Критичность потребителя (продолжение). Итак, течение жизни протащило отрока через второй этаж, он поднял глаза — и увидал лестницу, ведущую на третий этаж
Лекции.Орг

Поиск:


Критичность потребителя (продолжение). Итак, течение жизни протащило отрока через второй этаж, он поднял глаза — и увидал лестницу, ведущую на третий этаж




Итак, течение жизни протащило отрока через второй этаж, он поднял глаза — и увидал лестницу, ведущую на третий этаж. Вы ждете, что он зацепится за поручень, подтянется, выберется на нижнюю приступку и зашагает вверх? Напрасно ждете. Сейчас этого не случится. Может быть — когда-нибудь — осмыслив ситуацию — с помощью Учителя он и решится на этот подвиг (мы не иронизируем; для него это действительно подвиг), — но не сейчас. Сейчас он к этому не готов. Отрочество закончилось — и ощущение финиша наполняет его истомой расслабления; мало того, он даже удовлетворен: все-таки пришел к финишу без ощутимых потерь. Три ловушки подрали штаны, кое-где припеклись и к одежке, и к коже, как смоляной вар, — стоит ли обращать внимание на такие пустяки?

Ведь начинается юность, мир полон поэзии, будущее манит такими авансами!.. — нет, что ни говорите, а жизнь прекрасна.

Если б его ЭПК, нормально развиваясь, успело за время отрочества стать такой машиной, которая почти без колебаний наезжает на дискомфорт, — он бы даже не заметил, как оказался на третьем этаже. Плыл по второму — продирался через ловушки, — опять плыл, отталкиваясь от прошлого, очаровываясь и разочаровываясь, — и вдруг, глядь, а вокруг все другое, совсем иной мир: над головой нет крыши, и много работы, которую нужно (а самое главное — очень хочется) сделать.

Поэтому запомните главное: отрок на пороге юности становится созидателем естественно, свободно, без специальных сознательных усилий. Если же он вдруг обнаруживает себя у подножья лестницы, ведущей на третий этаж — он потребитель. И это надолго.

Чтобы его понимать, мы должны разобраться, как в нем работают три важнейших механизма: 1) территориальный императив, 2) ответственность и 3) ЭПК.

Территориальный императив у потребителя мнимый. Своей территории у него нет (ему принадлежит только собственное тело — источник удовольствия); его императив безграничен, но — 1) этот императив живет воображением, а это процесс не энергоемкий, вот и судите сами: что может мыльный пузырь? 2) этот императив не имеет цели (постоянная цель быстро переполняет потребителя энергией, от избытка он ощутит дискомфорт, и потихонечку — и от себя, и от других — отвернется от цели), — значит, он не может найти точки опоры и не может создать доминанты, без которой энергетический процесс (рост энергопотенциала) невозможен.

Ответственность у потребителя только перед самим собой. Его идеал — бездеятельный комфорт. Если этот идеал оказывается под угрозой, потребитель начинает действовать, не считаясь ни с чем. Прибавьте к этому привычку кормиться с чужих грядок (ведь своей территории нет) — и вы поймете, что это конформист, совесть которого если когда-нибудь и болит, то самую малость. Трудности, невзгоды, страдания других людей он воспринимает не душой, а разумом. Его душа болит только за себя. Его совесть стоит на страже комфорта — и не желает ничем иным заниматься; да если б и захотела — то не смогла: энергопотенциал не позволяет.

ЭПК потребителя дисгармонично. Только его психомоторика нормально развита, однако и она работает вполсилы: большего не позволяет ограниченный энергопотенциал. Потребитель рад бы подкачаться энергией — он видит столько ее источников вокруг себя! — да емкости не позволяют. Емкости сами не увеличиваются, их надо разрабатывать — а это потребителю не по нутру. Он может только взять. Взять готовое. Приготовленное созидателем. Он таскает печеную картошку из костра созидателя, хотя предпочитает, чтобы она лежала уже на тарелке.

Энергопотенциал — болевая точка потребителя. Едва потребитель почувствует ее — он ищет удобную позу, чтобы не болела. Не болит — он ничего не делает.

Критичность потребителя — безошибочный инструмент, позволяющий восстанавливать и сберегать энергопотенциал. На первый взгляд это трудно представить. Ведь пока будущий потребитель двигался через второй этаж, пока формировалась его критичность — он провалился поочередно во все три ловушки — и застрял в них навсегда. Он навсегда «гадкий утенок; он навсегда игрок; он навсегда вместо гармоничного сочетания мужского и женского начал имеет какую-то невыразительную кашу, из которой — в зависимости от ситуации — вылепливается то мужская, то женская морда. Его критичность не имеет лица; как же можно говорить, что она — безошибочный инструмент?..

Природа мудрее нас. И никогда не забирает назад то, что однажды дала. Помните? — мы не раз вам твердили: если ребенок стал потребителем — это с ним на всю жизнь, он уже никогда не станет опять рабом; если отрок стал созидателем — это с ним на всю жизнь, как бы низко судьба его ни роняла. То же и с критичностью. Когда ребенок попадает на второй этаж жизни — красивый, энергичный — он воплощает собою грацию, он суть эталон гармонии; на какой-то недолгий срок, быть может — на один момент — он становится материализованной «золотой пропорцией — метрическим инвариантом гармонии. И в памяти его человеческой сущности это ощущение — эта мера — остается навсегда. И когда на исходе отрочества оказывается, что он потерпел фиаско, он сбрасывает (последний жест отрочества) всю дрянь, которая налипла на тот давешний эталон — и остается с ним. С мерой «золотой пропорции». Да — у нее нет лица; да — она одна на всех; зато она безошибочно констатирует: это — гармония, здесь — пей и ешь, а то — черт-те что, отвернись и забудь.

 

Глава VI. Критичность

- 24 -





Дата добавления: 2016-10-23; просмотров: 164 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов


Читайте также:

Рекомендуемый контект:


Поиск на сайте:



© 2015-2020 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.002 с.