Ћекции.ќрг


ѕоиск:




 атегории:

јстрономи€
Ѕиологи€
√еографи€
ƒругие €зыки
»нтернет
»нформатика
»стори€
 ультура
Ћитература
Ћогика
ћатематика
ћедицина
ћеханика
ќхрана труда
ѕедагогика
ѕолитика
ѕраво
ѕсихологи€
–елиги€
–иторика
—оциологи€
—порт
—троительство
“ехнологи€
“ранспорт
‘изика
‘илософи€
‘инансы
’ими€
Ёкологи€
Ёкономика
Ёлектроника

 

 

 

 


ј) ѕоклонение женщине и поклонение душе




ѕринцип христианского соединени€ противоположностей есть поклонение Ѕогу; в буддизме Ч поклонение самому себе, своей самости (саморазвитие); у √ете и Ўпиттелера мы видим, что разрешающий принцип определ€етс€ как поклонение душе, символически выраженное в поклонении женщине. ¬ этом заключаетс€, с одной стороны, современный, индивидуалистический принцип, с другой же Ч примитивный, полидемонистический принцип, указывающий не только каждому племени, но и каждому роду, каждой семье и даже каждому индивиду его собственное религиозное начало.

—редневековый оригинал ‘ауста потому имеет совершенно особенное значение, что у колыбели современного индивидуализма действительно стоит средневековый элемент. Ќачалось это, как мне кажетс€, с поклонени€ женщине, что значительно укрепило мужскую душу как психологический фактор; ибо поклонение женщине имело в виду поклонение душе. Ќигде это не выражено прекраснее и полнее, как в ЂЅожественной комедииї ƒанте.

ƒанте Ч духовный рыцарь своей дамы; ради нее он переживает приключени€ низшего и высшего мира. » в этом героическом труде образ ее возвышаетс€ дл€ него до потусторонней, мистической фигуры Ѕогоматери, фигуры, отрешившейс€ от объекта и ставшей благодар€ этому олицетворением чисто психологического фактора, а именно тех бессознательных содержаний, персонификацию которых € называю анимой. ¬ XXXIII песне –а€, в молитве Ѕернарда, мы находим этот венец психического развити€ ƒанте:

1.

ќ ƒева-ћать, дочь —ына —воего! —миренна€,

возвышена “ы более,

„ем вс€кое другое существо!

4.

“ы цель конечна€ верховной воли;

“обою род наш так облагорожен,

„то сам “ворец возжаждал нашей доли.

к развитию ƒанте относ€тс€ также стих 22 и последующие:

—ей муж из бездны, больше всех глубокой,

¬ сии круги подн€лс€ с перстью дольной,

»х счастьем порознь упоивши око.

 

» ныне молит Ч силы дать довольно,

ƒа Ч милостью “воей Ч он хоть однажды

ƒо радости взлетит первопрестольной.

стих 31 и дальше:

–ассей же в нем все смертности туманы,

ƒабы, очищен, мог он насладитьс€

¬ерховнейшим блаженством невозбранно.

и дальше:

¬осторжествуй над плотью в бореньи!

ѕусть сонм св€той сольетс€ весь Ч о том,

—о мной и Ѕеатриче, в сем моленьи! /56/

“о обсто€тельство, что ƒанте говорит здесь устами св. Ѕернарда, указывает на преобразование и возвышение его собственного существа. ¬едь такое же превращение происходит и в ‘аусте, который восходит от ћаргариты к ≈лене, а от нее к Ѕогоматери и, несколько раз измен€€ свое существо путем фигуральной смерти, достигает, в качестве Ђдоктора ћарианусаї, высочайшей цели. ¬ его лице ‘ауст обращает свою молитву к ƒеве-ћатери:

ќ владычица мо€!

¬ сфере поднебесной,

¬ тайне пусть увижу €

ќбраз твой чудесный!

ќ, дозволь, чтоб муж душой

—трогой умилилс€,

„тобы, полн любви св€той,

¬есь к тебе стремилс€!

»сполн€ем, полны сил,

ћы твои велень€;

“ы огн€ смир€ешь пыл

—ловом примирень€.

ƒева чиста€ душой,

ћатерь перед нами

» царица над землей,

–авна€ с богами.

и далее:

 а€сь, нежные вы к ней

¬зоры устремите,

«а блаженство ваше ей

Ѕлагодарность шлите.

„то велишь, готов свершать.

¬с€кий дух спасенный:

ќ, царица-дева-мать,

Ѕудь к нам благосклонной! /57/

¬ св€зи с этим необходимо указать и на замечательные символические атрибуты ѕресв€той ƒевы в Ћитании Ћорето (в переводе —. ј. Ћорие: Ђлавретанской литанииї. Ч прим. ред. ).

ћатерь любезна€,

ћатерь чудесна€,

ћатерь благого совета.

«ерцало справедливости,

Ћоно премудрости,

»сточник нашей радости.

—осуд духовный,

—осуд почитани€,

—осуд совершенный благочести€.

–оза мистическа€,

Ѕашн€ ƒавидова,

Ѕашн€ из слоновой кости.

ƒом золотой,

«авета ковчег,

¬рата в небеса,

”тренн€€ звезда.

(Missale Romanum.)

Ёти атрибуты обнаруживают функциональное значение образа ƒевы-ћатери; они показывают, как душевный образ (анима) действует на сознательную установку, а именно как сосуд благочести€ и поклонени€, источник премудрости и обновлени€.

Ќаиболее сжатую и нагл€дную форму такого характерного перехода от служени€ женщине к служению души мы находим в Ђѕастыреї √ермаса, исповедническом сочинении эпохи раннего христианства, написанном приблизительно в 140 году по –ождеству ’ристову. Ќаписанна€ по-гречески, книга состоит из р€да видений и откровений, изображающих, по существу, укрепление в новой вере. Ќекоторое врем€ эта книга считалась канонической, однако была отвергнута мураторским каноном (Muratori Canon). ќна начинаетс€ так:

Ђ“от, кто взрастил мен€, продал мен€ в –им некоей –ооде. ѕо прошествии многих лет € оп€ть познакомилс€ с нею и полюбил ее как сестру. ќднажды, некоторое врем€ спуст€, € увидел ее купающейс€ в реке “ибр, и € подал ей руку и помог ей выйти из воды. ”вид€ ее красоту, € подумал в сердце моем: Ђя был бы счастлив, если бы имел жену такой красоты и такого видаї. Ёто было мое единственное желание, и ничего другого, кроме этогої.

Ёто переживание было исходной точкой дл€ последующего затем эпизода и видени€. ѕо-видимому, √ермас служил у –ооды рабом, затем, как это часто бывало, был отпущен на волю и позднее снова встретилс€ с нею, причем в душе его, столько же из благодарности, сколько от удовольстви€, шевельнулось чувство любви, которое, однако, дл€ его сознани€ имело характер чисто братского чувства. √ермас был христианином; кроме того, как €вствует из последующего текста, он в то врем€ был уже отцом семейства; и эти обсто€тельства вполне объ€сн€ют вытеснение эротического элемента. Ќо тем более благопри€тствовала осознанию эротического желани€ та своеобразна€ ситуаци€, котора€ оставл€ет открытым целый р€д вопросов. —обственно говор€, это желание €сно выражено в мысли о том, что он хотел бы, чтобы –оода была его женой; однако, как √ермас особенно подчеркивает, это желание ограничиваетс€ простым констатированием, веро€тно, потому, что все дальнейшее и более непосредственное тотчас же подверглось моральному вытеснению. »з последующего с несомненностью вы€сн€етс€, что вытесненна€ часть либидо вызвала в его бессознательном огромное изменение, ибо она оживила в нем душевный образ и сообщила ему самопроизвольную действенность. ќбратимс€ далее к тексту:

Ђ„ерез некоторое врем€, когда € шел в  умы и прославл€л творение Ѕожие за его величие, красоту и мощь, мною овладела на ходу сонливость. » дух вз€л мен€ и увел мен€ прочь через бездорожную страну, по которой человек не мог пройти. »бо местность была вс€ в трещинах и изрыта водными потоками. я перешел через эту реку и очутилс€ на равнине, где бросилс€ на колени, вознес молитву к Ѕогу и исповедалс€ в моих грехах. ѕока € так молилс€, разверзлись небеса и € увидел ту женщину, по которой тосковал; она приветствовала мен€ с небес и сказала: Ђѕривет тебе, √ермас!ї », смотр€ на нее, € сказал ей: Ђ√оспожа, что делаешь ты тут?ї ј она мне ответила: Ђћен€ вознесли на небеса, чтобы € принесла √осподу жалобу на теб€ за грехи твоиї. я сказал ей: Ђ“ы жалуешьс€ на мен€ теперь?ї Ч ЂЌет, Ч сказала она, Ч но выслушай слова, которые € скажу тебе. Ѕог, обитающий в небесах и сотворивший сущее из не-сущего, увеличивший и умноживший его ради —в€той ÷еркви своей, гневаетс€ на теб€, потому что ты согрешил против мен€ї. я отвечал ей и сказал: Ђ–азве € согрешил против теб€? √де и когда сказал € тебе дурное слово? –азве € не смотрел на теб€ всегда и всюду, как на богиню? Ќе обращалс€ ли € всегда с тобою, как с сестрой? ѕочему же, о женщина, ты несправедливо обвин€ешь мен€ в столь дурных и нечистых делах?ї ќна засме€лась и сказала мне: Ђ∆ажда греха восстала в твоем сердце. »ли тебе не кажетс€ греховодным делом дл€ праведного мужа, если грешное вожделение восстает в его сердце?ї Ч Ђƒа, Ч сказал он, Ч это грех, и грех великий. »бо праведный стремитс€ к тому, что праведноїї.

»звестно, что одинокие прогулки способствуют мечтани€м и фантазированию. “ак и √ермас на пути в  умы размышл€л, веро€тно, о своей госпоже, причем вытесненна€ эротическа€ фантази€ понемногу увлекла его либидо вниз, в бессознательное. ¬следствие этого, то есть благодар€ понижению интенсивности сознани€, им овладела сонливость и он впал в сомнамбулическое, или экстатическое состо€ние, которое есть не что иное, как особенно интенсивна€ фантази€, всецело плен€юща€ сознание. «амечательно, что им овладевает не эротическа€ фантази€, но он как бы переноситс€ в иную страну, что в фантазии выражаетс€ как переправа через реку и хождение по бездорожным местам. “аким образом, бессознательное €вл€етс€ ему миром противосто€щим или сверхмиром, в котором совершаютс€ событи€ и движутс€ люди, наподобие действительного мира. ≈го владычица жена предстает ему не в эротической фантазии, но в Ђобожествленномї виде, подобно богине в небесах. Ёто обсто€тельство указывает на то, что эротическое впечатление, вытесненное в бессознательное, оживило лежащий наготове первообраз богини, то есть первоначальный душевный образ. ќчевидно, эротическое впечатление сочеталось в коллективном бессознательном с теми архаическими осадками, которые от века хран€т в себе следы мощных неизгладимых впечатлений о сущности женщины Ч женщины как матери и женщины как желанной девы. Ёти впечатлени€ потому были могучи, что как в младенце, так и в зрелом муже они разр€жали силы, непосредственно заслуживающие атрибута божественности, то есть чего-то непреодолимого, безусловно принуждающего. ѕознание этих сил, как демонических властей, об€зано своим происхождением не столько моральному вытеснению, сколько саморегулированию психического организма, который, при помощи такого оборота, стараетс€ оградить себ€ от потери равновеси€. »бо если психика оказываетс€ способной противопоставить непреодолимо увлекающей силе страсти, бросающей одного человека на путь другого и предающей его на гнев и на милость, Ч иную позицию, отнима€ на самой высоте страсти у беспредельно желанного объекта ореол идола и заставл€€ человека пасть на колени пред образом божества, то она тем самым спасает человека от прокл€ти€, прикрепл€ющего к объекту. “огда человек возвращен самому себе, и, вынужденный предатьс€ себе, он вновь находит себ€ самого среди богов и людей, на своем собственном пути, подчиненным своему собственному закону. Ќеверо€тна€ робость, присуща€ первобытному человеку, эта робость перед всем производ€щим сильное впечатление, что он тотчас же ощущает как волшебство, как нечто зар€женное магической силой, Ч охран€ет его вполне целесообразно от того, что можно назвать утратой души, утратой, которой бо€тс€ все первобытные народы, ибо за нею следуют болезнь и смерть.

”трата души соответствует отрыву части собственного существа, исчезновению и эмансипации одного комплекса, который через это становитс€ тираническим узурпатором сознани€, подавл€ет человека в его целом, выбрасывает его из русла и принуждает его к поступкам, слепа€ односторонность которых неизбежно приводит его к саморазрушению. »звестно, что первобытные народы подвержены таким €влени€м, как исступление (амок), неистовость, одержимость и проч. ќсознание демонического характера такой силы €вл€етс€ действенной защитой, ибо такое представление тотчас же отнимает у объекта большую часть его чарующей силы и переносит источник ее в демонический мир, то есть в бессознательное, откуда в действительности и произошла сила страсти. Ёкзорсистскому возвращению либидо в бессознательное служат также и обр€ды заклинани€, которые должны вернуть душу и разрушить чары.

Ётот механизм действует, по-видимому, и в эпизоде с √ермасом. ѕревращение –ооды в божественную госпожу отн€ло у действительного объекта его вызывающую страсть и губительную силу и подчинило √ермаса закону его собственной души и ее коллективных определений. √ермас благодар€ своим способност€м был несомненно более глубоко приобщен к духовным течени€м своего времени.  ак раз в это самое врем€ его брат, ѕий, занимал в –име епископский престол. ѕоэтому √ермас был, веро€тно, призван работать над великими задани€ми своего времени в большей степени, чем он мог это сознательно осуществить в качестве бывшего раба. Ќи один способный человек того времени не мог надолго противосто€ть исторической задаче той эпохи Ч христианизации, разве только если пределы и свойства его расы, естественно, указывали ему иную функцию в великом процессе духовного преобразовани€. ѕодобно тому как внешние услови€ жизни принуждают человека к известным социальным функци€м, так и душа имеет известные коллективные определени€, принудительно ведущие к социализации мнений и убеждений. ѕревращение возможного социального нарушени€ и возможного вызванного страстью самоповреждени€ Ч в служение душе подводит √ермаса к исполнению социальной задачи духовного свойства, котора€ дл€ того времени имела, конечно, немалое значение.

Ќо чтобы сделать его способным к выполнению такого задани€, необходимо, по-видимому, чтобы душа его разрушила в нем последнюю возможность эротической прив€занности к объекту. Ёта последн€€ возможность состоит в нечестности перед самим собою. —ознательно отрица€ в себе эротическое желание, √ермас доказывает только, что ему было бы при€тнее, если бы эротического желани€ в нем не было, но совсем не доказывает, что в нем действительно нет эротических стремлений и фантазий. ѕоэтому женщина и его госпожа, то есть душа, беспощадно вскрывает наличность его греха и тем освобождает его и от тайной прив€занности к объекту. Ётим она, как Ђсосуд благочести€ї, перенимает ту страсть, котора€ стремилась бесполезно растратить себ€ на объект. Ќеобходимо было искоренить и последний остаток этого именно дл€ того, чтобы выполнить задание той эпохи, заключавшеес€ в отсечении человека от чувственной прикрепленности, от первобытной Ђparticipation mystiqueї. ƒл€ человека того времени эта прикрепленность стала непереносимой. » дл€ восстановлени€ психического равновеси€ духовное начало должно было пройти через дифференциацию. ¬се философские попытки восстановить это психическое равновесие, эту aequanimitas, попытки, сгустившиес€ главным образом в учении стоицизма, терпели крушение вследствие своей рационалистичности. –азум может дать равновесие только тому, дл€ кого разум стал уже органом равновеси€.

Ќо дл€ многих ли и в какие исторические эпохи разум был этим органом? ѕо общему правилу, человек должен иметь в себе самом и самую противоположность к данному своему состо€нию, дл€ того чтобы вынужденно держатьс€ середины. Ќа основании одного только разума человек вр€д ли когда-нибудь сможет отказатьс€ от жизненной полноты и чувственной нагл€дности непосредственного состо€ни€. ѕоэтому дл€ него необходимо, чтобы силе и наслаждению временности противосто€ла радость вечности, а чувственной страсти Ч сверхчувственный восторг. Ќасколько первое дл€ него неоспоримо действительно, настолько последнее должно быть дл€ него принудительно действенным.

„ерез усмотрение действительной наличности своего эротического желани€ √ермас получает возможность достигнуть признани€ метафизической реальности, то есть через это душевный образ приобретает и то чувственное либидо, которое доселе цепл€лось за конкретный объект, а теперь придает образу, кумиру, ту реальность, на которую чувственный объект искони претендовал исключительно дл€ себ€. “аким образом, душа получила возможность действенно говорить и успешно удовлетвор€ть свои прит€зани€.

ѕосле вышеприведенного разговора с –оодой образ ее исчез, и небеса вновь замкнулись. ¬место того по€вилась Ђстара€ женщина в свет€щемс€ оде€нииї, котора€ поучает √ермаса, что его эротическое желание есть греховна€ и бессмысленна€ зате€, направленна€ против духа, достойного почитани€, но что Ѕог гневаетс€ на него не за то, а за то, что он, √ермас, терпит грехи своей семьи. “аким искусным приемом либидо окончательно отвлекаетс€ от эротического желани€ и следующим поворотом переводитс€ на социальную задачу. ќсобенна€ тонкость скрыта в том, что душа сбросила даже облик –ооды и прин€ла вид старой женщины, дл€ того чтобы отодвинуть эротический элемент по возможности на задний план. ¬последствии √ермас узнает на пути откровени€, что эта стара€ женщина есть сама ÷ерковь; этим конкретно-личное разрешаетс€ в абстракцию, а иде€ обретает фактическую действительность, которой она раньше не имела. ѕосле этого старуха читает ему из таинственной книги, направленной против €зычников и вероотступников, но смысла ему не удаетс€ постигнуть. Ќесколько дальше мы узнаем, что книга эта указует некую миссию. “аким образом, его госпожа дает ему задание, которое ему, в качестве ее рыцар€, надлежит исполнить. ѕроисходит и испытание в добродетели. »бо вскоре после этого у √ермаса оп€ть было видение: ему €вилась старуха и обещала ему возвратитьс€ в п€том часу и истолковать ему откровение. √ермас вышел из города и отправилс€ в условленное место.  огда он пришел туда, то он нашел ложе из слоновой кости, покрытое м€гкою подстилкой и тонким полотном. Ђ”вид€ все это, Ч сообщает √ермас, Ч € страшно изумилс€, как бы дрожь напала на мен€, волосы мои стали дыбом и словно панический страх обу€л мен€, когда € очутилс€ там один. ѕрид€ оп€ть в себ€, вспомнив славу Ѕожию и снова приободрившись, € опустилс€ на колени и вновь исповедалс€ пред √осподом в моих грехах, как то делал и раньше. » она пришла с шестью молодыми людьми, которых € и раньше видел, и она сто€ла р€дом со мною, слуша€, как € молюсь и исповедаюсь √осподу в моих грехах. ќна коснулась мен€ и промолвила: Ђ√ермас, прекрати все твои молени€ об отпущении твоих грехов. ћоли так же о справедливости, дабы часть ее унести в свой домї. » она подн€ла мен€ за руку и подвела мен€ к ложу, а молодым люд€м сказала: Ђ»дите и стройте!ї  огда молодые люди удалились и мы остались одни, она сказала мне: Ђ—адись сюдаї. я ей ответил: Ђ√оспожа, пусть сперва с€дут старшиеї. ќна сказала: Ђƒелай, что € тебе говорю, и садисьї. Ќо когда €, следу€ моему желанию, хотел сесть по правую руку ее, она движением руки указала, чтобы € сел слева.  огда же € стал из-за этого задумчив и огорчен, потому что она не дала мне сесть справа, тогда она сказала мне: Ђ“ы опечален, √ермас? ћесто справа предназначено другим, которые уже угодны Ѕогу и пострадали во им€ ≈го. Ќо тебе многого еще недостает дл€ того, чтобы сидеть с ними. Ќо оставайс€, как доселе, в твоей простоте, и ты с€дешь р€дом с ними; так будет со всеми, когда они исполн€т то, в чем был их труд, и вынесут то, что вынесли ониїї.

ѕо-видимому, √ермас был очень близок к тому, чтобы оценить ошибочно положение дел. ¬с€ встреча с самого начала производит впечатление свидани€, назначенного Ђв прекрасном и уединенном местеї (как он говорит). –оскошное, раскинутое там ложе наводит роковым образом на мысль об эросе, так что страх, охвативший √ермаса при виде его, представл€етс€ весьма пон€тным. ќчевидно, ему пришлось всеми силами боротьс€ против эротических ассоциаций, чтобы не впасть в неблагочестивое настроение. »скушени€ он, по-видимому, не понимает, если только такое понимание не подразумеваетс€ само собой в описании его страха, причем така€ честность была скорее возможна в человеке той эпохи, чем в современном человеке. »бо человек той эпохи был все-таки в общем ближе к своей природе, чем мы, и поэтому скорее мог непосредственно воспринимать свои естественные реакции и верно понимать их. ¬ таком случае весьма возможно, что его пока€ние в грехах относилось именно к воспри€тию своего неблагочестивого чувства. ¬о вс€ком случае последующий вопрос о том, сидеть ли ему справа или слева, указывает на некоторое моральное наставление, которое он получает от своей госпожи. ’от€ в римских прорицани€х именно знаки, приход€щие слева, считались благопри€тными, однако, в общем, как у греков, так и у римл€н лева€ сторона считалась неблагопри€тной, на что указывает и двойное значение слова Ђsinisterї (зловещий). Ќо, как на то указывает последующее место в тексте, поставленный здесь вопрос о правом и левом не имеет сначала никакого отношени€ к народному суеверию, а заимствован из Ѕиблии и, очевидно, имеет в виду ћатф. 25, 33: Ђ» поставит овец по правую —вою сторону, а козлов по левуюї. ќвцы, по своей безобидной и кроткой природе, €вл€ютс€ аллегорией добрых, а козлы, по своей необузданности и похотливости, €вл€ютс€ прообразом злых. ”казыва€ ему по левую руку, госпожа иносказательно показывает ему, что понимает его психологию.

 огда же √ермас зан€л свое место слева с некоторой печалью, как он подчеркивает, тогда госпожа указывает ему на некий призрачный образ, развертывающийс€ у него пред глазами: он видит, как юноши при содействии дес€тков тыс€ч других мужей воздвигают огромную башню, причем камни ее без смычек плотно прилаживаютс€ друг к другу. Ёта башн€, построенна€ без смычек, стало быть особенно плотно и несокрушимо, означает ÷ерковь, как узнал √ермас. ≈го госпожи есть ÷ерковь, и башн€ есть тоже ÷ерковь. ¬ атрибутах Ћитании Ћорето (лавретанской литании) мы уже видели, что ћарию именуют Turris Davidica и Turris eburnea, то есть башней из слоновой кости. ѕо-видимому, и тут мы имеем дело с тем же самым или сходным отношением. Ќесомненно, башн€ имеет значение чего-то устойчивого и надежного, как в ѕсалме 64, 4: Ђѕотому что ты был прибежищем дл€ мен€, крепкой защитой от врагаї. Ќадо думать, что известна€ аналоги€ с вавилонским столпотворением была бы тут исключена, в силу особенно интенсивных внутренних противопоказаний; однако намек на такую аналогию был бы все-таки возможен, ибо √ермас, наверное, точно так же страдал от угнетающего зрелища нескончаемых расколов и еретических пререканий ранней ÷еркви, как и все мысл€щие люди его круга. ¬еро€тно, такое впечатление и было существенным основанием дл€ составлени€ насто€щей исповеди, как мы можем заключить это из намека на то, что открывша€с€ ему книга направлена против €зычников и отступников. √етероглосси€, смешение €зыков, сделавшее невозможным вавилонское столпотворение, почти всецело господствовало над христианской ÷ерковью первых веков и требовало от верующих отча€нных усилий дл€ овладени€ этим замешательством. “ак как христианство тех времен далеко не было единым стадом под единым пастырем, то было совершенно естественно, что √ермас стремилс€ найти как могущественного Ђпастыр€ї, poimen'a, так и устойчивую, надежную форму, могущую собрать разрозненные элементы, вз€тые с четырех стран света, с гор и морей, и объединить их в одно нерушимое целое.

«емное вожделение, чувственность во всех ее многообразных формах, прилепл€юща€с€ к раздражени€м окружающего мира и принуждающа€ человека рассеивать психическую энергию в беспредельной множественности мира, Ч €вл€етс€ главным преп€тствием дл€ завершени€ единообразно направленной установки. ≈стественно, что устранение этого преп€тстви€ должно было быть одним из важнейших заданий той эпохи. ѕоэтому вполне пон€тно, что в Ђѕастыреї √ермаса показываетс€, как можно справитьс€ с этой задачей. ћы уже видели, как первоначальное эротическое возбуждение и вызванна€ им энерги€ были обращены на олицетворение бессознательного комплекса в образе Ёкклезии, старой женщины, свидетельствовавшей в своем призрачном по€влении о самопроизвольности заложенного в основе ее комплекса. » вот, далее мы узнаем, что стара€ женщина, ÷ерковь, становитс€, так сказать, башней, ибо башн€ тоже есть ÷ерковь. “акой переход представл€етс€ неожиданным, ибо мы не видим непосредственной св€зи между башней и старой женщиной. ќднако атрибуты ћарии в лавретанской литании направ€т нас на верный след, ибо, как уже упом€нуто, мы видим, что там ѕречиста€ ћатерь-ƒева называетс€ Ђбашнейї.

Ёто определение вз€то из ѕесни ѕесней IV, 4: ЂЎе€ тво€, как столп ƒавидов, сооруженный дл€ оружийї.

VII, 5: ЂЎе€ тво€, как столп из слоновой костиї. »ли еще VIII, 10: Ђя стена, и сосцы у мен€, как башниї.

»звестно, что ѕеснь ѕесней есть в сущности мирска€ любовна€ песнь, может быть брачное песнопение, которому даже еврейские ученые давно уже отказали в каноническом признании. ќднако мистическое толкование охотно разумело под невестой Ч »зраиль, а под женихом Ч »егову, и притом из верного инстинкта, а именно из стремлени€ внести и эротический элемент в отношение всего народа к Ѕогу. ѕо тем же соображени€м и христианство овладело ѕеснью ѕесней, чтобы истолковать жениха как ’риста, а невесту как ÷ерковь. “ака€ аналоги€ была чрезвычайно близка психологии —редневековь€; она-то и вдохновила ту совершенно неприкрытую эротику тогдашней мистики, котора€ была направлена на ’риста; одним из самых блест€щих примеров тому €вл€етс€ ћехтильда ћагдебургска€. »з этого же духа возникла и лавретанска€ литани€. ¬ некоторых из атрибутов ƒевы она примыкает к ѕесни ѕесней. ћы уже указывали на это в св€зи с символом башни. ”же греческие ќтцы ÷еркви избирали розу как атрибут ћарии, также и лилию, и также опира€сь на ѕеснь ѕесней 2, 1 и ел.: Ђя Ч нарцисс саронский, лили€ долин. „то лили€ между тернами, то возлюбленна€ мо€ между девицамиї. ¬ средневековых гимнах ћарии часто встречаетс€ символ Ђзапертого садаї из ѕесни ѕесней 4, 12 (Ђзапертой сад, сестра мо€, невестаї) и Ђзаключенного колодез€ї, Ђзапечатанного источникаї. ѕеснь ѕесней 4, 12. Ќесомненно эротический характер этих сравнений в ѕесни ѕесней открыто приемлетс€ ќтцами ÷еркви как таковой. “ак, например, јмвросий толкует Ђзапертой садї как virginitas (девственность; de instit. virg. с. 10). јмвросий сравнивает также (com. in apoc. с. 6) ћарию с тростниковой корзинкой ћоисе€: Ђ“ростникова€ корзинка обозначает блаженную ƒеву. ѕотому мать приготовила тростниковую корзинку, в которую был положен ћоисей, что мудрость Ѕожи€, котора€ есть —ын Ѕожий, избрала блаженную ћарию ƒеву, во чреве которой она образовала человека, дабы соединитьс€ с ним чрез единство личностиї.

јвгустин пользуетс€ в применении к ћарии позднее весьма распространенным сравнением с thalamus (брачный покой), оп€ть-таки с €вным указанием на анатомическое значение: Ђизбрал себе непорочный чертог, где бы соединилс€ жених с невестоюї; и еще: Ђизошел из брачного чертога своего, то есть из чрева девственногої.

—огласно этому, можно было бы считать несомненным, что vas (сосуд) следует понимать как uterus (чрево матери), когда јмвросий, параллельно к вышеприведенным местам из јвгустина, говорит так: ЂЌе из земного, а из небесного избрал он себе этот сосуд, дабы низойти чрез него, и осв€тил храм стыдливостиї. » у греческих ќтцов ÷еркви нередко встречаетс€ выражение (сосуд). » здесь весьма веро€тно заимствование из эротической аллегорики ѕесни ѕесней, хот€ выражение vas не встречаетс€ в тексте ¬ульгаты, но зато говоритс€ о кубке и питии, VII, 3: Ђ∆ивот твой Ч кругла€ чаша, в которой не истощаетс€ ароматное вино. „рево твое Ч ворох пшеницы, обставленный лили€миї. ѕараллельно со смыслом первой фразы по€вл€етс€ сравнение ћарии с сосудом дл€ масла сарептской вдовы в образцовых песн€х  ольмарской рукописи: Ђ¬ —арепту страны —идонской был послан »ли€ к одной вдове, котора€ должна была кормить его; ей поистине подобно мое тело, ибо √осподь послал в мен€ пророкаї. ѕараллелью ко второй фразе €вл€ютс€ слова јмвроси€: Ђ¬ этом девственном чреве благодатно созревал как бы сноп пшеницы и цветы лилии, ибо оно произвело на свет и пшеничное зерно, и лилиюї и т. д. ¬ католических источниках мы находим символику сосуда, прит€нутую издалека, так, например, из ѕесни ѕесней 1, 2: Ђƒа лобзает он мен€ лобзанием уст своих! »бо ласки твои (собственно Ђгрудиї) лучше винаї. » даже из 2-й книги ћоисе€ 16, 33: Ђ» сказал ћоисей јарону: возьми один сосуд и положи в него полный гомор манны и поставь его пред √осподом дл€ хранени€ в роды вашиї.

Ёти искусственно привлеченные нити говор€т скорее против библейского происхождени€ символики сосуда, чем за него. «а возможность внебиблейского происхождени€ вообще говорит тот факт, что средневековые гимны ћарии без стеснени€ берут свои сравнени€ отовсюду и привод€т в св€зь с ƒевой все, что в каком-нибудь смысле €вл€етс€ драгоценным. ƒревность символа сосуда Ч он ведет свое начало от III Ч IV века Ч не говорит против его светского происхождени€, ибо уже ќтцы ÷еркви были склонны пользоватьс€ внебиблейскими Ђ€зыческимиї уподоблени€ми; например, “ертуллиан [ЂЁта девственна€ земл€ еще не орошена дожд€ми и не оплодотворена ливн€миї.], јвгустин [Ђ»стина зачалась от земли, ибо ’ристос родилс€ от девыї.] и др. сравнивали ƒеву с еще не оскверненною землею, с невспаханным полем, конечно не без того, чтобы покоситьс€ на Ђкорэї (деву, ѕерсефону) мистерий. “акие сравнени€ слагались через посредство €зыческих образцов, подобно тому как  юмон показал на иллюстраци€х церковных книг, относ€щихс€ к раннему —редневековью, в частности на примере вознесени€ на небо »лии, которое нередко изображалось в подражании древнему образцу из мистерий ћитры. ¬ целом р€де обычаев ÷ерковь следовала за данными €зыческими обыкновени€ми, не последним примером чему может служить переложение –ождества ’ристова на Ђnatalis solis invictiї (день рождени€ непобедимого солнца). »ероним сравнивет ƒеву с солнцем Ч как с матерью света.

Ёти обозначени€ внебиблейского характера могут иметь источником только €зыческие воззрени€, бывшие тогда еще в ходу. ѕоэтому €вл€етс€ вполне обоснованным, если мы, говор€ о символе сосуда, вспомним и гностическую символику сосуда, хорошо известную и всюду распространенную в те времена. ќт той эпохи сохранилось большое число гемм с символом сосуда, кувшина с замечательными крылообразными лентами, непосредственно напоминающего Uterus с ligamenta lata. ѕо ћаттеру, этот сосуд называетс€ ЂVase of Sinї, как бы в противоположность гимнам ћарии, прославл€ющим ƒеву как vas virtutum.  инг (ЂThe Gnostics and their remainsї, p. 111) оспаривает такое понимание как произвольное и присоедин€етс€ к пониманию  елера, по которому изображение на геммах (главным образом египетское) имеет в виду черпала вод€ного колеса, выкачивающего воду из Ќила дл€ орошени€ полей, на что указывают и своеобразные ленты, служившие, очевидно, дл€ прикреплени€ черпал к колесу.  инг замечает, что оплодотвор€ющее действие черпала можно, по античной фразеологии, выразить как Ђоплодотворение »зиды семенем ќзирисаї. Ќа сосуде бывает часто изображено ве€ло, веро€тно имеющее отношение к Ђmystica vannus jacchiї [¬е€ло, севалка, употребл€вша€с€ при элевсинских мистери€х и торжественно носивша€с€ в процесси€х. (прим. ред.)], к »ахосу [ орзина со св€щенною утварью и особенно с первенцами от плодов, которую носили в праздник ¬акха. (прим. ред.)], аллегорическому обозначению места рождени€ пшеничного зерна как символа бога плодороди€. /47- І528 и далее/ ќдна из греческих свадебных церемоний состо€ла в том, что невесте возлагали на голову корзину дл€ отвеивани€ зерна, наполненную плодами, что €вл€лось, очевидно, оплодотвор€ющим волхвованием.

“акому пониманию соответствует и древнеегипетское представление о том, что все произошло из первичной воды, из Ќу или Ќут, котора€ отождествл€лась также с Ќилом или с океаном. Ќу изображаетс€ при помощи трех горшков, трех знаков воды, и знака неба. ¬ одном из гимнов, обращенных к ѕта-“енену, говоритс€: Ђѕроизводитель зерна, исход€щего из него, во им€ его, Ќу, старца, который оплодотвор€ет воды небесные и делает так, что воды по€вл€ютс€ на горах, дабы даровать жизнь мужу и женеї. /58-P.511/ —эр ”оллис Ѕедж обратил мое внимание на то, что символика uterus существует и поныне в южной части ≈гипта в качестве волхвовани€, вызывающего дождь и плодородие. ≈ще и поныне иногда бывает так, что туземцы убивают в кустах женщину и вынимают из нее uterus, с тем чтобы воспользоватьс€ этим органом дл€ своих магических ритуалов. /59- P.67,74/

≈сли мы представим себе, как сильно было вли€ние гностических представлений на ќтцов ÷еркви, несмотр€ на сильнейшее сопротивление их этим еретическим учени€м, то окажетс€ допустимым и то, что именно в символике сосуда проникла частица €зычества, применима€ к христианству, и притом с тем большею легкостью, несмотр€ на то что наше врем€ и наша психологи€ неудержимо понуждают к его разложению.

»так, общее официальное христианство снова впитало в себ€ те гностические элементы, которые обнаруживались в психологии служени€ женщине, и приспособило эти элементы к усиленному почитанию ћарин. я привел лавретанскую литанию как известный пример такого процесса ассимил€ции, выбрав его из массы других столь же интересных материалов. ¬ этой ассимил€ции с общим христианским символом погиб с самого начала тот росток мужской душевной культуры, который развивалс€ в служении женщине. ƒуша мужчины, выражавша€с€ в образе им самим выбранной госпожи, утратила индивидуальное выражение со своим переходом во всеобщий символ. Ётим она утратила и возможность индивидуальной дифференциации, вытесненна€ коллективным выражением. ѕодобные утраты всегда имеют дурные последстви€, которые и в данном случае скоро за€вили о себе. »менно вследствие того, что душевное отношение к женщине стало выражатьс€ в коллективном почитании ћарии, образ женщины утратил некую ценность, на которую, однако, сущность человека имеет известное естественное прит€зание. Ёта ценность, котора€ находит свое естественное выражение только в индивидуальном выборе, отходит в область бессознательного, как только индивидуальное выражение замещаетс€ коллективным. “огда образ женщины получает в бессознательном такую оккупацию, котора€ оживл€ет инфантильно-архаические доминанты. /60/ “ем самым относительное обесценение реальной женщины компенсируетс€ демоническими чертами, ибо все бессознательные содержани€, поскольку они активированы отколовшимис€ част€ми либидо, выступают как проецированные на объект. ќтносительное обесценение женщины означает, что мужчина любит ее в известном смысле меньше, но зато женщина выступает в качестве преследовательницы, то есть как ведьма. Ќа этом пути вместе с усиленным почитанием ћарии и вследствие его Ч развились бредовые идеи о ведьмах, это неизгладимое позорное п€тно на позднем —редневековье.

ќднако это было не единственное последствие. ¬следствие отщеплени€ и вытеснени€ этой важной прогрессивной тенденции возникла вообще известна€ активаци€ бессознательного. » эта активаци€ не могла найти себе достаточного выражени€ во всеобщем христианском символе, ибо адекватное выражение имело бы прежде всего индивидуальные формы. Ќо это обсто€тельство подготовл€ло почву дл€ ересей и расколов. ’ристиански ориентированное сознание должно было фанатически защищатьс€ против этого. » почитание ћарии само по себе €вл€етс€ €зыческим пережитком, перешедшим в христианскую ÷ерковь как наследие от Magna Mater, »зиды и др. ќбраз Ђсосуда премудростиї также напоминает гностический образец, а именно —офию, Ч столь значительный дл€ гнозиса символ.

я остановилс€ на символике сосуда несколько дольше, чем ожидали, веро€тно, мои читатели. Ќо € сделал это по определенному основанию, именно потому, что мне важно было психологически осветить столь своеобразную, знаменательную дл€ первых времен —редневековь€ легенду о √раале в ее отношении к поклонению женщине. ÷ентрально-религиозным представлением этой часто видоизмен€вшейс€ легендарной темы €вл€етс€ св€щенный сосуд Ч образ, как это €сно каждому, совершенно не христианский, происхождение которого следует искать в другом месте, а не в канонических источниках. Ќа основании всего вышесказанного мне кажетс€, что это есть подлинна€ часть гнозиса, котора€ или благодар€ тайной традиции пережила искоренение ересей, или же была об€зана своим возрождением бессознательной реакции против господствующего официального христианства. ќднако выжил ли символ сосуда или бессознательно возродилс€ Ч это свидетельствует об усилении женского начала в мужской психологии того времени. —имволизаци€ в загадочном образе указывает на одухотворение эротики, оживившейс€ от служени€ женщине. Ќо одухотворение означает всегда удержание некоторого количества либидо, которое иначе было бы непосредственно изжито в сексуальности. ≈сли такое количество либидо удерживаетс€, то, конечно, одна часть его изливаетс€, как показывает опыт, в одухотворенное выражение, но друга€ часть повергаетс€ в сферу бессознательного и вызывает в нем известное оживление соответствующих образов, выражающихс€ именно в символе сосуда. —имвол живет благодар€ удерживанию известных форм либидо и, со своей стороны, способствует удерживанию этих форм его. –аспадение символа равносильно отливу либидо на пр€мом пути или же, по крайней мере, Ч почти непреодолимому принуждению к непосредственному применению его. Ќо живой символ как бы заклинает эту опасность. —имвол тер€ет свою, так сказать, магическую или, если угодно, освобождающую силу, как только осознаетс€ его разложимость. ѕоэтому действенный символ должен обладать свойством неприкосновенности. ќн должен быть наилучшим из всех возможных выражений дл€ данного миросозерцани€, который по смыслу безусловно не может быть превзойден; кроме того, он должен быть столь далек от постижени€, чтобы критический интеллект не имел никаких путей к его действительному разложению; и, наконец, его эстетическа€ форма должна столь убедительно действовать на чувство, чтобы против него не поднимались и аргументы чувства. ќчевидно, символ √раал€ в течение некоторого времени выполн€л эти требовани€ и был об€зан этому обсто€тельству своим живым действием, которое, как показывает пример ¬агнера, и поныне еще не совсем угасло. Ѕред инквизиционных ужасов был сверхкомпенсированным сомнением, нав€зчиво подымавшимс€ из бессознательного и вызвавшим наконец один из величайших церковных расколов, именно Ч –еформацию.

»з этого несколько длинного разъ€снени€ мы добываем следующее понимание. ћы начали с того видени€ √ермаса, в котором он узрел, как строилась нека€ башн€. —тара€ женщина, сначала объ€вивша€ себ€ ÷ерковью, теперь объ€сн€ет, что башн€ есть символ ÷еркви. ≈е собственное значение тем самым переноситс€ на башню, которой и посв€щен весь дальнейший текст Ђѕастыр€ї. “еперь дл€ √ермаса дело сосредоточиваетс€ уже в башне, а не в старой женщине и тем более не в реальной –ооде. “ем самым Ч отрешение либидо от реального объекта и перенесение на символ, перевод на символическую функцию, €вл€етс€ завершенным. »де€ всеобщей и единой ÷еркви, символически выраженна€ в образе крепко сложенной, несокрушимой башни, становитс€, таким образом, в духе √ермаса уже неразложимой действительностью. ќтрешение либидо от объекта перемещает ее внутрь субъекта, отчего оживл€ютс€ образы бессознательного. Ёти образы суть архаические формы выражени€, которые станов€тс€ символами и, со своей стороны, оп€ть-таки выступают как эквиваленты дл€ относительно обесцененных объектов. Ётот процесс во вс€ком случае так же стар, как само человечество, ибо символы встречаютс€ уже среди пережитков доисторического человека, а также и у низшего, ныне еще живущего человеческого типа. ќчевидно, образование символов €вл€етс€ функцией весьма важной и в биологическом отношении. “ак как символ может жить лишь благодар€ относительному обесценению объекта, то, очевидно, он служит и самой цели такого обесценени€. ≈сли бы объект имел безусловную ценность, то он и был бы безусловно определ€ющим дл€ субъекта, вследствие чего дл€ субъекта была бы безусловно упразднена свобода действовани€, ибо, нар€ду с безусловной определенностью через объект, была бы невозможна даже относительна€ свобода. —осто€ние абсолютной отнесенности к объекту равносильно полнейшему овнешнению сознательного процесса, то есть тождеству субъекта и объекта, что уничтожает вс€кую возможность познавани€. “акое состо€ние встречаетс€ и поныне в см€гченной форме у примитивного человека. “ак называемые проекции, с которыми нам так часто приходитс€ встречатьс€ в аналитической практике, суть тоже не что иное, как остатки первоначального тождества субъекта с объектом.

”ничтожение познани€, обусловленное таким состо€нием, и невозможность сознательного опыта означают существенное уменьшение приспособл€емости, что оказываетс€ т€желым минусом дл€ человека, по природе своей безоружного и беззащитного, с его потомством, в течение р€да лет менее приспособленным к борьбе сравнительно с потомством животных. Ќо состо€ние, лишенное познани€, €вл€етс€ опасным несовершенством и с аффективной точки зрени€, так как именно тождество чувства с почувствованным объектом ведет, во-первых, к тому, что какой-нибудь объект вообще может иметь любое по силе воздействие на субъект, а во-вторых, к тому, что какой-нибудь аффект субъекта включает в себ€, без дальнейшего, объект Ч и осиливает его. »ллюстрацией дл€ того, что € имею в виду, может послужить эпизод из жизни одного бушмена: у одного бушмена был маленький сын, которого он любил свойственной примитивному человеку нежной Ђобезь€ньейї любовью. ѕсихологически говор€, така€ любовь, конечно, вполне автоэротична, то есть субъект любит самого себ€ в объекте. ѕри этом объект, до известной степени, служит эротическим зеркалом. ќднажды бушмен, раздраженный, возвращаетс€ с рыбной ловли домой, ибо он ничего не поймал. ћалыш по обыкновению радостно бежит ему навстречу. Ќо отец хватает его и свертывает ему шею. ≈стественно, что потом он оплакивает мертвого ребенка с тою же безудержностью, с какою он раньше убил его.

Ётот случай €сно показывает тождество объекта с каждым данным аффектом. ѕон€тно, что така€ ментальность мешает установлению вс€кой сколько-нибудь ограждающей племенной организации. ѕоэтому в смысле размножени€ и сохранени€ вида она €вл€етс€ неблагопри€тным фактором, так что более жизнеспособные виды должны будут вытесн€ть и преобразовывать ее. »з этой цели возникает и ей служит символ, ибо он отводит от объекта некоторый запас либидо, тем самым относительно обесценива€ объект и придава€ субъекту некоторую преимущественную ценность. ќднако эта преимущественна€ ценность относитс€ к бессознательной области субъекта. Ётим субъект ставитс€ между внешней и внутренней детерминантой, и отсюда возникает возможность выбора и относительна€ свобода субъекта.

—имвол возникает всегда из архаических остатков, из отпечатков, оставшихс€ от истории рода, о древности и происхождении которых можно много размышл€ть в спекул€тивном пор€дке, но нельз€ решить ничего определенного. Ѕыло бы также совершенно неправильно, если бы мы захотели вывести символ из личных источников, например из индивидуально вытесненной сексуальности. “акое вытеснение может самое большее дать ту сумму либидо, котора€ необходима дл€ возбуждени€ архаического отпечатка. Ќо отпечаток соответствует унаследованной функции, котора€ об€зана своим существованием вовсе не вековому вытеснению сексуальности, а факту дифференциации влечений вообще. ј дифференциаци€ влечений была и ныне €вл€етс€ биологически необходимым средством, которое свойственно не только человеческому виду, но про€вл€етс€ точно так же и в отсутствии пола у рабочих пчел.

я показал, что символ вообще, а в данном случае символ сосуда, возникает из архаических представлений. ѕодобно тому как в основе этого символа лежит первоначальное представление об uterus, так мы можем предположить подобное же происхождение и у символа башни. —имвол башни мог бы, пожалуй, принадлежать и к р€ду тех, в основе своей фаллических, символов, которыми истори€ символов так богата. Ќеудивительно, что именно в тот момент, когда √ермас при виде соблазнительного ложа принужден вытеснить эротическую фантазию, ему нав€зываетс€ фаллический символ, веро€тно соответствующий эрекции. ћы видели, что и другие символические атрибуты ƒевы-÷еркви несомненно имеют эротический источник; об этом свидетельствует уже их происхождение из ѕесни ѕесней, а сверх того, ќтцы ÷еркви открыто истолковывают их в этом смысле. —имвол башни в лавретанской литании имеет тот же источник, и значение его могло бы иметь ту же самую основу. јтрибут Ђиз слоновой костиї, приписанный башне, имеет несомненно эротическую природу, ибо он относитс€ к цвету и гладкости кожи (ѕеснь ѕесней 5, 14: Ђ∆ивот его Ч как изва€ние из слоновой костиї). Ќо и самую башню мы встречаем в недвусмысленно-эротическом значении в ѕесни ѕесней 8, 10: Ђя стена, и сосцы у мен€ как башниї. ѕод этим разумеетс€, веро€тно, выпуклость грудей, стало быть, их полнота и упругость, подобно тому как в ѕесни ѕесней 5, 15: Ђ√олени его Ч мраморные столбыї. Ётому соответствует также ѕеснь ѕесней 7, 5: ЂЎе€ тво€, как столп из слоновой костиї и Ђнос твой Ч башн€ Ћиванска€ї, причем разумеетс€, веро€тно, нечто стройное и возвышающеес€. Ёти атрибуты возникли из ощущений, перенесенных в объект. ѕодобно тому как в угрюмом настроении все представл€етс€ серым, а в радостном настроении все кажетс€ светлым и красочным, так и чувство ос€зани€ показывает иное под вли€нием субъективных сексуальных ощущений, в данном случае ощущени€ эрекции, свойство которого переноситс€ на объект. Ёротическа€ психологи€ ѕесни ѕесней прилагает образы, пробужденные в субъекте к объекту, дл€ повышени€ его ценности. ÷ерковна€ же психологи€ пользуетс€ этими образами дл€ того, чтобы направить либидо на аллегорический объект, а психологи€ √ермаса с самого начала возводит бессознательно пробужденный образ в самоцель, чтобы воплотить в нем ту мысль, котора€ дл€ ментальности той эпохи имела особенное значение, именно он стремитс€ придать устойчивость и организовать новоприобретенное христианское мировоззрение и установку.





ѕоделитьс€ с друзь€ми:


ƒата добавлени€: 2015-10-01; ћы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 566 | Ќарушение авторских прав


Ћучшие изречени€:

—тудент всегда отча€нный романтик! ’оть может сдать на двойку романтизм. © Ёдуард ј. јсадов
==> читать все изречени€...

1545 - | 1332 -


© 2015-2024 lektsii.org -  онтакты - ѕоследнее добавление

√ен: 0.048 с.