Лекции.Орг
Лекции.Орг
 

Категории:

Астрономия
Биология
География
Другие языки
Интернет
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Механика
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Транспорт
Физика
Философия
Финансы
Химия
Экология
Экономика
Электроника

Я сделал, что мог, кто может, пусть сделает лучше (лат.). - Ред 7 страница




исправления, именуются в законе маловажными преступлениями или про­ступками для различия от преступлений или наказаний уголовных".

Редакторы уложения 1845 г., как было указано выше, отбросили это деление, но действующее уложение возвращается к системе свода зако­нов, назвав их: тяжкое преступление, преступление, проступок.

Это деление обошло всю континентальную Европу и получило повсе­местное признание, несмотря на сильные возражения, приводимые против него теоретиками. Известен упрек, сделанный французскому делению криминалистом Росси; деление наказуемых деяний, говорит он, на пре­ступления, проступки и нарушения, деление, основанное на чисто ма­териальном и произвольном различии наказания, одно уже вполне обна­руживает, как нам кажется, направление кодекса и законодателя. Ввести такое деление - значит сказать обществу: не трудитесь исследовать внутреннюю природу человеческих деяний, смотрите на власть: если она рубит голову кому-либо, вы должны заключать, что этот человек великий злодей. В этом высказывается такое презрение к человечеству, такое притязание на деспотизм во всем, даже в нравственности, что можно без особой смелости судить о духе целого кодекса по первой его статье.

Конечно, нельзя не сказать, что трехчленное деление представляется формальным, в особенности с точки зрения судьи, исполнителя закона, но тем не менее упрек, делаемый Росси, едва ли справедлив, потому что законодатель, вводя классификацию преступных деяний, делает это не произвольно, а по соображению с существом деяний. Закон действительно заставляет признавать какое-либо нарушение тяжким злодеянием не по его существу, а только по тому, назначены ли за него каторга или по­селение; но при этом не надо забывать, что когда законодатель назначает какое-либо наказание за то или другое преступное деяние, то он пред­варительно оценивает важность нарушенного права, опасность и испор­ченность воли и т.п., так что подкладкой формального трехчленного деления является оценка внутреннего значения каждого правонарушения; поэтому, например, в область тяжких преступлений естественно отходят деяния, выказывающие особенно опасную злую волю, закоренелую при­вычку к преступлению или причиняющие важный по своим последствиям вред обществу, нарушающие наиболее ценные блага отдельных лиц, а потому и облагаемые смертной казнью, каторгой или поселением. Напро­тив того, к.области незначительных нарушений могут быть отнесены такие деяния, в которых проявляется небрежность и легкомыслие, или которые заключают в себе простое ослушание велениям законов, ограж­дающих безопасность и спокойствие, или которые нарушают лишь иму­щественные интересы казны, или хотя и причиняют кому-либо вред, но по существу своему совершенно незначительный; таковы, например, деяния, облагаемые арестом или денежной пеней. Центральная же группа пре­ступлений будет охватывать как бы -средний тип преступных деяний, на­пример посягательства на чью-либо жизнь, бывшие результатом запаль­чивости, аффекта; различные виды захватов чужой собственности, не сопровождавшиеся особо отягчающими обстоятельствами, и т.д.

Кроме того, нельзя не иметь в виду, что законодатель, вводя это де­ление, вовсе не желает делать этим путем нравственную или юриди-


ческую характеристику преступных деяний, а стремится только к извест­ным практическим выгодам.

К таким выгодам относится прежде всего установление строгого соот­ношения между подсудностью и тройственным делением преступных дея­ний, благодаря чему этот спорный вопрос получает ясную и простую по­становку.

Другая выгода этого деления технического характера. Устанавливая для известной группы преступных деяний специальное наименование, за­конодатель дает возможность в целом ряде статей, вместо длинного перечня преступных деяний, к коим относится данное постановление, ограничиться указанием на принятые им общие термины; поэтому это деление значительно упрощает и облегчает редакцию статей. Такое зна­чение имеет, например, эта терминология в постановлениях уложения о пределах действия закона, о выдаче, о покушении, о соучастии, о дав­ности и т.п.; оно оказало свое влияние и на статьи устава уголовного судопроизводства при его пересмотре.

При этом, конечно, такое значение имеет как трехчленное, так и двух­членное деление, как скоро последнее основано на наказуемости пре­ступных деяний. Поднявшийся в последнее время в литературе и в за­конодательных комиссиях спор о преимуществах двухчленного деления не имеет существенного значения, пока мы будем стоять на формальных основаниях, и его решение, по моему мнению, стоит в прямой зависимости от большей или меньшей сложности лестницы наказаний и от расчленения судов первой степени; для нашего уложения при его системе наказаний трехчленное деление, по моему мнению, представляется несомненно более выгодным.

Принадлежность преступного деяния к той или иной группе опреде­ляется по уложению высшим наказанием, за это деяние в законе поло­женным, причем если в законе установлено за одно деяние несколько наказаний, то по высшему из них; если же в одной и той же статье закона содержатся постановления о простом и квалифицированном видах какого-либо преступного деяния, то каждая часть этой статьи классифицируется самостоятельно, соответственно с назначенным в ней наказанием.

Эта классификация преступных деяний относится как к оконченным деяниям, так и к покушениям, так что может быть наказуемое покушение на преступление, наказуемое покушение на проступок; точно так же при определении ответственности подстрекателя или пособника их деяние классифицируется соответственно с юридическим характером деяния, учи­ненного физическим виновником. Но в тех случаях, где по уложению ка­рается приготовление или простое составление сообщества, принадлеж­ность этих деяний к той и другой группе определяется размером назна­ченных за них специальных наказании.

Классификация определяется юридическим свойством и наказуемостью по закону деяния, в коем обвиняется данное лицо или в коем оно при­знано виновным; напротив того, размер наказания, в действительности на­значенный судом, никакого влияния на классификацию не имеет.

Таким образом, если лицо, обвиняемое в разбое, караемом каторгой, на суде будет признано виновным только в простом воровстве, наказуемом


по уложению тюрьмой, то оно должно быть почитаемо признанным винов­ным в преступлении, согласно с наказанием, которое в законе установлено за такое воровство, а не в тяжком преступлении соответственно предъяв­лявшемуся к нему обвинению, а потому и вопросы о наказуемости поку­шения, о давности будут разрешаться согласно постановлениям о преступ­лениях, а не о тяжких преступлениях. Напротив того, если обвинение было предъявлено в опозорении, караемом тюрьмой, и это же опреде­ление учиненного деяния было признано и судебным приговором, но затем виновный ввиду обстоятельств, смягчающих ответственность, был под­вергнут наказанию арестом, то тем не менее учиненное им деяние должно быть почитаемо преступлением, а не проступком.

Точно так же и в том случае, когда виновный в силу его возраста или по каким-либо иным основаниям будет подвергнут какому-либо особому наказанию, например отдаче в исправительно-воспитательное заведение, выговору, классификация учиненного им деяния должна быть определяема не по заменяющему, а по замененному наказанию.

27. Что касается делений преступных деяний по условиям их уголов­ного расследования, то многие из них, хотя и имеют весьма существенное практическое значение, но не входят в курс материального права, а должны найти свое место в уголовном процессе. Таково, например, де­ление преступных деяний по их подсудности, поставленное в соотношение с наказуемостью этих деяний, а иногда и с особенностями их состава, как, например, различие в общей подсудности подлежащих рассмотрению еди­ноличным судьей, окружным судом без участия присяжных заседателей общего шш особого состава и с участием таковых.

То^же нужно сказать и о другом делении, хотя и ближе соприкасаю­щемся с материальным правом, а именно о делении преступных деяний по условиям возбуждения уголовного преследования и о находящемся в со­отношении с этим делением различии преступных деяний по условиям прекращения начатого производства1.

Так как всякое преступное деяние предполагает посягательство не только на интерес, но и на норму, его охраняющую, а потому и заклю­чает в себе посягательство на юридический порядок, то понятно, что пре­следование учинившего такое деяние возбуждается и ведется во имя общественного интереса особо на то уполномоченными органами, что равным образом во имя этого интереса определяется и налагается нака­зание; одним словом, что, по общему правилу, установление преступности и применение наказания ко всем преступным деяниям имеет характер публичный.

Признавая всякое преступное деяние посягательством на юридический порядок, государство по соображениям целесообразности по отношению к известной группе таковых посягательств ставит уголовное преследование в зависимость от усмотрения потерпевшего.

1 В русской литературе фон-Резон (О преступлениях, наказуемых только по жалобе потер­певшего по русскому праву, 1883), Арефа (Частные или частно-общественные пре­ступления по русскому законодательству, ж.г. и у.п. 1873, кн. 6); В Случевский (Пре­ступные деяния, преследуемые по частной жалобе, 1895).


При этом в этой группе различаются два оттенка: во-первых, пося­гательства, в которых от усмотрения потерпевшего зависит только воз­буждение преследования, но затем самое преследование и применение наказания идут общим публичным порядком, и, во-вторых, посяга­тельства, в которых не только возбуждение дела, но и самое преследо­вание виновного допускаются только со стороны потерпевшего, а потому ему предоставляется даже, при известных условиях, прекратить самое производство.

Таким образом, в этом отношении все преступные деяния могут быть распределены на три группы. К первой должны быть отнесены те, по которым и возбуждение преследования, и самое преследование совер­шенно не зависят от воли потерпевшего, а ему предоставляется только вспомогательная роль в производстве; ко второй - те, по которым воз­буждение дела зависит от воли потерпевшего, но самое производство дела ведется в порядке публичном; к третьей - те, по которым не только ве­дение дела возложено на потерпевшего, но вместе с тем ему предо­ставлено право во всякое время процесса, до вступления приговора в законную силу, оканчивать дело примирением.

Я не включаю в курс материального права не только анализа деяний, относительно которых право обвинительной власти привлечь виновного к уголовной ответственности зависит от жалобы потерпевших или от требования или уполномочия различных учреждений, но отношу к про­цессу и вообще все учение о так называемых уголовно-частных преступ­ных деяниях1, за исключением самого института примирения как эквива­лента наказания.

28.Наконец, преступные деяния допускают некоторого рода классифи­кацию с точки зрения их изучения.

Как конкретное посягательство на норму в ее юридическом бытии, как явление^жизни, всякое преступное деяние представляется нам в индиви­дуальном облике, обставленном индивидуальными обстоятельствами мес­та и времени совершения, средств и способов действия и т.д. В жизни мы не встретим воровства, поджога, убийства, а мы встретим случай, по­ложим, вынутая в таком-то театре, в таком-то часу вечера 11 ноября лицом А. часов из кармана лица Б., и притом незаметно для их владельца и без его на то согласия, и т.п.

Но, конечно, законодатель, воспрещая посягательство на норму под страхом наказания, не может и не должен вносить в закон все эти случаи в их индивидуальной окраске.

Обобщая путем синтеза отдельные случаи посягательств или рисуя перед собой путем дедуктивным возможные случаи нарушения полагаемой им нормы, законодатель отбрасывает все случайные подробности, не

К деяниям, преследуемым в порядке уголовно-частном, по действующему уложению отно­сятся: прелюбодеяние, отказ в пропитании родителям или упорное им неповиновение, лег­кие телесные повреждения, насилия, неосторожные телесные^ повреждения, принуждение, угроза, вторжение в жилище, оскорбление, оглашение тайи, легкие случаи истребления имущества, присвоение найденного, пользование чужим имуществом, присвоение авторских прав, захваты имущества между супругами и родителями и детьми и т.п.

4 Таганцев Н.С. I том ,,

О]


Имеющие существенного значения для обрисовки данного посягательства, и только в такой обобщенной форме воля законодателя является правовой нормой, может служить руководством для будущего. Ясность и точность обобщения есть условие правильного составления закона; способность юридически обобщать составляет важнейшее из условий правильной законодательной деятельности.

придавали совершенно особенное значение, отождествляя общую часть с понятием отвлеченной или философской, а особенную - с положительной, т.е. смешивали метод обработки с содержанием1. Но ныне в доктрине незыблемо поставлено отделение общего учения о преступном деянии от изложения отдельных видов преступного деяния, причем, понятно, изложение первого должно предшествовать изложению вторых. Настоящие мои лекции будут посвящены изложению общего понятия о преступном деянии как посягательстве на юридическую норму в ее реальном бытии, воспрещенном под страхом наказания. Это понятие об уголовно наказуемом деянии предполагает: 1) авторитетную волю, объявляющую известное деяние преступным и наказуемым; 2) преступное деяние, посягающее на запрет или приказ авторитетной воли; 3) наказуемость как последствие неисполнения велений авторитетной воли. Сообразно с этим все дальнейшее изложение общей части распадается на три главы: глава вторая - учение об уголовном законе; глава третья - учение о признаках преступного деяния; глава четвертая — учение о наказании. Общая часть признается ныне столь существенной частью уголовного права, что, например, во французских юридических факультетах преподается только общая часть; точно так же ею ограничивается и большинство французских курсов уголовного права. »* 63

Разнообразие норм, посягательства на которые законодатель воспрещает под страхом наказания, определяет прежде всего разнообразие типов преступных деяний; но иногда по различным соображениям, а в особенности в видах установления соответственных наказаний, законодатель допускает подразделение типов, выделяя из него или такие виды, которые облагаются более тяжкими наказаниями (квалифицированные), или такие, в которых уголовная угроза определяется в меньшем размере (привилегированные). Так, из типа воровства как тайного или открытого похищения наше действующее право выделяет как квалифицированные виды: воровство шайкой, с оружием, в обитаемом помещении и т.д., и привилегированные - воровство на сумму в 50 коп., с добровольным пополнением ущерба и т.д. Иногда, наоборот, кодекс несколько типов соединяет в один, образуя преступные деяния с так называемым сложным составом.





Дата добавления: 2015-05-08; просмотров: 165 | Нарушение авторских прав


Похожая информация:

© 2015-2017 lektsii.org.

Ген: 0.088 с.