Лекции.Орг
 

Категории:

Астрономия
Биология
География
Другие языки
Интернет
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Механика
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Транспорт
Физика
Философия
Финансы
Химия
Экология
Экономика
Электроника


Этика покаяния, ответственности, единства человечества



Размышления о вине, покаянии, ответственности для западной философии нашего столетия не новы. Оснований для них было более чем достаточно: две мировых войны и не исчезающие локальные войны, Освенцим и Гулаг, Чернобыль, да и многие другие трагические события XX в. Среди авторов, которые посвятили свои усилия критике "этического разума" и попыткам реформирования социальной философии и этики, большим авторитетом на Западе пользуется X. Йонас.

 

Ханс Йонас (1903-1994) - один из патриархов современной философии, учился у Гуссерля, Хайдеггера и Бультмана. В 1933 г. эмигрировал из фашистской Германии. С 1949 г. жил и работал в Канаде, с 1955 г. - в США и в Израиле. Сами названия книг Йонаса - а они приобрели особый резонанс в 80-е годы - говорят о направленности его мыслей и интересов: "Принцип ответственности. Попытка создания этики технологической цивилизации", "Понятие бога после Освенцима", "Сила или бессилие субъективности?".

 

Эти и другие книги Йонаса, высокопрофессионального и эрудированного философа, лишены вместе с тем сциентистской атрибутики привычных философских трактатов. Они вполне доступны и простым людям, обращены к их сознанию и нравственности. Йонас призывает к созданию этики, построенной на новых принципах. Различие между прежней и новой социальной философией, обязательно включающей этическую проблематику, он усматривает в следующем.

 

 

1 Человеческая деятельность, так или иначе связанная с переработкой материала природы, с "искусством обработки" (еще греки называли ее techne), в традиционной философии редко становилась объектом этического осмысления. Ее либо считали этически нейтральной, либо восхваляли как способ возвышения человека над природой. Новая этика, в основание которой положено признание факта "уязвимости природы", должна формулировать моральные измерения "технологии" (понимаемой в широком смысле). Необходимо по-новому и строже чем когда-либо поставить вопрос об этическом контексте любого знания и любого типа действия. Homo faber (человек-деятель) не должен, как это, увы, случалось в предшествующей истории, подавлять Homo sapiens, человека разумного.

2 Вся предшествующая этика, согласно Йонасу, была антропоцентрической. Человек "метафизически" и этически объявлялся "мерой всех вещей". Этот тезис был превращен в основу гуманизма. Теперь необходимо отстоять "собственное этическое право природы". Соответственно в философии антропология должна быть подчинена метафизике целостного бытия.

3 Человеческое, провозглашенное мерой всех вещей, в традиционной этике рассматривалось как нечто константное. Считалось и до сих пор считается, что этику необходимо строить на "общечеловеческих" константах. Вспомним категорический императив Канта, который ориентировал индивида на некое всегда (во все времена - jederzeit) себе равное всеобщее. "Существование общества человеческих актеров (действующих разумных существ) объявлялось предпосылкой, и действие, как считалось, должно быть таким, чтобы оно (пусть не без внутренних противоречий) могло быть представлено как всеобщее усилие этого общества". Йонас считает необходимым, учитывая именно изменчивость человеческой деятельности (например, обострение экологических проблем, появление новой для истории ядерной опасности), сформулировать категорический императив иначе, включив в саму его формулировку коренную задачу выживания человека и природы: "Поступай так, чтобы последствия твоего действия отвечали задаче непрерывности подлинно человеческой жизни на Земле". Дополнение: "Включай в свой сегодняшний выбор соображения, позволяющие сохранить будущую целостность человека, делая также и ее предметом твоей воли". (В этом отношении этика Йонаса перекликается с учением Альберта Швейцера.)

4 Однако как бы "космично", "внеисторично", на первый взгляд, ни ставились в предшествующей этике проблемы добра и зла, на деле они всегда коренились в исторически обусловленном недальновидном понимании целей, задач, последствий деятельности индивидов, народов, всего человечества. В традиционных этических формулах внимательный взгляд всегда может обнаружить влияние эпохи, конкретной среды, обстоятельств, расхожих идеологом и идеологических дискуссий.

 

Новая этика, согласно Йонасу, должна стать "этикой, ориентированной на будущее" (Zukunftethik). Поскольку, однако, многие социальные концепции прошлого и настоящего гордятся именно своей "устремленностью в будущее", Йонас уточняет: речь идет не об утопических проектах марксизма и не о мессианистских религиозных концепциях (все равно, обещают ли они человечеству рай или апокалипсис). Взяв за основу концепцию видного немецкого марксиста Эрнста Блоха и его выдающееся произведение "Принцип надежды", Йонас подверг конкретной и обоснованной критике утопизм, присущий любому марксистскому социальному проекту. Вместе с тем он подчеркнул, что ориентация на будущее, не имеющая ничего общего с утопизмом, как воздух, необходима новой этике. Задача - построить этику будущего как этику, философию любого современного действия: здесь необходимы, по Йонасу, "дальновидность прогнозов, широта взятой ответственности (перед всем будущим человечеством) и глубина замыслов (вся будущая сущность человека), и ... серьезное овладение властью техники..." Современная историческая ситуация беспрецедентна по своей опасности - поэтому беспрецедентными должны стать основательность, строгость, ответственность индивидов в деле нравственного ориентирования человечества.

 

Дискуссия между "либералами" и "коммунитаристами" в социальной философии и этике.

Эта дискуссия, по общему признанию, заняла центральное место в политической философии последних десятилетий. Она началась с "ренессанса" либеральной идеи. На первый взгляд это может показаться парадоксальным: либеральные партии в ряде западных стран все больше утрачивают свою былую популярность. Так откуда же небывалое оживление интереса к философии либерализма в социальном знании?

 

Положение либерализма в западных странах неоднозначно. С одной стороны, просуществовав три сотни лет - и не просто как некоторая теоретическая конструкция, а как идеология, определяющая политику многих западных стран, либерализм, безусловно, прошел проверку временем и доказал свою жизнеспособность. Историю либерализма можно рассматривать как историю славных побед и достижений. Основополагающие либеральные принципы фактически заложе-ны в фундамент социальпо-политической жизни и правовой реальности многих современных государств. Либерализм достиг впечатляющих успехов в устранении иерархичских преград, сдерживающих индивидуальную свободу, и в обеспечении широких возможностей граждан в их социальном действии и взаимодействии. Разработанный им политический язык прав человека настолько прочно вошел в культуру и психологию людей, что люди в современном западном мире воспринимают себя не иначе как носителей определенных прав.

 

Однако проводимая правящими либеральными партиями политика имела и негативные последствия, которые особенно ощутимо проявились в послевоенный период (противоречивые процессы экономического роста, усилившееся влияние группировок, лоббирующих частные интересы, и т.д.). Поэтому стало популярным мнение, что либерализм исчерпал свои возможности и переживает глубокий кризис. В лучшем случае либералов обвиняли в неэффективности проводимой ими политики, в худшем случае - усматривали в их деятельности источник социальной и культурной дезинтеграции. Усугубляет неоднозначное положение современного либерализма и то обстоятельство, что в последние десятилетия на политической арене многих западных стран появились новые коалиции, которые нельзя однозначно отнести к лагерю либералов, консерваторов или социалистов. Прежние четкие идеологические границы между партиями оказались размытыми. Кризис, переживаемый либерализмом, усилил нападки на него со стороны его противников. Но в последние десятилетия возродился интерес к либеральной теории, был дан толчок к критическому переосмыслению и к разработке нового варианта либерализма.

 

Заслуга возвращения либеральных идей в социально-политический дискурс принадлежит известному американскому философу Джону Роулсу, в 1971 г. опубликовавшему книгу "Теория справедливости". Она и положила начало жарким дебатам в социальной философии, философии политики и этике.

 

Либерализм Роулса принял форму концепции справедливости. И сторонники и противники либерализма отталкиваются от основных идей Роулса, когда формулируют свои собственные позиции. Теория справедливости по существу задала проблемное поле современной философии либерализма, повлияла на ее концептуальный и методологический инструментарий, предложила ответы на ключевые социально-философские вопросы и вопросы философии политики. Более того, противоположное направление родилось на волне критики либерализма. Оно получило название коммунитаризма. В числе наиболее известных коммунитаристов - критиков либерализма обычно называют М. Сэнделя, А. Мак-Интайра, Ч. Тэйлора и М. Уолцера. Придерживаясь разных философских взглядов, они выдвинули очень близкие по духу критические аргументы против либерализма, восходящие к идеям Аристотеля и Гегеля. На стороне "либералов", помимо Роулса, в дискуссии принимали участие такие современные философы как Р. Дворкин, Б. Аккерман, Т. Нагель, У. Кимлика и многие другие.

 

 

"Теория справедливости" Джон Роулс.

Каковы особенности представленного прежде всего Роулсом современного либерализма?

 

С классическим либерализмом Милля и Бентама концепцию Роулса роднит признание неприкосновенности индивидуальных прав и свобод, принципа равенства граждан, принципа веротерпимости и т.д. Однако Роулс, в противовес Бентаму, отвергает утилитаризм как способ обоснования этих принципов. Роулс следует за Кантом, считавшим, что никакие эмпирические принципы (а к их числу относится и утилитаристский принцип пользы) не могут служить основанием морального закона и, следовательно, надежным гарантом прав и свобод человека. Их значение столь велико, что никакие соображения общей пользы, благосостояния или счастья не могут оправдывать их нарушение. Поэтому в фундамент современного либерализма положена следующая идея: индивидуальные права и свободы образуют неотъемлемую часть справедливой структуры общества, ибо справедливость невозможна без признания автономии человеческой личности и предоставления каждому человеку права реализовать свою свободу - при условии признания прав и свобод других людей. Такое обоснование индивидуальных прав и свобод, согласно Роулсу, не предполагает никакого доминирования понятия блага. Принципы справедливости, не опирающиеся на общую концепцию блага, лишь задают структуру основных прав и свобод, в рамках которой отдельные индивиды - каждый со своими целями, интересами и убеждениями - получают возможность претворять в жизнь свои представления о благе.

 

Отсюда следует очень важный вывод о роли государства. Как полагают Роулс и его сторонники, государство призвано поддерживать справедливую структуру общества, а не навязывать своим гражданам некий, якобы предпочтительный образ жизни или некую систему ценностей: к примеру, гарантировать свободу слова государство должно не потому, что свободные политические обсуждения предпочтительнее безразличия к общественным делам и что они способствуют общему благополучию, а в силу того, что свобода слова позволяет гражданам выбирать свои цели и выражать свои взгляды. Государство, следовательно, обязано выступать нейтральным арбитром в конфликтах и спорах индивидов, имеющих различные представления о благе. Государство не должно отдавать предпочтения ни одной из индивидуальных позиций. Требование нейтральности государства как некое логическое завершение и обобщение либерального принципа веротерпимости - ключевая характеристика либерализма Роулса.

 

Таким образом, одна из главных особенностей представленного Роулсом современного либерализма - это стремление философски обосновать либеральные принципы, не опираясь на утилитаристскую этику и предполагая нейтральность государства.

 

Для обоснования своей концепции либерализма Роулс считает необходимым возвратиться к теории общественного договора. Но в противовес классическим версиям этой теории Роулс пересматривает понятие общественного договора: для него это не соглашение о подчинении обществу или правительству, реально заключенное нашими предками или заключаемое нами самими, а некоторая идеальная гипотетическая ситуация, в которую как бы помещают себя люди, выбирающие принципы справедливого социального устройства.

 

Ключевыми для понимания общественного договора, считает Роулс, являются две идеи. Речь идет об "исходной позиции" и "покрове неведения". Исходная позиция, по замыслу Роулса, моделирует ситуацию выбора, которая обеспечивает свободу и равенство для каждого из его участников. В определенном смысле исходную позицию можно истолковать опять-таки как гипотетический процесс заключения "сделки" между гражданами, членами сообщества, в котором каждый человек, действуя рационально и преследуя собственный интерес, стремится к самому выгодному для себя результату. Если бы в этой ситуации люди точно знали, как именно распределены между ними такие "случайные с моральной точки зрения" атрибуты как социальное положение и природные таланты, то достигнутое соглашение отражало бы сложившиеся неравенство и оказывалось бы более выгодным для тех, на чью долю уже выпала удача. Справедливость же требует, чтобы сделка была заключена на честных условиях. Предпочтительно, чтобы каждый, кто в исходной позиции выбирает принципы справедливого социального устройства, очутился как бы за "покровом неведения" в отношении и себя самого, и общества, в котором он живет. За этим стоит то простое соображение, что человек, в точности не знающий, какое именно место он займет в обществе, постарается выбрать принципы, способные обеспечивать справедливые и благоприятные условия для каждого, а значит и для него самого. "Покров неведения", согласно Роулсу, должен быть накинут и на представления людей о благе. Для того чтобы выбор был справедливым, люди должны не добиваться соглашения, которое было бы наиболее выгодным с точки зрения их собственного представления о благе, а стремиться защитить свою свободу, "формулировать, пересматривать и рационально следовать" этим представлениям о благе. Именно свобода решать, в чем состоит ценность жизни, и действовать в соответствии с этим собственным свободным решением, внося в него при необходимости изменения и исправления, имеет, по Роулсу, более кардинальное значение для определения принципов справедливости, чем сами конкретные представления людей о благе.

 

Какие же принципы справедливости будут, согласно Роулсу, выбраны людьми, окажись они в исходной позиции? Основное содержание теории справедливости Роулса и состоит в обосновании того, что люди в исходной позиции выберут два принципа справедливости. Согласно первому принципу (принципу равных свобод), "каждый человек имеет равное право на максимально широкую систему равных основных свобод, совместимых с аналогичной системой свобод для всех". По Роулсу, каждый человек выберет общество, обеспечивающее максимальную индивидуальную свободу, поскольку такая свобода служит основным источником его социальных надежд. Итак, первый принцип Роулза - это по существу принцип системы свобод. Основные свободы это 1) политическая свобода (принцип "равного участия" в политических процедурах, определяемых конституцией), 2) правление закона, или правовое государство, 3) свобода совести. Второй принцип справедливости Роулса (который по существу включает два принципа) формулируется так: "социальные и экономические неравенства должны быть урегулированы таким образом, чтобы они вели к наибольшей выгоде наименее преуспевающих" (принцип дифференциации) и "чтобы связанные с ними должности и посты в обществе были открыты для всех при условии честного соблюдения равенства возможностей" (принцип равных возможностей). Принципы справедливости Роулса опираются на стратегию, известную в теории игр как "maximin" и предполагающую максимизацию минимального результата. Итак, согласно Роулсу, человек в исходной позиции неизбежно выберет общество, в котором наименее преуспевающие окажутся в положении, наилучшем из возможных. Принципы справедливости предполагают строгую иерархию: принцип равных свобод имеет приоритет перед принципом дифференциации, а этот последний - перед принципом равных возможностей. Надо упомянуть еще о двух понятиях концепции Роулса, которые также имеют значение принципов. Это "сбережение" и "приоритетность". Принцип сбережения вменяет в обязанность людям каждого нынешнего поколения выполнять долг в отношении поколений будущего, сберегая для них ресурсы, предоставляя максимальные возможности для реализации их жизненных потребностей. Принцип приоритетности (или соотношения приоритетов) выдвигает на передний план именно основополагающие права и свободы человека, а в случае конфликта между политическими свободами и экономическим благополучием требует ни в коей мере не жертвовать первыми в пользу вторых. Основополагающие права и свободы человека вообще не должны становиться предметом какого бы то ни было политического торга.

 

Теория Роулса представляет собой вариант дистрибутивной теории справедливости: справедливость рассматривается лишь в контексте распределения "первичных благ", которые Роулс определяет как класс вещей, необходимых для реализации любого рационального жизненного плана; в их числе основные права и свободы, доход, благосостояние и возможности самореализации человека. Однако вопросы справедливости возникают и в ином контексте, например, когда нужно воздать человеку за совершенное им, определить меру вознаграждения или наказания. Если справедливость в первом, дистрибутивном, смысле связана с понятием права (права на определенную долю при распределении), то во втором смысле - с понятием заслуги.

 





Дата добавления: 2015-09-20; просмотров: 121 | Нарушение авторских прав


© 2015-2017 lektsii.org.

Ген: 0.084 с.