Смелый мах - враг перекосов 5 страница

уровня плеч и, подседая, изобразите крест, отслеживая положение локтей. Как только вы достаточно сильно надавите руками на коль­ца, локти можно будет повернуть локтевой впадиной вперед-вниз и «выключить» (без нажима на кольца это не получится!). И это дей­ствие, как и само положение, нужно научиться хорошо, отчетливо чувствовать! Одно «но»: выключение локтей с их поворотом вниз провоцирует движение плечевыми суставами вперед и как бы ссуту-ливает гимнаста, препятствуя прямой осанке. Но это трудность пре­одолимая, нужно лишь внимательно отследить положение головы и самих плеч, не позволяя им «вылезать» вперед.

Еще одна деталь, связанная с работой плечевого пояса и осанкой в кресте. Нужно помнить, что при правильном упоре руки в стороны лопатки должны быть по возможности сближены или вообще сведе­ны, и это нужно контролировать ощущением, консолидируя работу мышечного аппарата плечевого пояса и решая тем самым проблему с осанкой и правильным положением плечевых суставов. Правда, фи­зически сильные гимнасты могут всем этим пренебрегать, но отме­тим, что «силовикам» вообще незачем задумываться над техникой креста, достаточно не забыть о стилевых требованиях.

Описанное выше выключение в локтях в реальных условиях про­исходит сразу с началом опускания в крест (или любого другого в него прихода). Можно сказать и иначе: как только локти выключа­ются, непроизвольно начинается опускание, так как сразу появляет­ся и нарастает момент силы тяжести, вызывающий отведение рук от туловища. С этого мгновения и начинается основная силовая работа по фиксации упора руки в стороны.

И вот еще одна важная деталь. Как нужно опускаться в крест? Многие скажут: замедленно, и это, конечно, понятно. Но, все-таки, как быстро это нужно делать?

Для гимнаста, испытывающего трудности с крестом, кажется оче­видным, что опускание должно быть совсем медленным, ато не «заж­мешь». Но... Как ни парадоксально, это совсем не так. Опускаться в крест лучше «в темпе». Конечно, речь идет не о падении вниз, а о силовом, но довольно живом движении, которое начинается из упора быстро, а по мере приближения к упору руки в стороны столь же быстро затормаживается. Можно сказать так: не следует сразу сопро­тивляться опусканию, а нужно целеустремленно идти к цели и, мобилизуясь, фиксировать положение уже непосредственно в зоне креста.

Легко сказать «мобилизуясь»! — Возразит читатель. А если нет та­кой возможности?

 

КОЛЬЦА ___________________________________________________________

Но все дело в том, что у того, кто опускается в крест относительно быстро, силовых возможностей всегда больше, чем у того, кто сразу, предельно напрягаясь, идет вниз нарочито замедленно и, все-таки, боится «проскочить» нужное положение. Изюминка здесь в том, что при темповом опускании приводящие мышцы, ответственные за фиксацию рук в кресте, быстро натягиваясь, способны развивать го­раздо большие усилия, чем мышцы, действующие медленно. Это обусловливается физиологической закономерностью «сила-ско­рость» (155), согласно которой сила, развиваемая мышцей, тем боль­ше чем меньше скорость сокращения или чем выше скорость ее натя­жения. С последней ситуацией мы и сталкиваемся, опускаясь в крест: быстрое натяжение приводящих мышц плеча, происходящее при темповом опускании с разведением рук из упора, сопровождает­ся прогрессивным нарастанием усилия, позволяющего остановиться в положении руки в стороны и зафиксировать это положение. Кроме того, тот, кто начинает бороться за крест слишком рано, тот и устает преждевременно: вместо того, чтобы расходовать свои ресурсы в са­мом упоре руки в стороны, он «выпускает пар» не доходя до цели.

На этом нюансы техники упора руки в стороны, конечно, не за­канчиваются, но и о них мы еще будем говорить ниже.

НАСТОЯЩИЙ ОБРАТНЫЙ КРЕСТ

«Крест вниз головой» или «стойка в кресте», или «обратный крест» — венец силовых статических элементов на кольцах. В после­дние годы этот труднейший, эффектный элемент освоили многие, но... венец этот — не всегда из чистого золота...

Строго говоря, обратный крест должен был бы выполняться — согласно идее — как стойка на руках, разведенных точно в стороны, то есть до горизонтального положения, как это и есть в обычном кре­сте. В действительности мы этого почти никогда не наблюдаем, а ви­дим некоторую имитацию, некоторое посильное приближение к этому положению, вроде показанного на рис. 95-а. Такое исполнение считается допустимым, тем более, что никаких судейских норм на этот счет не выработалось. Более того — чистое исполнение креста в стойке, наподобие показанного на фиг. б, вообще многими считается неисполнимым по причине, якобы, невозможности удерживать в нем равновесие, не говоря уже о физической трудности такого уп­ражнения.

На самом деле это не так. Строгий обратный крест выполним и весьма желателен, только вот достичь этого гораздо труднее, чем в

Настоящий обратный крест

обычном случае. (Автор этих строк в свое время свободно и подолгу держал крест вниз головой со строго горизонтальными руками да еще «дожимал» после этого в стойку на руках).

В чем же проблема обратного креста? Почему его редко делают как подобает?

Ответ, в общем-то, простой. Причина — в физических возможно­стях. Для добротного исполнения упражнения гимнастам нужно за­метно прибавить в силовых ресурсах. Чтобы убедиться в этом, срав­ним оба варианта обратного креста — упрощенный и соответствую­щий всем требованиям.

Первое. Почему гимнаст не опускается полностью, плечевыми суставами до уровня опоры о кольца кистями? Тут объяснение эле­ментарное: так держать гораздо легче, потому, что плечо силы тяжес­ти, действующее на каждую руку, в этом случае существенно уме­ньшается. Так, при положении рук под 45° усилие, необходимое для фиксации стойки, снижается примерно на треть, а это очень много (б).

Второе. Как правило, гимнаст не только не разводит руки полно­стью, но и уводит их к тазу, придавая позе сходство с высоким гори­зонтальным упором (а). При этом тело обычно заметно прогибается. Зачем это нужно и нужно ли вообще? Да, здесь есть достаточно раци­ональное объяснение. Прежде всего, выведение рук из лицевой плос-

КОЛЬЦА

Тонус тонусу рознь

 

кости тела позволяет сразу дополнительно включить в работу ряд сильных мышц, практически недействующих при идеальной поста­новке позы обратного креста. Так, если при строгом исполнении мышцы работают только на отведение плеча (и это, в основном, лишь средние пучки дельтовидной и надостная мышцы), то в положении, показанном на фиг. а, в удержании позы участвуют пучки большой грудной мышцы, одна из головок двухглавой мышцы плеча, пере­дняя часть дельтовидной мышцы, отчасти — клювовидно-плече­вая мышца, то есть — еще целая группа сильных мышц, серьезно об­легчающих гимнасту фиксацию позы.

И третье. Есть еще один немаловажный момент—промежуточное положение рук относительно туловища (по терминологии это «впе­ред-вверх-кнаружи»). Оно позволяет удерживаться в положении, при котором руки свободно смещаются, по необходимости, в любом направлении, быстро реагируя на постоянно меняющуюся ситуацию равновесия, то есть позволяет удобно балансировать. Если же руки устанавливаются точно в стороны (какв б), то не только ухудшается зрительный контроль положения, но и существенно снижается дос­тупная гимнасту вариативность регулировочных действий кистями с кольцами и плечами; достаточно сказать, что движение руками на*-зад, за лицевую плоскость, здесь затруднено по чисто анатомическим причинам.

Итак, приспособительный вариант стойки в кресте избран гим­настами не случайно, он вполне рационален и гораздо более дос­тупен.

Но было бы ошибкой считать, что более эффектное исполнение этого великолепного упражнения недоступно. Вовсе нет, оно воз­можно, но, конечно, требует труда и способностей. Во всяком случае, гимнастам с хорошими силовыми данными настоятельно рекомен­дуем этот шанс использовать, особенно, если судьи научатся разли­чать исполнение упражнения по качеству и не будут стричь всех мас­теров под одну гребенку!..

ТОНУС ТОНУСУ РОЗНЬ

В заключение главы коснемся еще раз вопроса о мышечном тону­се (1,104, см. также 162,163,170).

Вспомним для начала новичка, пытающегося делать стойку на руках: кольца у него ходят ходуном. И не только потому, что ему трудно удерживать равновесие, но и оттого, что он наивно пола­гает, будто если держать кольца «жестче», то и стойка будет вернее.

Но выходит всё наоборот: чем сильнее, конвульсивнее гимнаст на­прягается, пытаясь обуздать снаряд, тем больше его одолевает «тря­сучка».

Мастер действует иначе. Конечно, он строг, точен, но в стойке отнюдь не перенапрягается и ведет себя спокойно. Мышечный аппа­рат всего тела и, особенно, рук и плечевого пояса, у него мобилизован ровно настолько, насколько нужно, чтобы контролировать задан­ную позу, не больше. И это нужно не только потому, что лишнее возбуждение быстрее утомляет. Это необходимо по той причине, что перенапряженная мышца приобретает ненужные здесь упругие свойства, и всякое движение, возникающее при балансировании (а оно всегда есть!) в этом случае лишь усугубляется, а уж у новичка-то просто идет «в разнос»! Разумеется, расслаблять мышечный аппа­рат тоже никак не следует, но он может и должен находиться в неко­тором оптимальном состоянии, при котором возникающие в системе вредные колебания быстро бы гасились. Но вспомним: в какой среде движение затухает быстрее? Только не в упругой! Лучше всего здесь подходит вязкое состояние среды и (или) движущегося тела. Это оз­начает, что и мышечный аппарат гимнаста при исполнении такого упражнения, как стойка на руках, должен стать как бы вязким, «пла­стилиновым». В применении к мышцам это означает — подрасслаб-ленным. Как только гимнаст начинает это понимать, стойка на коль­цах у него начинает «успокаиваться».

Но вот как бы противоположный пример, связанный с мышеч­ным тонусом — силовые упражнения. Нередки случаи, когда гим­наст, несмотря на отличную силовую подготовку, не может спра­виться с таким упражнением как «дожим» из упора руки в стороны в упор. При этом обычно выясняется, что, уже зафиксировав крест, исполнитель невольно переходит в режим «удержания», фактически отключая часть ранее задействованных мышечных волокон и не­сколько расслабляясь. Субъективно это воспринимается как переход от «упора» к «вису»'⁹ в кресте. Это касается не только мышц рук и плечевого пояса, но вообще большинства мышц тела; не случайно некоторые «силовики» могут «болтать» ногами в кресте, спокойно разговаривать и даже... петь. Подобное изменение структуры напря­жения мышц с частичным снижением их тонуса, как правило, резко осложняет дальнейшее выполнение силовых действий, требующих

¹⁹ Напомним, что «упор» руки в стороны является упором только терминоло­гически. Физически это чистой воды вис, так как ОЦТ тела гимнаста находится ниже опоры, в состоянии устойчивого равновесия.

ТЕХНИКА ГИМНАСТИЧЕСКИХ УПРАЖНЕНИЙ

непрерывной предельной мобилизации. Гимнаст, не обладающий силовыми супервозможностями, но претендующий на владение эле­ментами типа «дожима» из креста, должен знать, что снижение мы­шечного тонуса, достигнутого при фиксации упора руки в стороны, в их случае — непозволительная роскошь. «Дожать» обычно можно только из упора, а не из виса руки в стороны.

Нечто подобное имеет место и при других, более легких силовых движениях преодолевающего характера. Если гимнаст испытывает трудности, например, с жимом в стойку, не важно каким именно, он должен на протяжении всего подъема поддерживать высокий мы­шечный тонус, непрерывный силовой напор, будучи особенно вни­мательным на границах фаз действий, когда происходят переключе­ния в работе мышечного аппарата. Таковы, например, переходы из «угла» через вертикальный упор в бланшах (78), переходы от одной фазы к другой в «жиме» согнувшись (77,174) и т. п. Причем это каса­ется, опять-таки, не только мышц плечевого пояса, но и всего тела: на первых порах исполнитель должен быть тотально мобилизован и полностью держать себя «в тонусе».

КОНЬ

СОВСЕМ ОСОБЕННЫЙ

Конь, конечно, самый оригинальный гимнастический аппарат, хотя и один из самых древних. Как вид гимнастических движений и как вид многоборья, он всегда стоял наособицу. Ведь это единствен­ный снаряд, посвященный как бы только махам ногами, тогда как ос­тальные звенья тела эти движения лишь обслуживают. Ктомуже, конь всегда считался коварным видом многоборья, так как малейшая неточ­ность, самая ничтожная ошибка, например, потеря лишь на мгнове­нье самоконтроля, могут здесь привести к немедленному провалу.

Но это далеко не все. Зададимся, например, вопросом: какие фи­зические качества остро необходимы «коневику»?

Сила? Но для чего? Здесь не нужно делать «крестов», выполнять долгие мощные тяги... Конечно, для современных выходов в стойку нужна и сила, но ее гимнаст в достатке «приносит» на коня с других видов подготовки.

Может быть — гибкость? Но подвижность в позвоночном столбе здесь вообще не востребована, а растянутость полезна разве что при махах разведенными ногами, хотя и здесь важнее техника, а не рас­тяжка. Во всяком случае, растянутость вовсе не определяет ничего особенного в подготовке на коне.

О таких же качествах, как скоростно-силовые способности, чрез­вычайно много определяющих почти во всех других видах многобо­рья (прыжки, взрывная работа, разнообразные отталкивания и проч.) здесь и говорить не приходится — на коне они практически не нужны.

Есть лишь одно физическое качество, которое на коне нужно не меньше, чем в других гимнастических видах. Это специальная вы­носливость. Но именно специальная, то есть такая, какая в других видах не пригодится и с других видов на коня почти не переносится.

Тогда что же для коня нужно прежде всего?

Конечно, многое здесь зависит от конституции спортсмена, и мы об этом будем более подробно говорить в одном из последующих

Конь

Микрокосмос коня

 

сюжетов (112). Но, чтобы воспользоваться удачно скроенным телом, нужно еще уметь правильно привести его в движение... И здесь, как выясняется, важны качества, связанные с так называемой сенсомо-торикой, со способностью ощущать и оценивать признаки движе­ния, и на этой основе управлять им. Это — связанные друг с другом координированность и чувство баланса на ограниченной специфи­ческой опоре, это четкое чувство ритма и физической меры усилия и вызванного им движения. Эти чувства, ощущения основываются на восприятии мышцами моментальных переключений в характере действий (функционируют так называемые мышечные афференты), ощущений, исходящих от суставов рук (особенно кистей) и плечево­го пояса (это так называемая проприоцептивная чувствительность), от поверхностей ладоней, упирающихся в ручку или тело коня (это так называемая тактильная чувствительность). В сумме эти и другие ощущения формируют «чувство снаряда», развитое у разных испол­нителей в различной степени. И дело не только в квалификации, ма­стерстве, но и в том, что называется талантом. Именно этим таин­ственным качеством (в сочетании с особенностями самого коня, о чем уже говорилось) можно объяснить удивительный успех некото­рых прирожденных «коневиков», которые могли и не быть сильны­ми многоборцами. Вот показательный исторический пример. Еще в 40-е годы, а затем и после войны, в СССР блистал заслуженный мас­тер спорта Владимир Лаврущенко, никогда не бывавший серьезным претендентом на чемпионство в многоборье, но множество раз выиг­рывавший коня. Сохранились старые киноролики, запечатлевшие работу этого уникального «коневика». Они производят удивитель­ное впечатление. Конечно, полвека назад гимнаст не мог делать не­известные тогда «вертушки» Мадьяра или круги «деласал-томас», да и стиль махов Лаврущенко был, по понятным причинам, не так отточен и мощен, как у нынешних мастеров. Иначе и быть не могло. Но во всем остальном его работа поразительно мало отличалась от современной. Можно не сомневаться, что возможности этого гимнаста и других лучших «коневиков» прошлых времен уже тогда позволили бы освоить большинство из тех элементов, которые со­ставляют основной репертуар нынешних мастеров, не исключая и «специалистов» по махам на коне. Это особенно показательно пото­му, что подобный «консерватизм» совершенно немыслим в отноше­нии в отношении других видов многоборья. Попробуйте сравнить современные упражнения на перекладине, кольцах, бревне, опор­ных прыжках и т. п. с упражнениями 50—60-летней давности! Со­поставление будет убийственным, как если бы сравнивать «эмку»

40-х годов с «шестисотым» мерседесом! Но к коню это относится гораздо меньше: все, что на коне сохранилось из старых времен до нашей эпохи (круги продольно и поперек, переходы, круги типа «стойкли», «чешского», «выходов-входов», «шагинян» и проч.) вы­полняются почти также, а уж скрещения, в особенности виртуозные (с поворотами и др.) Владимир Лаврущенко делал определенно луч­ше нынешних мастеров...

Были и другие замечательные «коневики», подтверждающие те­зис о том, что конь в чем-то развивается мало и медленно. Это Грант Шагинян, Юрий Харитонов, тот же Золтан Мадьяр, не блиставший, в сущности, стилем исполнения, но цепко сидевший на снаряде и хорошо освоивший базовые махи.

Таков конь, этот снаряд-оригинал.

МИКРОКОСМОС КОНЯ

В предыдущем сюжете мы констатировали, что конь это вид, раз­рабатывающий всего лишь махи ногами... Но как разнообразен мир этих махов! Если вдуматься, то на тесной опорной площадке коня гимнаст может воспроизводить, с физической точки зрения, прин­ципиально все виды вращений и перемещений. В самом деле: абсо­лютно свободное, то есть ничем не связанное физическое тело имеет, какизвестно из механики, шесть так называемых степеней свободы. Это означает, что оно может перемещаться в любом из трех взаимно перпендикулярных направлений и, вместе с тем, вращаться вокруг трех независимых осей²⁰.3 + 3 = 6. Но к коню, на первый взгляд, это не относится. Какие уж там «степени свободы»! — Гимнаст крутится почти на одном и том же пятачке...

Но так лишь кажется. Конечно, конь это не перекладина, не опор­ный прыжок. Здесь абсолютно преобладает положение «теме­нем вверх», но все же движения гимнаста на коне очень разно­образны.

Всмотримся в схему на рис. 96. Выполняя «плоские» махи типа простых скрещений, гимнаст, оставаясь в ручках, вращается вокруг передне-задней оси В. Свободно смещаться вдоль этой оси, то есть поперек коня, гимнаст не может, этому препятствует тело снаряда. Но можно объединить вращение вокруг осей А и В, и тогда получится

²⁰ Ради упрощения, мы опускаем ряд деталей. Наиболее дотошный читатель должен здесь обратиться к понятию о так называемых «углах Эйлера», рассмат­ривающихся в рамках теоретической механики.

 

конь ______________________________________________________

своеобразный конический маятник, а это не что иное, как известные нам классические круги ногами.

На рисунке показана еще одна ось — С. На схеме она условно дана по вертикали, как если бы гимнаст, находясь в отвесном положении, вращался налево-направо; такие движения принято называть «пово­ротами». Но наш рисунок условен. На самом деле ось С это — про­дольная ось тела гимнаста, изменяющая свое положение в простран­стве вместе с телом спортсмена, которое на коне обычно находится где-то между вертикалью и горизонталью.

Итак, гимнаст может с большей или меньшей свободой вращаться вокруг всех трех осей, связанных с его телом. Но ему доступны, как мы знаем, и перемещения относительно тела коня. Смещением в на­правлении А-А он может менять одну опорную зону на другую, дела­ет переходы и т. п. упражнения. В направлении оси В перемещение ограничено движениями типа наскоков-соскоков, но если учесть су­ществование элементов типа проходов поперек, то можно условно

109. Что есть «перемах»?

принять, что и смещения в передне-заднем (для гимнаста) направле­нии здесь также исполнимы.

Остались движения вдоль оси С, то есть вверх и вниз. Долгие годы возможность таких перемещений, при которых изменялась бы фиксированная высота рабочего положения на снаряде, не использо­валась (если не считать подъемов на ручку и сходов с нее). Но после появления упражнений с выходом в стойку на руках (ставшей для гимнастов новым рабочим положением на коне) была задействована, наконец, и эта степень свободы.

Итак, на коне возможно — с некоторыми оговорками — вращать­ся и перемещаться самым разным образом. В этом нет, как будто, ничего нового, однако ниже мы еще вернемся к особенностям кине­матики коня и увидим, что многое здесь заслуживает более присталь­ного внимания и не так очевидно, как может показаться на первый взгляд.

109. ЧТО ЕСТЬ «ПЕРЕМАХ»?

Вопрос кажется настолько пустяковым, что жаль даже тратить на него время... И все же.

«Перемахом» издавна принято называть всякое движение, в ходе которого ноги или нога переносятся через опору. Если все ограничи­валось бы этим терминологическим моментом, то на этом можно было бы и закончить... Но все дело в том, что в применении к коню, где на каждом шагу — перемахи, это понятие приобрело особый смысл. Оно стало символом двигательной единицы на коне. С давних времен считалось и писалось, что движения на коне строятся именно из таких пере махов.

Действительно, если речь идет об упражнениях типа плоских ма­хов (скрещения и т. п.), в которых нога, двигаясь вверх и вниз, «пре­одолевает препятствие», все выглядит непротиворечиво. Это и в са­мом деле то, что можно назвать «перемахом».

Совсем иначе обстоит дело с главным для коня движением — кру­гами двумя. Правда, и здесь, на первый взгляд, все те же перемахи. Например, из упора сзади перемах назад в упор плюс перемах вперед вновь в упор сзади; это и есть круг. Ведь так?

Так-то так, но вот другой пример: из упора поперек на теле лицом внутрь — круг. Из каких перемахов состоит этот элемент? Гимнаст лишь один раз проносит тело над конем в упоре сзади, то есть делает полный круг только с одним перемахом. Более того! — Можно де­лать, как известно, полноценные круги двумя, опираясь о голые руч-

Конь

Двухопорный старт

 

ки на стойках, когда не будет тела коня, и, значит — вообще никаких перемахов. Круги есть, а перемахов — нет! А круги на полу, столь популярные ныне у мастеров, или на тренировочном грибке? Там все наоборот: исполнитель делает как бы один непрерывный перемах, пронося и ноги, и все тело над опорой на протяжении всего цикла движения. У этого «перемаха» нет ни начала, ни конца...

Каков же вывод? А вывод очевиден: пресловутый перемах вовсе не является структурной единицей махов на коне, как это обычно считалось. Дело совсем не в том, проносит или не проносит гимнаст ноги и тело через какое-то препятствие. Ошибочность такой трак­товки махов на коне особенно очевидна теперь, когда техника круго­вых движений на коне стала универсальной, и гимнаст делает круги двумя практически одинаково на любой части коня (и не только коня) и в любом рабочем положении на опоре.

Ну и что, скажет практичный читатель? — Ну и пусть перемах надо определять как-то иначе, какое это имеет значение для дела?

Определение перемаха, действительно, не имеет особого значе­ния. Более того, существующее в литературе определение термина «перемах» — совершенно верное, и менять его незачем. Пусть движе­ние, которым гимнаст «перемахивает» через опору, и называется, как называлось — перемахом.

Дело совсем в другом. Перемах не следует рассматривать как структурную единицу движений на коне, это — ошибка, и ошибка грубая теоретически и вредная практически. Истинным кирпичи­ком или, если угодно, модулем, из которого строятся упражнения на коне, является вовсе не перемах, и это важно понять, так как это имеет самое прямое отношение к пониманию технической сути дви -жений на коне и, следовательно, к методике подготовки на этом трудном и оригинальном виде гимнастического многоборья. Что же является действительной двигательной единицей движений на коне? Об этом — в следующем сюжете.

ДВУХОПОРНЫЙ СТАРТ

Гимнаст, работающий на коне, походит на человека, бегущего на тредбане. Он все время движется, движется... не сходя с места. Как поддерживать это непрерывное движение? Мы знаем, что спортсмен ритмично отталкивается от опоры руками, одновременно выполняя организованные маховые движения свободными звеньями, в пер­вую очередь — ногами. Иначе говоря, он действует в импульсном режиме, когда инерционное движение тела все время энергетически

подпитывается благодаря взаимодействию с опорой, подобно тому, как вновь и вновь поддерживается движение отталкиванием ног при ходьбе или беге.

Тут-то мы и подходим к ответу на вопрос о том, что такое — в отличие от перемаха — истинная двигательная единица на коне. Это — двигательное действие (а точнее — цикл организованных мик­родействий), в ходе которого гимнаст в очередной раз подталкивает свое тело, сообщая ему нужное движение.

Но для любого отталкивания необходима, как известно, полно­ценная опора. А на коне, как мы знаем, чередуются фазы двух- и одноопорных положений (редкие безопорные положения при пере­скоках мы обсуждать не будем). И в тех и в других, формально гово­ря, возможно взаимодействие с опорой, но одноопорные фазы (ООФ) на коне по техническим условиям мало пригодны для актив­ных энергообеспечивающих действий. Фактически, только в двухо-порных положениях и, соответственно, фазах движения (ДОФ) мо­жет эффективно поддерживаться и корректироваться программное движение на коне. Эти ключевые рабочие положения — известные нам упор и упор сзади; только в них гимнаст способен действовать мощно и точно, может управлять своими движениями. Лишь отрабо­тав в очередной ДОФ, спортсмен может позволить себе «вольности» в виде одно- или даже безопорных движений, усложняемых поворота­ми, выходами-входами, переходами и т. п.