Формы вины в преступлениях в сфере экономической деятельности. Вопрос о субъективной стороне преступлений в сфере экономической деятельности все более приобретает оттенок спорного и сложного. При этом можно констатировать, что дискуссии по субъективной стороне экономических преступлений ширятся, а позиции – все более разнятся, по мере того как мы получаем больше знаний об этой категории преступлений вообще.
Представляется, что все преступления, предусмотренные гл. 22 УК РФ, могут быть отнесены только к умышленным, и в этом заключается их специфика. Неосторожные посягательства на общественные отношения, основанные на принципах осуществления экономической деятельности, не являются преступными. Такой позиции придерживаются многие исследователи. Спорным является, какой умысел в анализируемых преступлениях возможен или преобладает.
Существуют, однако, и другие точки зрения по вопросу о субъективной стороне преступлений в сфере экономической деятельности. В основном они высказываются в отношении преступлений, предусматривающих в качестве последствия основного или квалифицированного составов крупный ущерб. Ни в одном из этих составов законодатель специально не указывает, как – умышленно или по неосторожности может быть совершено преступление. Разумеется, если в числе признаков субъективной стороны значится цель или мотив деяния, как, например, в лжепредпринимательстве, споров не возникает; цель и мотив свидетельствуют о наличии в действиях виновного умышленной формы вины. В случае, если цели и мотивы деяния в составах не оговариваются, ученые полагают, что отношение виновного к последствиям может быть как умышленным, так и неосторожным.
В настоящее время указанные споры продолжаются, и в науке отчетливо существуют две позиции: согласно первой, гл. 22 УК РФ представлена только умышленными преступлениями; согласно второй, некоторые преступления с материальными составами могут быть совершены как умышленно, так и по неосторожности.
Конечно, отсутствие указания в тексте закона на неосторожную форму вины не означает, что преступление обязательно совершается с обеими формами вины; многие деяния признаются преступными лишь при условии умышленного характера действий виновного. Форма вины часто обусловлена характером его действий; так, ни у кого не вызывает сомнений умышленный характер хищений. Умышленную форму вины предопределяют также способ совершения преступления (например, обоми), мотивы и цели действий виновного. Рассмотрим перечисленные выше составы преступлений с отмеченных позиций.
В гл. 22 УК преобладают умышленные преступления. В зависимости от строения состава преступления возможны как прямой, так и косвенный умысел. Первый встречается чаще, в связи с тем, что среди преступлений в сфере экономической деятельности больше формальных составов, и в субъективную сторону в качестве обязательных признаков иногда включаются факультативные признаки субъективной стороны – мотив и цель.
По ряду составов преступлений в сфере экономической деятельности факультативные признаки субъективной стороны признаны обязательными. Так, субъективная сторона регистрации незаконных сделок с землей (ст. 170 УК РФ) осложнена указанием на обязательную корыстную или иную личную заинтересованность; субъективная сторона лжепредпринимательства – указанием на цель получения кредитов, освобождения от налогов, извлечения иной имущественной выгоды или прикрытия запрещенной деятельности (ст. 173 УК РФ).
В число обязательных признаков субъективной стороны некоторых преступлений входят мотив и цель (см., например, ст. 170, 174, 181, 184 УК РФ).
Поскольку подавляющее большинство преступлений в сфере экономической деятельности, как показано выше, являются умышленными деяниями, постольку для всех них обязательно осознание субъектом, их совершающим, общественной опасности своего деяния (ст. 25 УК РФ). Лицо, совершая деяние, должно понимать, что его действия вредоносны и оно причиняет или может причинить ущерб охраняемым законом отношениям.
В подавляющем большинстве случаев осознание общественной опасности презюмируется, оно очевидно, исходя из того, чему и каким образом причиняется ущерб. Однако при совершении ряда деяний, и к их числу относятся преступления в сфере экономической деятельности, осознание общественной опасности невозможно без осознания противоправности своего деяния.
Таким образом, отсутствие осознания противоправности своего деяния влечет за собой отсутствие вины. Привлечение лица к уголовной ответственности в том случае, когда оно не осознавало противоправности своего поведения и по обстоятельствам дела не могло осознавать, означает на практике объективное вменение, что недопустимо. При этом возможностей действующего уголовного законодательства вполне достаточно, чтобы учесть факт осознания или неосознания лицом противоправности своего поведения.
