуждает по следующей схеме. ƒопустим, в €зыке теории обнаруживаетс€ противоречие, св€занное, скажем, с функционированием самореферентных выражений или пустых имен. Ќо описание должно быть свободно от противоречи€, которое, стало быть, необходимо устранить. ¬озникает вопрос:  ак? ќтвет: Ќужно найти объ€снение его источника.  ак только источник найден, следует прин€ть дополнительное условие, накладываемое на применение выразительных средств. “аким образом, искусственный €зык, претендующий на близость к идеалу, св€зан дополнительными услови€ми, и чем ближе к идеалу, тем условий становитс€ все больше. ¬ качестве таковых у самого –ассела выступают теори€ типов, теори€ дескрипций, теори€ лишних сущностей, которые добавл€ютс€ к исходным услови€м совершенного €зыка, например, в виде аксиомы бесконечности или аксиомы сводимости. “аким образом, логический анализ представл€ет собой своеобразную заботу о €зыке. «абота подобного рода выражаетс€ либо в ограничени€х, накладываемых на образование выражений определенного рода, либо в разработке правил сведени€ одних выражений к другим. –абота логика как философа в более широком смысле сводитс€ к созданию удовлетворительной онтологии и теории познани€, которые позволили бы обосновать те услови€, при которых возможен идеальный €зык. »менно в этом источник философских допущений –ассела. ќн как бы говорит: Ђ≈сли вы хотите, чтобы €зык работал нормально, тогда вам необходимо прин€ть ту теорию познани€ и онтологию, которую разрабатываю €ї. ‘илософи€ дл€ английского философа Ц это то, что фундирует надлежащий логический анализ. ѕерефразиру€ известное изречение схоластов, можно сказать, что философи€ выступает здесь служанкой логики. — точки зрени€ собственного видени€ задачи –ассел рассматривает и результат работы ¬итгенштейна, расценива€ его в заключительных пассажах ¬ведени€ как построение свободной от видимых противоречий логической теории, возможно в чем-то сходной с его собственной[105].

—овершенно по-иному задача видитс€ ¬итгенштейну. ¬нешней телеологии логического анализа –ассела он противопоставл€ет внутреннюю телеологию €зыка. ѕроблема не в том, чтобы наложить на €зык внешние услови€, Ђмы должны узнать, как €зык заботитс€ о себеї[106]. ѕодобна€ постановка вопроса совершенно переориентирует цель исследовани€. »з вопроса элиминируетс€ субъективное условие возможности анализа. ƒело не в том, чтобы вы€снить, какие дополнительные ограничени€ должны быть наложены на €зык, дл€ того чтобы он отвечал нашим цел€м. язык внутренне целесообразен, и как таковой обладает внутренними механизмами, предотвращающими возникновение парадоксов. Ђћне нет надобности заботитьс€ о €зыкеї[107], €зык заботитс€ о себе сам. ¬севозможные несообразности, формулируемые в виде парадоксов, возникают из Ђнеправильного понимани€ логики нашего €зыкаї. ƒело не в том, чтобы создать новый, более совершенный €зык, дело в том, чтобы, следу€ внутренней целесообразности €зыка, правильно объ€снить, как он работает. “акой постановке вопроса, видимо, немало способствовала интуици€ инженера, на которого первоначально училс€ ¬итгенштейн. ≈сли механизм работает со сбо€ми, нужно вы€снить принцип его работы, а не конструировать дополнительные механизмы, корректирующие сбои.

¬ пользу внутренней целесообразности €зыка говорит то, что человек обладает способностью строить €зык, в котором выразим любой смысл, зачастую не име€ представлени€ о значении его отдельных компонентов. —в€зано это с тем, что телеологи€ отражаетс€ в логике, которую €зык нав€зывает тому, кто его использует. Ћогика есть не что иное, как выражение внутренней целесообразности. «десь носитель €зыка выступает в качестве ведомого, которому услуги гида нав€заны с необходимостью. ѕравда, часто случаетс€ так, что указани€ проводника понимаютс€ неправильно и завод€т в непроходимые дебри. ѕричина сбоев в том, что Ђ€зык переодевает мысли. » притом так, что по внешней форме этой одежды нельз€ заключить о форме переодетой мысли, ибо внешн€€ форма одежды образуетс€ с цел€ми совершенно отличными от того, чтобы обнаруживать форму тела. ћолчаливые соглашени€ дл€ понимани€ повседневного €зыка чрезмерно усложненыї [4.002]. —ложность молчаливых соглашений обусловлена сложностью человеческого организма, частью которого €вл€етс€ €зык. Ёто свойство повседневного €зыка обнаруживаетс€ с попыткой сказать что-нибудь предельно €сно. —амое простое предложение, например У„асы лежат на столеФ, окажетс€ бесконечно сложным и полным эвфемизмов, если попытатьс€ вы€снить его окончательный смысл. ѕоэтому, Ђне в человеческих силах непосредственно из него вывести логику €зыкаї [4.002]. Ётой цели может служить искусственное приспособление, в качестве которого ¬итгенштейн рассматривает формульный €зык, изобретенный ‘реге и –асселом. Ќо это вовсе не означает, что €зык повседневного общени€ следует заменить искусственным. »скусственный €зык ничуть не в большей мере близок к идеалу, чем естественный, если об идеале здесь вообще имеет смысл говорить.  аждый €зык совершенен в той мере, в которой он выполн€ет свое предназначение. ƒругое дело, что различные €зыки по-разному обнаруживают свою структуру. ¬ этом отношении искусственный €зык более удобен, поскольку он в €вном виде демонстрирует то, что в обычном €зыке скрыто. Ћогический анализ не предоставл€ет нам новый, более совершенный €зык, он есть средство установлени€ структуры любого €зыка, скрытой молчаливыми соглашени€ми.

«десь становитс€ €сным, что априорные услови€ возможности €зыка, искомые ¬итгенштейном, это не те услови€, о которых говорит –ассел. јвтор Ћ‘“ действует не как логик, стрем€щийс€ построить непротиворечивую формальную теорию. Ђ нига излагает философские проблемыї, а не логические. »деальный €зык Ц не цель, а средство. ѕопытки скорректировать логику €зыка, св€зав ее дополнительными услови€ми, действительно есть философское заблуждение. „то может быть критерием предельной €сности, как не сама логика? ÷ель –ассела Ц исключить из €зыка логической теории бессмысленные утверждени€. Ќо критерий осмысленности и бессмысленности можно провести только в €зыке, он должен устанавливатьс€ самой логикой, его нельз€ нав€зать извне. ЂЋогика заботитс€ о себе сама, нам нужно лишь следить за тем, как она это делаетї[108]. ¬ этом смысле логика автономна, она сама устанавливает себе критерии.

“аким образом, видно, что понимание цели и метода логического анализа у ¬итгенштейна совершенно иное, чем у –ассела, и св€зано с пониманием €зыка. ќднако само по себе это различие еще мало говорит о характере новаций, гораздо важнее пон€ть, на чем оно основано. Ќачнем с того, что в отличие от –ассела и ‘реге (как, впрочем, и многих других менее близких исследователей) ¬итгенштейн никогда не говорит о логике как науке о формах и законах мышлени€. ¬ Ћ‘“ логика св€зана исключительно с €зыком. ‘акт достаточно интересный, особенно если учесть, сколь значительное место занимали в работах его учителей вопросы теории познани€. ѕоследнее объ€сн€етс€ тем, что, несмотр€ на усовершенствование логической техники, ‘реге и –ассел остаютс€ в рамках традиционных представлений о соотношении реальности, мышлени€ и €зыка. “радиционный подход можно суммировать в следующем тезисе: ≈сть реальность, есть мышление, в которой дана реальность, есть €зык, выражающий мышление. ¬ данном случае неважно, как понимаетс€ реальность или мышление. —ущественно то, что мышление рассматриваетс€ в качестве ментального посредника между тем, что мыслитс€, и способами выражени€ мысли. ¬ рамках этой трехэлементной структуры €зыку отводитс€ вспомогательна€ роль, св€занна€ с фиксацией результатов мышлени€. ѕри этом предполагаетс€, что способ выражени€ результатов может быть более или менее адекватным. —тремление построить идеальный €зык как раз укладываетс€ в эту схему. ѕравда, это стремление основано на одной сомнительной предпосылке. ѕолучаетс€, что интуици€ мышлени€ противопоставл€етс€ интуиции €зыка, что мышление каким-то образом дано до и помимо €зыка и что СнепосредственноеТ изучение мышлени€ может скорректировать ошибки, обнаруживаемые в средствах выражени€. ќдним из парадоксов такой пр€мой апелл€ции €вл€етс€ то, что предполагаетс€ возможность установлени€ границы между допустимым и недопустимым в рамках самого мышлени€ или, по выражению ¬итгенштейна, Ђспособность мыслить то, что не может быть мыслимої.

»ную точку зрени€ развивает автор Ћ‘“: Ђћышление и €зык - одно и то же. ј именно, мышление есть вид €зыка. “ак как мысль, конечно, тоже есть логический образ предложени€ и, таким образом, также и некоторый вид предложени€ї[109]. ¬итгенштейн убирает ментального посредника. ≈сть реальность, есть €зык, в которой она выражаетс€. ћышление в непсихологическом смысле и есть €зык. ћышление в психологическом смысле есть применение €зыка. “аким образом, апелл€ци€ к мышлению при изучении €зыка переворачивает их действительное соотношение. –аз мышление и €зык одно и то же, то все существенное €зыка в полной мере относитс€ и к мышлению как его разновидности. ƒл€ ¬итгенштейна изучение €зыка и есть изучение самого мышлени€ в его сущностных чертах, свободных от психологических привнесений. ¬ €зыке дано самое существенное мышлени€. ƒело обстоит не так, что имеютс€ необходимые услови€ мышлени€, которые могут быть нарушены применением неадекватных средств выражени€. »спользу€ терминологию  анта, в €зыке даны априорные услови€ мышлени€. ¬ телеологии €зыка выражен схематизм мышлени€. ¬ этом смысле как выражение внутренней целесообразности €зыка Ђлогика трансцендентальнаї [6.13].

¬прочем, задача Ћ‘“, если рассматривать ее с точки зрени€ изучени€ априорных структур мыслительного процесса, вполне сопоставима с усили€ми других авторов. Ќа это пытаетс€ обратить внимание и сам ¬итгенштейн, когда задает риторический вопрос: Ђ–азве не соответствует мое изучение знакового €зыка изучению мыслительного процесса, который философы считали таким существенным дл€ философии логики? “олько они по большей части запутались в несущественных психологических исследовани€хї [4.1121]. ќднако пониматьс€ это должно с соответствующей корректировкой, а именно с точностью до наоборот. ¬ Ћ‘“ изучению существенных черт мышлени€ дл€ корректировки €зыка логики противопоставлено изучение логики €зыка дл€ установлени€ существенных черт мышлени€[110]. »зучение мышлени€ касаетс€ применени€ логики и не может фундировать последнюю. Ћогика до мышлени€, в его психологическом смысле.

ѕоказателем психологизации существа дела €вл€етс€ обращение к опыту, который в исследовани€х подобного рода всегда выступает неким summum summarum мышлени€. ¬итгенштейн же руководствуетс€ основным принципом, что Ђкаждый вопрос, который вообще может решатьс€ логикой, должен решатьс€ сразу жеї [5.551]. Ћогику не затрагивают проблемы, св€занные с тем, что лежит в основании конкретных знаний о мире, чувственное или интеллектуальное созерцание.  ак раз наоборот, попытки решать логические проблемы, обраща€сь к созерцанию мира, как это делают –ассел или ‘реге, указывают на ошибочность предпринимаемых усилий. Ќо это не означает, что логика не имеет никакого отношени€ к миру. ѕоследнее могло бы иметь силу только тогда, когда логика соотносилась бы с формами и законами мышлени€, как, например, у  анта, который рассматривает формальную логику как теорию, описывающую структуру отношени€ мышлени€ к самому себе. ѕоскольку у ¬итгенштейна речь идет о логике €зыка, а сущность €зыка он видит в описании реальности, постольку логика, €вл€€сь выражением внутренней целесообразности €зыка, очерчивает границы любого возможного описани€. Ђ¬елика€ проблема, вокруг которой вращаетс€ все, что € пишу, следующа€: существует ли a priori некоторый пор€док в мире, и если да, то в чем он состоит?ї[111]. ѕри ответе на этот вопрос необходимо учитывать, что с точки зрени€ позиции, выраженной в Ћ‘“, речь о реальности может идти только в том отношении, в котором она выражена в €зыке. ѕоэтому априорный пор€док в мире есть следствие априорного пор€дка в €зыке.

Ќесмотр€ на то, что такой ход мысли имеет видимое сходство с трансцендентальной постановкой вопроса, нельз€ переоценивать его близость к какой-то разновидности трансцендентализма. ≈сли это и трансцендентальна€ философи€, то в весьма своеобразном смысле. ≈е можно назвать негативным трансцендентализмом, поскольку она пытаетс€ вс€кий опыт вывести за рамки отношени€ €зыка к реальности. Ћогика до опыта, неважно, будет он чувственным, как у  анта, или каким-то другим. јприорный пор€док в мире не зависит от типа созерцани€. ЂТќпытТ, в котором мы нуждаемс€ дл€ понимани€ логики, заключаетс€ не в том, что нечто обстоит так-то и так-то, но в том, что нечто есть, но это как раз не опыт. Ћогика есть до вс€кого опыта Ц что нечто есть так. ќна есть до  ак, но не до „тої [5.552]. Ћогический анализ затрагивает тот срез вопросов, который касаетс€ того, что вообще что-то есть, неважно каким образом оно нам дано. ¬ этом он скорее ближе метафизике јристотел€, пытающейс€ ответить на вопрос Ђ„то есть сущее само по себе?ї[112].

“аким образом, пон€тие опыта, €вл€ющеес€ центральным дл€ трансцендентальной философии, вообще не задействовано у раннего ¬итгенштейна. ¬озникает резонный вопрос: Ђѕочему?ї ƒл€ того чтобы на него ответить, необходимо у€снить, какое место в Ћ‘“ отводитс€ субъекту. –ечь, разумеетс€, идет о субъекте в непсихологическом смысле. „тобы про€снить эту проблему обратимс€ к аналогии, хот€ и не вполне правомерной, с  антом. ¬ трансцендентальной логике субъект выступает условием применени€ схематизма рассудка к чувственному материалу. ѕри этом сам субъект не €вл€етс€ элементом схемы, он выведен за ее рамки. ”читыва€, что дл€ ¬итгенштейна схематизм мышлени€ выражен в телеологии €зыка, субъект не может обнаруживатьс€ в €зыке. ќн выведен за его рамки так же, как трансцендентальное единство апперцепций в схематизме  ритики чистого разума. «десь аналоги€ заканчиваетс€. ¬ трансцендентальной философии схематизм описывает применение чистых рассудочных пон€тий к чувственности, а субъект €вл€етс€ условием такого применени€. ¬ результате применени€ рождаетс€ опыт. ¬се, что не укладываетс€ в схематизм, €вл€етс€ дл€  анта бессмысленным, имеет характер Странсцендентальной видимостиТ. ќпыт Ц это своего рода горизонт, за который не может выйти трансцендентальна€ философи€. Ќо именно поэтому отношение €зыка и мира не €вл€етс€ дл€ ¬итгенштейна трансцендентальным в смысле  анта. ¬ Ћ‘“ речь идет не о применении €зыка, а о тех услови€х, которые позвол€ют примен€ть что-то к чему-то. ƒействительно, субъект €вл€етс€ условием применени€ €зыка к миру, так же как мастер €вл€етс€ условием применени€ шаблона к измер€емому предмету. Ќо любое применение должно предполагать, что шаблон и измер€емый предмет имеют нечто общее. ћежду шаблоном и предметом имеютс€ объективные функциональные отношени€. ¬ отличие от субъективных, объективные услови€ применени€ предшествуют самому применению.  ак раз поэтому применение бывает верным или неверным в зависимости от правильности понимани€ шаблона. »менно о таких объективных услови€х и ставитс€ вопрос. Ќо опыт без субъективного услови€ совпадает с миром: Ђ¬есь опыт есть мир и не нуждаетс€ в субъектеї[113].

 огда речь идет об объективных отношени€х €зыка и мира, то объективное понимаетс€ не в критическом, кантовском смысле, а в самом что ни на есть догматическом, поскольку имеютс€ в виду те отношени€, которые устанавливаютс€ до вс€кого субъекта. ¬опрос стоит примерно так: „то есть в самом знаке, чтобы он мог рассматриватьс€ как знак?  аковы необходимые услови€ функционировани€ знаковой системы? “аким образом, задача не в том, чтобы вы€снить, как мы выражаем себ€ с помощью знаков, а в том, чтобы вы€снить природу существенного и необходимого в знаках. Ќе опыт, а именно природа существенного и необходимого в знаках должна устанавливать границу мыслимого. ƒемаркаци€ осмысленного и бессмысленного совпадает здесь с демаркацией выразимого и невыразимого. ¬опрос стоит об установлении такой границы, котора€ обусловлена сущностью самого €зыка. —труктура знаковой системы накладывает ограничени€, которые не могут быть преодолены в силу природы самой знаковой системы.

¬озникает серьезна€ проблема.  огда априорные услови€ познани€ устанавливаютс€ в рамках мышлени€, о них можно говорить, подразумева€, что мышление и €зык не одно и то же. ѕоскольку априорные услови€ познани€ устанавливаютс€ именно в €зыке, о них нельз€ даже сказать. ƒействительно, возможность высказать нечто осмысленное о необходимых чертах структуры €зыка предполагает и возможность осмысленного отрицани€ такого высказывани€, что само по себе бессмысленно. ¬полне возможно, что дополнительные услови€, которые, например, –ассел накладывает на образование выражений, как раз и представл€ют собой попытку сформулировать указанные ограничени€. ќднако совершенно не случайно, что соглашени€, которыми руководствуетс€ разговорный €зык, СмолчаливыТ. языковые средства, которые можно было бы использовать дл€ того, чтобы выразить внутреннюю целесообразность знаковой системы, сами должны были бы ей удовлетвор€ть. Ќо телеологи€ отражаетс€ в совокупности всех элементов, в системе в целом. ѕоэтому говорить о внутренней целесообразности €зыка можно было бы только выйд€ за рамки €зыка, что абсурдно.

«десь получает развитие тема, занимающа€ центральное место еще в «аметках, продиктованных ћуру. ¬итгенштейн €вно формулирует ее в письме к –асселу, в одном из тех редких случаев, когда пытаетс€ охарактеризовать общий смысл Ћ‘“: Ђя боюсь, “ы не уловил мое главное утверждение, дл€ которого все, что касаетс€ логических высказываний, есть только королларий. √лавный пункт Ц это теори€ о том, что можно выразить (gesagt) высказывани€ми Ц т.е. €зыком Ц (и, что сводитс€ к тому же, можно помыслить) и что не может быть выражено высказывани€ми, но только показано (gezeigt); в чем, € думаю, заключаетс€ кардинальна€ проблема философииї[114]. ¬от здесь как раз и проступает основна€ задача логического анализа, как де€тельности по созданию €зыка логики. Ћогический анализ предназначен не дл€ создани€ совершенного €зыка, он предназначен дл€ создани€ такой знаковой системы, котора€ про€сн€ла бы строй любого €зыка. Ћогика €зыка (а не о какой другой логике и речи идти не может) Ц это то, что относитс€ к всеобщей и необходимой природе знаков.  ажда€ знакова€ система (от естественного €зыка до идеального €зыка ‘регеЦ–ассела), поскольку она оперирует знаками, должна удовлетвор€ть этой природе. ѕоэтому нет более или менее совершенного €зыка, вс€кий €зык совершенен. Ќо практически любой €зык говорит нечто, логический же €зык, отвлека€сь от случайного содержани€ выражений, только показывает то, что заключено во всеобщей и необходимой природе знаков. ќн показывает то, что скрыто молчаливыми соглашени€ми. —тремление выразить внутреннюю телеологию €зыка как такового и есть основна€ задача логики.

ѕоэтому, когда ¬итгенштейн говорит, что философские проблемы возникают из непонимани€ логики нашего €зыка, имеетс€ в виду не то, что отдельные черты знаковой системы неправильно трактуютс€ тем или иным исследователем. –ечь идет о том, что неправильно трактуетс€ задача самой логики. Ћогика €зыка Ц это то, что относитс€ к уровню показанного, к тому, что Ђне может быть сказано €сної. ѕоэтому вс€ка€ попытка говорить о логике €зыка представл€ет собой фундаментальное философское заблуждение. ћножество философских проблем €вл€ютс€ не ложными, а просто бессмысленными. ѕри надлежащем понимании логики €зыка многие проблемы были бы решены, поскольку они бы просто исчезли. «десь вновь работает инженерна€ интуици€. „еловеку, которому показали, как работает механизм, какие-либо объ€снени€ станов€тс€ излишними, он уже видит, что механизм должен работать так, а не иначе. ѕо существу, у ¬итгенштейна логика становитс€ именно средством философии, а не наоборот, как у –ассела.

јнализ общего содержани€ Ћ‘“ приводит к тому, что исчезли бы не только те проблемы, о которых говорит –ассел. «а рамки построени€ логически совершенного €зыка задача ¬итгенштейна выходит и в другом отношении. ќна не просто св€зана с демонстрацией существенных черт знаков. ≈е решение косвенным образом указывает на то, что в рамках знаковой системы вообще невозможно выразить, хот€ последнее и может иметь видимость содержани€. „то же ограничено необходимой природой знаков? ќна показывает то, что может быть сказано с их помощью, тем самым показыва€ то, что с их помощью сказать нельз€. ѕоказыва€ границу, мы показываем то, что находитс€ по обе ее стороны. — одной стороны Ц сказанное, с другой Ц невыразимое. — одной стороны, то, о чем необходимо говорить €сно, с другой Ц то, о чем следует молчать. ѕоказанное, таким образом, разбиваетс€ на два типа: во-первых, то, что относитс€ к знакам самим по себе; во-вторых, то, что не может быть выражено в знаках. ѕервое должно просто умалчиватьс€ в силу принимаемых соглашений. ќ втором нужно молчать в силу невозможности выразить. Ќевысказанное дво€ко. ћы должны молчать о границе и о том, что за ней. ¬опрос в том, одинаково ли молчание? ќ первом мы молчим в силу инженерной интуиции, поскольку излишне говорить о том, что и так €сно. ќ втором же молчим многозначительно, молчим эмфатически, молчим подчеркнуто. ¬се наше молчание о первом есть лишь средство подчеркнуть молчание о втором.

“аким образом, показанное разнообразно, но об одном показанном ¬итгенштейн, про€сн€€ структуру €зыка, все же считает возможным говорить, тогда как о другом можно только молчать. ќднако это молчание не беспредметно[115]. ќ чем именно молчит ¬итгенштейн, про€сн€ет его письмо к Ћюдвигу фон ‘иккеру, издателю литературного журнала Brener, в котором автор первоначально наде€лс€ опубликовать Ћ‘“. Ёто письмо тем более интересно, потому что здесь по-иному, чем в послании к –асселу, разъ€сн€етс€ задача исследовани€. ‘иккер не логик, поэтому содержание письма Ц это как бы взгл€д с другой стороны. ¬итгенштейн пишет: Ђ—мысл книги Ц этический.  ак-то € хотел включить в предисловие предложение, которого фактически там теперь нет, но которое € сейчас напишу ¬ам, поскольку оно, быть может, послужит ¬ам ключом; а именно, € хотел написать, что мо€ работа состоит из двух частей: из той, что имеетс€ здесь в наличии, и из той, что € не написал. » как раз эта втора€ часть более важна. ј именно, посредством моей книги этическое ограничиваетс€ как бы изнутри; и € убежден, что оно строго ограничиваетс€ “ќЋ№ ќ так.  ороче, € думаю: ¬се то, о чем многие сегодн€ болтают, € устанавливаю в своей книге тем, что € об этом молчу. » поэтому эта книга, если € не слишком ошибаюсь, говорит многое из того, что ¬ы сами хотели сказать, но веро€тно не увидели, что об этом говоритс€. “еперь, € рекомендую ¬ам прочесть предисловие и заключение, ибо они этот смысл привод€т к непосредственному выражениюї[116]. Ќевыразимым, таким образом, оказываетс€  антово царство свободы. ¬се проблемы этики €вл€ютс€ псевдопроблемами. ясности мышлени€ соответствует €сность выражени€, а не болтовн€. Ќаука о морали как система знаний оказываетс€ невозможной, а предмет этики специфицируетс€ молчанием, когда указывают на то, о чем можно говорить.

ƒве различные характеристики основной задачи Ћ‘“, представленные в письмах, рождают проблему: „ем руководствовалс€ ¬итгенштейн, логикой или этикой? –ассматривать ли его содержание как руководство по философии логики или как систематическую демонстрацию невозможности этики? —корее, ни то, ни другое. Ћогика и этика Ц одно, с той лишь разницей, что перва€, показыва€ то, что можно выразить, ставит границу мыслимому изнутри, а втора€, подчеркнуто безмолвству€ о своем предмете, ставит границу выразимому извне. ясно мыслить, следу€ велению императива, или многозначительно молчать, следу€ требованию €сно мыслить, Ц это лишь вопрос предпочтени€.

 





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2015-08-18; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 2059 | Ќарушение авторских прав


ѕоиск на сайте:

Ћучшие изречени€:

∆изнь - это то, что с тобой происходит, пока ты строишь планы. © ƒжон Ћеннон
==> читать все изречени€...

464 - | 381 -


© 2015-2023 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.022 с.