I. ВИДЫ ИНФОРМАЦИИ В ТЕКСТЕ 3 страница
Лекции.Орг

Поиск:


I. ВИДЫ ИНФОРМАЦИИ В ТЕКСТЕ 3 страница




По одному только заглавию можно узнать автора или напра­вление, к которому он принадлежит: название "Дохлая луна" могли дать сборнику только хулиганствующие футуристы, но никак не А. Ахматова, Н. Гумилев или Андрей Белый.

Без заглавия бывает совершенно непонятно, о чем идет речь в том или ином стихотворении. Вот пример1. Это на­чало стихотворения Б. Слуцкого:

С ног не сшибла. Черкнула пером,

Словно ласточка, словно птица.

И - не вырубишь топором.

Не забудешь и не простишь.

И какое-то новое семя

Осторожно в душе растишь.

Кто... "с ног не сшибла"? Оказывается, Чужая строка. Так называется стихотворение. Прочитавший заглавие со­вершенно иными глазами воспринимает начало стихотво­рения, согласны?

 

 

________

1В этой "Подсказке" использованы материалы исследований

Е.В.Джанджаковой.

 

Как вы уже знаете, в поэзии все факты языка и любые "мелочи" формы становятся значимыми. Это относится и к заглавию - и даже в том случае, если его... нет. Отсут­ствие заглавия - это своего рода сигнал: "Внимание, сейчас вы будете читать стихотворение, в котором так много разных ассоциаций, что их нельзя выразить каким-то одним словом..." Отсутствие заглавия говорит о том, что ожидается текст, насыщенный ассоциациями, неуловимыми для определения.

Вопрос для любознательных: а бывают ли произведения без заглавия в прозе?

Заглавия могут настраивать читателя на разный уровень восприятия. Если стихотворение А. Тарковского назы­вается, например, "Эвридика", то читатель невольно на­страивается на мифологический сюжет; заглавия (этого же поэта) "Первые свидания", "Камень на пути", "Оливы" создают эффект скрытой цитаты, какого-то культурного шифра, не разгаданного читателем намека... Заглавия, бывает, предупреждают, что тексты обращены к подго­товленному, иногда даже элитарному читателю...

И наоборот, есть заглавия подчеркнуто непоэтические, нетипичные для традиционной поэтической речи. "На дебаркадере" В. Кузнецова, "Электросварщики" В. Сосноры, "Кассирша" Е. Евтушенко, "Моя любимая стирала" Е. Ви­нокурова. В стихотворениях с подобными заглавиями читатель настраивается на понимание следующего текста как единичного, изолированного от других, не включен­ного в условную "высокую" "поэтическую" традицию, а рассказывающего о нашей жизни, о конкретном времени, месте, профессии и т.п. Стихи с такими заглавиями как бы (подчеркиваем: как бы) более демократичны, дос­тупны любому "простому" читателю.

Третий тип заглавий - заглавия непонятные в буквальном смысле этого слова, необычные с собственно языковой точки зрения. Ну в самом деле: что такое "Осенебри"? "Треугольная груша"? "Аксиома стрекозы"? "Длинноного"? "Скрымтымным"? (Все примеры - из

 

 


 

поэтических произведений А. Вознесенского.) Это загла­вия-зазывалы, они интригуют, работают как реклама:

приглашают читателя разгадать свой смысл, для чего, конечно, нужно дочитать стихотворение до конца.

Отношения заглавия с текстом могут быть самыми разнообразными. Но сейчас мы разберем только два — правда, основных - типа этих отношений.

Текст может подтверждать заданные загла­вием ассоциации, ореолы и смыслы - так чаще всего и бывает, несмотря на то, что сами ожидания не очень конкретны. Попробуйте, например, сформулиро­вать, чего вы ждете от стихотворений с заглавием "Два голоса" (Ф. Тютчев), "Воспоминание" (К. Батюшков) или "Вослед" (М. Волошин). Согласитесь, что больше пищи для ожиданий дают имена авторов, а не заглавия стихо­творений. И тем не менее в стихотворении Ф. Тютчева - два голоса, а не пять, а стихи Е. Баратынского "Разлука" -именно о разлуке: "Расстались мы; на миг очарованьем, На краткий миг была мне жизнь моя..." Стихотворение М. Лермонтова "Пророк" будет продолжать тему "Проро­ка" пушкинского... Попробуйте, читая художественные произведения, специально спрашивать себя, подтвер­ждаются ли ожидания, с которыми вы приступали к чтению, познакомившись первоначально только с за­главием.

Можно и "поиграть". Найдите в библиотеке книги неизвестных вам авторов. Читайте заглавия, форму­лируйте свои ожидания, а потом проверяйте, так ли это, по аннотации, которая есть на обороте титульного листа каждой книги. То же самое можно делать - по оглавлениям книг - с заголовками непрочитанных рассказов и стихотворений. И если вы попробуете так "поиграть", то вам обязательно встретятся произ­ведения, где в заголовке - одно, а в тексте - совсем дру­гое.

Вот, например, "Тайна" - заголовок стихотворения И. Пивоваровой. Такое заглавие многое обещает... Читаем:

 

 

  Я тебе Открою тайну, Никому Не говори! Если рано Ты проснешься, Если встанешь До зари, Если тихо Выпьешь чаю, Если выйдешь Из дверей, Если ты   Пойдешь направо, А потом Чуть-чуть левей, Обогнешь Большой колодец, Обойдешь Засохший пруд... Там, у старой Водокачки, Под забором Две собачки Громко косточку Грызут!  

 

...Сбылись ли ожидания, которые были у вас в начале чтения: "Я тебе открою тайну, никому не говори!"? Что вы будете делать с такой "тайной"?

Не только детские и не только смешные стихи умеют "обманывать" своими заглавиями. Например, стихотворе­ние И. Бунина называется "Хризантемы". Оно о цветах? Не совсем:

 

На окне, серебряном от инея,

За ночь хризантемы расцвели.

 

Заглавие оказалось метафорой-загадкой, а сами стихи - отгадкой: хризантемы - это морозные узоры на стеклах окон, похожие на цветы.

Второй тип отношений заглавия с текстом, который мы только что видели в стихотворении И. Пивоваровой, называется эффект обманутого ожидания (подроб­нее см. с. 107).

С разными типами отношений заглавия и текста вы по­знакомитесь, выполняя задания, помещенные во второй части книги.

 

 


 

III. ЧТО ТАКОЕ

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЯЗЫК

 

О "странности" языка

художественной литературы

 

Искусство слова, как и любое другое искусство, имеет свои, очень специфические, законы, свой язык, без знания которого нельзя правильно про­читать художественный текст (в самом прямом смысле, как без знания китайского нельзя прочитать книгу на ки­тайском).

Что же является языком литературы? Вы никогда не заме­чали, насколько странными кажутся многие тексты, если понимать их буквально? Например: "Осень. В небе жгут корабли..." (Ю. Шевчук). Как это? Разве в небе есть корабли? Какие? Как именно их жгут? При чем здесь осень? И так далее...

Если считать, что художественная речь - это обычная речь, то странность ее бросается в глаза. Художественные средства и разного рода украшения для передачи непо­средственной, "голой" мысли, для передачи сообщения совсем не нужны. А для искусства - необходимы. Ника­кое произведение искусства не может обходиться без ху­дожественных средств. Зачем они ему?

Художественные средства - это как бы материал, из которого "сделана" художественность. Искусство предполагает передачу какой-то особой информации, каких-то особых смыслов, которые нельзя передать ни­чем, кроме искусства. А для передачи этой информации оно нуждается в особых приемах, в особом языке. Такова несколько прямолинейная, но в целом верная схема. Ее можно повернуть и наоборот: нет в тексте художествен-

 


 

ных средств - значит, нет и особой нформации, нет и искусства1

Это же утверждение еще более категорично, хотя и шут­ливо, высказал Борис Заходер.

 

Литературные тропы

Критик воскликнул, Все напрямик,

Ушами похлопав: Как в учебнике химии.

Ну и стихи! Где у него

Ни сравнений, ни тропов! Хоть одна метатеза?

Что это, - Где она? Где?

Вы извините - А нужна до зареза!

За автор?

Образов - фигушки!

Нету синекдох, Спорить напрасно.

Нету метафор. То, что безобразно -

То безобразно!

Ни аллегории,

Ни метонимии –

 

Сравнения, метафоры, синекдохи и тому подобное - это все способы сделать слово в художественном тексте "странным", новым, неожиданным и таким образом пере­дать мысль не "напрямик, как в учебнике химии". Худо­жественные средства - это не какой-нибудь "довесок" к содержанию, это само содержание.

"Особый смысл" любого произведения искусства состоит не в том, что автор описывает, а в том, как он это делает. Эта мысль, между прочим, принадлежит вовсе не нам, а Пушкину: "Самый ничтожный предмет может быть из­бран стихотворцем; критике нет нужды разбирать, что стихотворец описывает, но как описывает".

После Пушкина это мнение выражали другими словами раз, наверное, сто. Владимир Набоков в своей лекции "О

 

__________

1На самом деле все, конечно, сложнее. В искусстве есть понятие "минус-приема" - сознательного отказа автора от употребления "средств", к которым привык читатель. Это производит впе­чатление не простоты, как можно было бы ожидать, а еще боль­шей сложности текста.


 

этом так: "Предмет изображения может быть сам по себе грубым и отталкивающим, а его изображение - художес­твенно выразительным и гармоничным. Это и есть стиль. Это и есть искусство. И это единственное, что по-настоя­щему имеет значение в литературе". А поэт первой поло­вины XX века Семен Кирсанов выразился еще опреде­леннее:

 

Я ставлю сущность выше слов,

Но верьте мне на слово:

Смысл не в буквальном смысле слов,

А в превращеньях слова.

Смысл - в "превращеньях"! Что значит "превращенья сло­ва"? Превращенья - это тропы. И - шире - вообще лю­бые "приемы". Метафора, синекдоха, метатеза, паралле­лизм, инверсия, анафора... Все те художественные средства, которые в традиции школьных учебников расположены в самом конце темы и являются как бы необязательным ма­териалом. А это неправильно. Смысл текста как раз и надо искать в его художественных средствах, в "превращеньях" его языка, в том, как "стихотворец описывает", какие "сце­пления" для него важны и какой именно "лабиринт" этих сцеплений он выстроил для читателя (о многом из этого вы узнаете дальше).

Добавим еще, что тропы и стилистические фигу­ры, а также рифма - это самые заметные способы "пре­вращений". Они на поверхности и потому сразу бросаются в глаза. На самом же деле все обстоит гораздо сложнее: изменения происходят и внутри самого слова, в его значении, хотя внешне это никак не выражается. Поэ­тому к слову в художественном тексте нужно вниматель­но приглядываться независимо от того, "троп" оно или "не троп".

 


Тропы-превращения

ОБЩЕЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

Итак, "превращения" — это тропы. И, соответственно, наоборот: тропы - это не что иное, как превращения слов, перемена ими своих значений, обмен значениями, таин­ственное исчезновение одних смыслов и появление других.

Тропы изучают и лингвистика, и стилистика, и литера­туроведение, и риторика. Одно из удачных определений тропа появилось еще в Древнем Риме и принадлежит римскому оратору Марку Фабию Квинтилиану: "Троп есть такое изменение собственного значения слова или оборота в другое, при котором получается обогащение значения".

В целом в наших заданиях вы познакомитесь с такими тропами, как сравнение, метафора (и звуковая ме­тафора), метафора-загадка и перифраза, гла­гольная метафора, метафорический эпитет, ирония. Хотелось бы, чтобы вы научились узнавать их в текстах, которые читаете самостоятельно. А главное — видеть "обогащение значения", то есть тот новый смысл, который возникает у слова в художественном тексте и ко­торый нельзя - без потерь - выразить вне худо­жественного языка.

 

 

СРАВНЕНИЕ

 

Сравнение - это не просто один из приемов, который используют писатели в своих произведениях. Сравнение — это универсальный принцип, который лежит в осно­ве искусства вообще. Как это понимать?

Вспомним, что искусство, в частности литература, - это спо­соб выразить смысл этого мира не "напрямик ", а другими, более сложными, путями, другим, более сложным, языком.

Язык литературы - это тропы и фигуры. Тропы - это слова не в прямом, а в переносном значении. Пере­носное значение возникает тогда, когда название одного

 

 


 

предмета или явления переносится на название дру­гого. А что же лежит в основе самого переноса? Конечно, сравнение. Ведь для того чтобы создать образ, поэт дол­жен сначала увидеть сходство. Например, березы с при­видением. Или луны с лягушкой:

 

Как дым, седая мгла мороза.

Как привидение, береза.

(И. Бунин.)

Золотою лягушкой луна

Распласталась на тихой воде...

. Есенин.)

 

Увидеть сходство "всего со всем" может каждый. Дет­ский поэт
Р. Сеф написал об этом стихотворение:

 

На свете все Журавль —

На все похоже: На тощий

Змея - Кран подъемный;

На ремешок Кот полосатый –

Из кожи; На пижаму.

Луна - Я — на тебя,

На круглый глаз А ты –

Огромный; На маму.

Умение сравнивать - замечательное поэтическое качес­тво, и его можно тренировать, как мы тренируем, напри­мер, память.

...Помните, как Алиса реагирует на заданный ей вопрос:

"Чем ворон похож на конторку?" Алиса обижается: "При­думали бы что-нибудь получше загадок без ответа!" Так вот, в поэзии это "разумное" правило не действует: если постараться, то всегда можно найти общее между кошкой и ландышем, светофором и ложкой, циркулем и песком, шнурками и помидором...

Именно потому, что "на свете все на все похоже", срав­нения так часты в художественных текстах. И поэтому же существует несколько типов сравнений.

Одни из них просты: сравнения выражаются при помощи слов как, словно, будто или даже представляют

 


 

собой развернутые описательные обороты похожий па, подобный и так далее.

Но есть такой тип сравнения, который является уже как бы переходом к метафоре, то есть к свернутому сравнению (смотрите раздел "Метафора", с. 52). Это сравнение, выра­женное формой творительного падежа имени су­ществительного. Это значение падежа так и называет­ся: творительный сравнения. Строчка Иосифа Бродского Закат догорал на галерке китайским веером означает, в сущности, что поэт сравнивает закат (который поэты уже с чем только не сравнивали!..) с расписанным яркими цветами, ручной работы, китайским веером. Заметьте, что сравнивает поэт в уме, а в тексте появляется закат догорал (чем?) китайским веером.

Переходность, промежуточность такого словоупотребле­ния хорошо видна в оборотах типа: И море обернулось морем слез (И. Бродский). Слово обернулось, оборачивает­ся, если вы будете мысленно его подставлять, поможет вам узнавать в текстах неявные сравнения.

Выполняя задания, вы будете учиться видеть в текстах "творительный сравнения". Это сложно, но радость узна­вания и радость удивления, открытия вместе с автором нового знания о мире, поверьте, стоят того.

 

 

Задание 7

 

Вначале внимательно прочитайте примеры из стихотворений разных поэтов.

 

Под голубыми небесами

Великолепными коврами,

Блестя на солнце снег лежит.

(А. Пушкин.)

 

Ночью грустно. От огней

Иглы тянутся лучами.

 


 

От садов и от аллей

Пахнет мокрыми листами.

(М. Волошин.)

Пусть черемухи сохнут бельем на ветру,

Пусть дождем опадают сирени –

Все равно я отсюда тебя заберу

Во дворец, где играют свирели.

(В. Высоцкий.)

Я памятник воздвиг себе иной!

К постыдному столетию - спиной.

К любви своей потерянной - лицом.

И грудь - велосипедным колесом.

(И. Бродский.)

 

В каждом из четырех отрывков найдите сравнения. Немного под­скажем: с чем сравнивается лежащий снег? огни фонарей? цветенье черемухи? грудь памятника (которого, конечно, нет) поэту Бродскому?

Легко ли вам было выполнить это задание? Попробуйте объяснить, почему сравнения не были видны сразу, почему возникали трудности в их поисках? Связано ли это с формой их выражения?

 

 

Ответ

 

У Пушкина выпавший снег похож на великолепные ковры. У Волошина лучи от огней - на иглы (правда, ну­жно заметить, что само сравнение здесь перевернуто: ме­нее неожиданно было бы прочитать, что "лучи тянутся иглами"). Высоцкий сравнивает цветущие деревья чере­мухи с бельем, сохнущим и развевающимся на ветру. В по­следнем примере интересно то, что Бродский оживляет язы­ковое сравнение грудь колесом, которое до того стерлось, что мы уже и не воспринимаем его в качестве сравнения. Добавление велосипедным делает сравнение снова живым.

Все сравнения в этих отрывках выражены формой тво­рительного падежа имени существительного. Твори­тельный падеж и создает трудности: мы не можем узнать

 


 

сравнение "в лицо" сразу, потому что не видим слов-подсказок как, словно, будто, похожий на и других.

 

Задание 8

 

У поэта Беллы Ахмадулиной есть стихотворение, кото­рое посвящено... очень сложно сказать, чему и кому. Фор­мально, на первый взгляд, — одному дню жизни, одному утру, одному из арбатских переулков - Хлебному пе­реулку, Москве...

Начало стихотворения:

 

Как никогда, беспечна и добра,

я вышла в снег арбатского двора...

 

1. Конечно, вы легко можете назвать время года. Но задумай­тесь: только ли зимой можно выйти "в снег"? С какой целью эта деталь подчеркнута? Каким был этот снег? Опишите его.

 

В стихах Б. Ахмадулиной перечисляются самые обыкно­венные, давно всем привычные предметы, в которых, ка­жется, и нет никакой поэзии... Простите, мы сказали "перечисляются"? Это не так:

 

Вот снег, вот дворник, вот дитя бежит —

все есть и воспеванью подлежит...

 

Заметили слово воспеванъю? Прочитайте одну строчку из этого стихотворения, которая "воспевает" собаку:

 

Ирландский сеттер, резвый, как огонь...

 

2. Опишите, как вы представляетесебе этого сеттера. Какую роль играет сравнение с огнем? Что общего между значениями слов огонь и собака?

 

 

Ответ

 

1. Выйти в снег можно, конечно, не только зимой, но и осенью — главное, чтобы снег был неожиданным, чтобы

 


 

его было много, чтобы он был не грязным, серым, при­вычным, надоевшим, а, наоборот, новым, белым, чистым, пушистым. Чтобы вспомнилось, как это было в детстве, когда каждый из нас, как никогда, был беспечным и добрым...

2. Сравнение как огонь позволяет включить вообра­жение и увидеть, каким был сеттер: во-первых, резвым, быстрым (это есть в тексте), во-вторых, ярко-рыжим, и в-третьих, скорее всего, длинношерстным: наверное, во вре­мя бега его шерсть развевалась и была похожа на языки пламени...

Это подтверждает и энциклопедический словарь: "Сет­теры - длинношерстные легавые собаки, используются для охоты на пернатую дичь".

Сравнение, придуманное Б. Ахмадулиной, - замечатель­ное, оно включает сразу три смысла, которые объединяют слова собака и огонь: движение, цвет и форму. Это очень точное сравнение: мы даже знаем людей, которым раньше не была известна эта порода собак, - но вдруг они стали узнавать сеттеров после прочтения стихов Б. Ахмаду­линой.

Приводим это стихотворение полностью.

 

Как никогда, беспечна и добра,

я вышла в снег арбатского двора,

а там такое было: там светало!

Снег расцветал сиреневым кустом,

и во дворе, недавно столь пустом,

вдруг от детей светло и тесно стало.

Ирландский сеттер, резвый, как огонь,

затылок свой вложил в мою ладонь,

щенки и дети радовались снегу,

в глаза и губы мне попал снежок,

и этот малый случай был смешон,

и всё смеялось и склоняло к смеху.

Как в этот миг любила я Москву

и думала: чем дольше я живу,

тем проще разум, тем душа свежее.

 

 


 

Вот снег, вот дворник, вот дитя бежит -

все есть и воспеванью подлежит,

что может быть разумней и священней?

День жизни, как живое существо,

стоит и ждет участья моего,

и воздух дня мне кажется целебным.

Ах, мало той удачи, что - жила,

я совершенно счастлива была

в том переулке, что зовется Хлебным.

 

 

МЕТАФОРА

 

Как вы знаете, слово-термин метафора буквально пере­водится как "перенос". Когда два предмета или явления по­хожи, то на одно из них можно перенести имя другого. Сте­пень этой "похожести" бывает очень разной. Иногда она очевидна для всех: мы настолько привыкли к выражениям типа носик чайника, железнодорожная ветка, уронить дос­тоинство или играть на нервах, что они уже не воспринимаются как образные. Такие метафоры и назы­ваются соответственно: стертые или мертвые.

Но в искусстве мы чаще встречаемся с метафорами ин­дивидуальными, необычными, яркими: поэт замечает сходство там, где его никто до сих пор не видел. Напри­мер, Б. Ахмадулина создала метафору сугробов белолобые телята — и читатель вместе с поэтом удивляется и ра­дуется: как же раньше он не замечал, что мягкие, пу­шистые, "крутолобые" сугробы и вправду похожи на лас­ковых белолобых телят? В этом удивлении, новом взгляде — цель поэзии.

"А что такое поэзия? — писал испанский поэт XX века Гарсиа Лорка. — А вот что: союз двух слов, о которых никто не подозревал, что они могут соединиться и что, соединившись, они будут выражать новую тайну всякий раз, как их произнесут".

Один и тот же предмет, даже такой простой, как, напри-

 


 

мер, морковь, вызывает у поэтов разные ассоциации: ме­тафора у М. Светлова - указательный палец моркови, а у Н. Матвеевой - в грядку забитый колышек алой моркови. Поэты видят мир особым образом, они сближают самые разные "далековатые" понятия. Возьмем, например, лунный свет. На что он может быть похож? Только в поэ­зии начала XX века, по свидетельству современного фило­лога Н.А. Кожевниковой, он уподобляется пелене, савану, шелку, ткани, льну, ризе, серебряным сетям, бледной пряже, золотому неводу и т.д.

...Недавно вышел из печати уникальный словарь: Пав­лович Н.В. Язык образов: Парадигмы образов в русском поэтическом языке (М., 1996). Из него мы можем узнать, например, все, с чем сравнивались в русской художест­венной литературе глаза. Глаза (и соответственно взор, взгляд) могут сравниваться с живым существом (с бан­дитом, лоцманом, полководцем, лисицей, белкой, со змеей, с пиявками с птицами с бабочками, мотыльком, пчелами, жуками, шмелями, с пауком с рыбами и так далее почти до бесконечности! Вы думаете, это все? Держитесь! Глаза могут быть орудием (стрелами булавками, копьями, мечами, саблями, шашкой, шпагой, клинком, кинжалом, шилом, се­кирой, косой, штопором гирями, метлой, веником, гра­блями), механизмами (колесами, подшипником, антен­ной, телескопом, челноками), огнестрельным оружием (зарядом, дробью, картечью, дулом, автоматом), глаза могут быть транспортом (автомобилем, чугункой само­летом, мотоциклом, лодкой), тканью (шелком, бархатом, ситцем), водой (океаном, морем, озерами, рекой, ручьями, омутом, колодцем, заводью, потопом, струёй, брызгами, каплями, росой), глаза могут быть растением (васильками, фиалками, одуванчиками, листочками, колосом, крапивой), глаза могут быть и огнем, и солнцем, и луной, и светильником, и драгоценными камнями (всеми, какие только есть на свете), и деньгами, и отверстиями (пропастями, ямами, колдобинами, пещерами), и воздушным

 


 

пространствомлюбым веществом (металлом, и даже смолой, а также кислотой), глаза могут быть и плодами (хоть смородиной, хоть крыжовником,хоть семечками дыни),любыми сосудами (стаканами, ковшами, ложками, ульями, чернильницами), едой (хотите — студнем, хотите — леденцом), стихией (ливнем, ветром, метелью, морозом),глаза могут быть не глазами, а другим органом (клыками, крыльями, щупальцами, жалами, руками),быть информацией (словарем, атласом), музы­кальным инструментом ивообще любым предметом (от пуговицы до спасательных кругов,от мыльных пузырей до иконостаса...).Вот уж действительно "все на все похоже"...

Метафору называют еще свернутым сравнением - потому что в ней опущены типичные для сравнения обо­роты как, словно, будто, подобно. Полный путь, который проходит слово от сравнения до метафоры, выглядит примерно так. Снег, похожий на ковры или снег как ковер (чистое сравнение) → снег лежит коврами (творительный сравнения) →ковры снегов (метафора) → белый ковер покрыл землю (метафора-загадка).

В наших заданиях вы найдете контексты с самыми раз­ными метафорами. Мы предлагаем вам развернуть эти ме­тафоры обратно, снова превратить их в сравнение. Это по­может вам приблизиться к пониманию того, какую работу проделало сознание и подсознание поэта, как бы войти в его "творческую мастерскую".

После того как вы превратите метафору в сравнение, "развернете" ее, объясните, что общего увидел поэт между двумя предметами или явлениями, на чем основано их сходство.

 

 

Задание 9

 

Закройте глаза и представьте себе морской прибой.

Представили? Откройте глаза.

 

 


 

Если теперь вы попробуете рассказать приятелю, что именно "увидели", то есть как выглядит морской прибой, на что он похож, то картинки у вас и у вашего приятеля будут разные.

 

Поэты тоже видят прибой каждый по-своему. Примеры, кото­рые мы вам предлагаем, взяты из книги В.П. Григорьева "Поэтика слова" (М., 1979).

 

1. ...плоские ступени длинных волн...

(Н. Матвеева.)

2. ...оскаленный гребень прилива...

(Н. Матвеева.)

3. ...волны накатное бревно...

(А. Вознесенский.)

4. ...колесо прибоя...

(А. Тарковский.)

 

Какой признак прибоя каждый из поэтов кладет в основу своего образа? Для того чтобы выполнить это задание, нужно размышлять, в чем сходство и в чем разница образов при­боя, созданных разными поэтами.

 

Ответ

 

Из приведенных примеров только последний - "чистая" метафора: колесо прибоя. Попробуем все остальные свести к такой же формуле. Для этого мысленно уберем из при­меров определения и посмотрим, как изменятся образы. Сравним плоские ступени длинных волн и ступени волн: исчезло впечатление спокойного моря. Оскаленный гребень прилива и гребень прилива: исчезло впечатление шторма (кроме того, оскаленный - олицетворение, и это тоже пропало). В метафоре волны накатное бревно вовсе нельзя убрать определение, иначе исказится смысл: на­катное бревно - это не просто бревно, это инструмент, с которым шли на штурм ворот осаждаемой крепости.

Мы увидели, насколько велика роль эпитетов в создании образа прибоя у каждого поэта. Отметив это, попробуем все-таки разобраться, в чем разница "чистых" метафор.

 





Дата добавления: 2016-11-23; просмотров: 444 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов


Читайте также:

Рекомендуемый контект:


Поиск на сайте:



© 2015-2020 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.033 с.